1. 78-80 ГСВГ поделился нац. составом роты: "Так получилось, что каждый призыв в нашей роте был из одной местности. Когда призвался "дедами" были дончане и кубанцы, Веселые и разговорчивые. За ними молчаливые сибиряки, Алтай в основном.
Затем Поволжье со множеством разных национальностей. Из этих больше всех запомнился белобрысый мордвин Кирдеев. Был он высок и худ, как велосипед, однако марш-броски бегал быстрее всех, при том, что таскал на себе пулемет.
Невозможно было понять, откуда в таком худом теле берется, необыкновенная выносливость. Поволжский немец был, ничем от саратовских ребят не отличался. А вот с прибалтами мне тоже служить не довелось. Ни с солдатами, ни с офицерами.
Мой призыв был уральский (рядовых по дембелю осталось не много). "Сослуживец "татарин" стал главным шеф-поваром, отлично знал своё дело. Следом за нами украинцы, основная масса киевляне. Эти отличались веселым нравом и какой-то безалаберностью что-ли...".
2. Лаврентий Палыч вспомнил на досуге: "Вспоминая времена перестройки и ускорения, могу отметить, что поначалу тема экологии усиленно поднималась в Эстонии. Тамошний народный фронт прекрасно использовал для раскрутки проблему сланцевых разработок в Кохтла-Ярве. Потом экологическая повестка была плавно развита в необходимость независимой Эстонии…
Башкирский сепаратизм и наличие там экстремистских организаций у меня лично не вызывает сомнений. Насколько сильное влияние всё это имеет среди местного населения - не знаю. Насколько я понимаю, политика центра в отношении национальных республик сводится к предоставлению тамошнему руководству карт-бланша с условием сохранения там гражданского спокойствия и подавления всяческого сепаратизма.
Чем, вполне возможно, и пользуется местное начальство в своих корыстных целях. Всё это в комплексе представляет огромный вызов для безопасности всего государства. Приволжский регион не столь заметен как Кавказ, но процессы, происходящие там и зачастую скрытые от прямых взоров, могут иметь далеко идущие последствия.
Это уже не мягкое подбрюшье, это становой хребет страны. Короче, надеюсь, что все осознали мою личную обеспокоенность происходящим в Башкирии. Просто, знакомые рассказывали про необъяснимый с разумной точки зрения рост численности граждан башкирской национальности.
Злые языки поговаривали о том, что некоторые татарские деревни целиком записывали в башкиры при переписи...».
3. Рамиль Т. воскликнул: "Да, ёшкин-кот, чего только не было! Как-то раз с будущей супругой пришли в уфимский драмтеатр. Я только-только дембельнулся из ГСВГ, стоим в фойе, разговариваем по-русски. Ну, не по-немецки мне же было говорить с любимой девушкой?
Мимо проходят две дамы бальзаковского возраста и громко так делают нам замечание. Мол, в башкирском драмтеатре надо бы говорить по-башкирски. Я же ещё громче (фигли, только что шесть лет отслужил на полигоне!) подзываю администратора и сообщаю командирским голосом о возникшем очаге национализма.
А это, между прочим, был июнь 1987 года! Дамы, конечно, струхнули и слегка взбледнули. Молоденькая администраторша успокоила всех на государственном языке, но, толпа вокруг смотрела на нас двоих не очень-то мирно. Июнь 1987 года...».
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
