В прокат вышел фильм «Воздух» Алексея Германа-младшего

«Это фильм про взросление, про то, как необстрелянные девочки становятся воинами. Это фильм про любовь, потери и постижение жизни», — говорит режиссер.

Действие начинается весной 1942 года. В авиаполк под Ленинградом прибывает группа девушек-летчиц, юных, неопытных, наив­ных. Они делятся друг с другом снами: «Мне мыши снятся, мы башню строим», «Мне ветер снится»… Они выщипывают брови и играют на музыкальных инструментах, оставшихся от предыдущей, погибшей, эскадрильи. Они учатся стрелять «по живому». Некоторые умирают, так и не взлетев, а мы даже не успеваем запомнить их имена. Так же, как и их командир, которому приказано защищать Дорогу жизни любой ценой.

Кровь, грязь, нелепости и кошмары войны — все это показано и (или) рассказано предельно жестко. Бомбежки, плохие моторы (намного хуже, чем у фашистов), ­репрессированные родители главной героини, бесчисленное количество смертей. В том числе нелепых, случайных. И, конечно, воздушные бои — бои без правил между мальчиками и девочками, которые не видят лиц друг друга.

«Мы придумывали новые технологии именно для того, чтобы добиться реалистичности воздушного боя — чтобы это не был компьютерный, «фанерный» фильм, как у нас часто бывает, чтобы зритель чувствовал себя рядом с пилотом, в кабине самолета, ощущал, что опасность везде — сверху, снизу, слева и справа», — говорит Алексей Герман.

Да, ощущение неотвратимой гибели, безысходности, нечеловеческих перегрузок, смертельной усталости передается зрителю. Что помогает с ним справиться? Визуальный ряд, картинка, выдержанная в цветах старого фото или рисунка, в тонах пожелтевшей бумаги, тумана, сепии и сангины. Панорамы неба и моря.

Интересно, что собственно воздуха, обещанного названием, до странности мало. Пространство фильма, его героев неглубоко. Оно отсылает к живописи и рельефу и постепенно… наполняется музыкой. Вспоминается цитата из старого фильма о войне — «Все преходяще, а музыка вечна».

И вот фронтовая бригада артис­тов выступает перед летчиками. Звучит Sposa son disprezzatа — ария о неразделенной любви из оперы Вивальди «Баязет». Кажется, это и есть свет в конце тоннеля.

А еще фильм наполнен отсылками и аллюзиями. Первыми считываются те, что связаны с лентой Леонида Быкова «В бой идут одни «старики» — музыкальные инструменты, музыка как опора. Но есть и другие. Имена главных героинь — Рита (Елена Лядова) и Женя (Анастасия Талызина) — возможно, оммаж книге и кинокартине «…А зори здесь тихие». Смерть подполковника Алексея Астафьева (Сергей Безруков), у которого просто остановилось сердце, — эхо такой же небоевой смерти майора Топоркова в фильме «Обратной дороги нет».

Ближе к финалу, когда ход войны уже переломлен, выжившие герои поймут, что Родина и человеческая жизнь одинаково ценны и умирать стоит ради того, чтобы заставить смерть отступить. И уходить можно не в землю, а в небо. Это все равно страшно, но уже не безнадежно.

Как рассказывает режиссер, работа над фильмом шла шесть долгих лет, потому что была прервана пандемией. Это был трудный процесс, потребовавший от всей съемочной группы не только профессионализма, но и самоотверженности.

«Меня удивили Елена Лядова, которая горела в самолете с настоящим пламенем, и Настя Талызина, которая просидела в траншее десять часов — зимой, в холодной воде, а потом бежала в атаку, — рассказывает режиссер. — Я помню, как ребята из нашей команды лежали на крыльях самолета, который сносил шторм, и пытались эти крылья удержать. Был февраль, дождь… и это был подвиг».

В одной из сцен — у свежей могилы — Женя и ее механик вспоминают ушедших товарищей: кто‑то хорошо пел, кто‑то не боялся мышей… Теперь будут помнить и зрители. И неважно, что сюжет и герои вымышленные. Неважны недостатки фильма, а они в нем есть. Важно «Воздух» увидеть и сохранить память о тех, кому посвящен фильм, — о женщинах-летчицах, переживших Великую Отечественную и не вернувшихся из боевых вылетов, и о многих других, воевавших на ее фронтах.