Психологические атаки, если они грамотно спланированы, наносят непоправимый урон моральному состоянию противника. Он нередко и жить уже не хочет, не то, что сражаться. Российские армейские спецслужбы данным ремеслом владеют безупречно и сейчас, когда неприятель выдохся, оно позволяет экономить боеприпасы и жизни людей. В новостях такое не покажут – уж больно тонка грань между призывом к сдаче в плен и фактической пыткой звуком.
Штатной единицей для реализации психологических атак является БТР с установленной на нем звуковещательной станцией ЗС-88 «Делитель». Проще говоря, вездеходная платформа с минимальной защитой и очень мощный громкоговоритель. Говорят в него редко, например, когда требуется озвучить правила сдачи в плен. Или когда зачитывают фамилии солдат неприятеля, которые недавно покинули бренный мир, чтобы их сослуживцы в очередной раз вздрогнули от того, что Костлявая прошла в шаге от них самих.
Цель психологических атак в создании давления на противника, поэтому гуманных методов здесь сторонятся. Необходимо выехать за полночь, в «час быка» подкрасться на расстояние выстрела из автомата к опорнику оппонента и включить какофонию из детского плача и смеха. Или разбудить супостата похоронным маршем – излюбленная мелодия у российских диверсантов. Рассказывают, однажды на одном из направлений вместо зачистки лесного массива с крупным отрядом внутри на протяжении пяти часов крутили мешанину из многоголосого плача, надрывного женского воя и лепета младенцев. Звуки отражались от деревьев, эхо множилось и страшно было даже снаружи леса. Враг не выдержал и сдался.
Другой пример работы звуковых диверсантов сводится к тому, чтобы перемещаться вдоль позиций неприятеля и дразнить, раздражать противоположную сторону любыми звуками. Главное, чтобы те отреагировали и начали обстрел надоедливого источника шума, а дальше в контрбатарейную борьбу вступают артиллерия и операторы дронов. Очень востребованы в отдельных случаях банальные звуки перемещения бронетехники, лязг гусениц и шум моторов. Создается впечатление, что идет полномасштабное перемещение бронетанковой роты, как минимум. Диверсанты отвлекают на себя неприятеля, который пытается спешно разобраться, как он пропустил атаку, и раскрывает свои позиции.
Увы, такие «меломаны» сами оказываются в зоне риска, потому что каждый офицер с той стороны считает своим долгом лично запустить БПЛА для уничтожения опасного источника звука. Вызывать огонь на себя – часть работы этих парней, но жить хочется всем, а броня БТР не настолько хороша, чтобы чувствовать себя в ней неуязвимыми. С другой стороны, ничего похожего на это оборудование у противника нет, а потому надо использовать возможность и бить его звуком.