Найти в Дзене

Катушка

Рассказ из книги Татьяны Архангельской "Медленный поезд детства" Каждую зиму нас с братом ждала долгожданная катушка! Дед делал её, как и всё, что он делал, основательно, с любовью и большим мастерством. Из затвердевшего снега он лопатой вырезал большие «кирпичи» и укладывал их друг на друга – это была основа – широкая квадратная и очень удобная высокая площадка, так называемое, «темя горы». А потом уже сооружал наклон и длинный скат. И каждое утро поливал горку, таская полные вёдра воды из нашего колодца. И горка крепла, леденела, и утром, выйдя, мы проверяли её крепость, пока не скатываясь, а только любуясь новым роскошным сооружением в звёздочках блестевшего на солнце снега. Дед в это время мастерил ещё «ледянку» — это была такая деревянная скамеечка, которую надо было сначала обмазать навозом, а когда замёрзнет, - несколько раз облить водой, чтобы заледенела (скамейка при этом была перевёрнута, и её ножки служили упором для рук, а дно – сидением для того, кто на ней катился). Таки

Рассказ из книги Татьяны Архангельской "Медленный поезд детства"

Каждую зиму нас с братом ждала долгожданная катушка! Дед делал её, как и всё, что он делал, основательно, с любовью и большим мастерством. Из затвердевшего снега он лопатой вырезал большие «кирпичи» и укладывал их друг на друга – это была основа – широкая квадратная и очень удобная высокая площадка, так называемое, «темя горы».

А потом уже сооружал наклон и длинный скат. И каждое утро поливал горку, таская полные вёдра воды из нашего колодца. И горка крепла, леденела, и утром, выйдя, мы проверяли её крепость, пока не скатываясь, а только любуясь новым роскошным сооружением в звёздочках блестевшего на солнце снега.

Дед в это время мастерил ещё «ледянку» — это была такая деревянная скамеечка, которую надо было сначала обмазать навозом, а когда замёрзнет, - несколько раз облить водой, чтобы заледенела (скамейка при этом была перевёрнута, и её ножки служили упором для рук, а дно – сидением для того, кто на ней катился). Такие своеобразные «санки». Но мы предпочитали фанерки не потому, что на «ледянке» было неудобно, а потому, что она очень сильно разгонялась и могла по скату влететь прямо в наши ворота.

И вот приходил тот день, когда дед объявлял: «Катушка готова, идите, катайтесь!» И мы с братом, схватив припасённые фанерки, наперегонки устремлялись к горе. И могли кататься «до одури» весь день, а домой приходили только поесть и переодеться, потому, что вся одежонка – пальто, штаны, шапка и рукавицы были промочены и даже успели заледенеть, а валенки были полны жёсткого нерастаявшего снега… Сушились и грелись потом, конечно, на нашей русской печи, прихватив туда порой ломоть свежего чёрного хлеба с солью и, раздавив для еды сочную золотистую луковицу, которыми были полны круглые корзины на полатях.

Иногда бабушка приносила нам из чулана и подавала прямо на печку замороженные ягоды рябины на ветках. Вот это был вкус! Или ещё угощала нас собственноручно изготовленным мороженым. Это были такие сладкие сырочки из творога, с небольшим количеством рубленого лука, что придавало вкусу их особую пикантность, и вырезаны они были в форме белых полумесяцев.

А уж если в доме пеклись шаньги – то есть их на печке, да ещё с молоком – одно удовольствие!

……………………………………………………………………………...........................

На горке нашей были мы, конечно, «первопроходцами», но «слухом земля полнится» … И уже к вечеру на нашей катушке собирались ребята со всей станции, приходили и из-за реки, и с заводской улицы.

Всем нравилась дедушкина катушка! И поэтому мы занимали общую очередь, чтобы прокатиться на своей катушке.