- Наш дед совсем слетел с катушек, - возмущалась Катерина Станиславовна, со всеми подробностями, в красках, освещая соседкам похождения своего отца. – Нашел себе девку молодую, гуляет с ней в парке и водит в кафе, в квартиру привел!!!
- Так может она ему энергию дает. – Посмеялись бабульки в кулачок, - мы то уже не можем. на нас он внимания не обращает!
- Что Вы! Какая энергия. Я все видела, у нее ребенок есть и он купил ему велосипед. Представляете!
- Ну и что?
- Как что? Тратит честно заработанные деньги на каких то странных девиц. Лучше бы своему внуку отдал.
- А что, Димке твоему не хватает того, что ты даешь?
- Он же молодой, он должен гулять, развиваться, общаться.
- Диме твоему уже давно пора своих детей растить. В у деда своя жизнь. – Констатировала неоспоримый факт тетя Клава.
- Ай! Чтоб ты понимала, своя жизнь. Сидел бы уже на месте, попу прижав к стулу. Кладбище на горизонте, а он с девицами в загул пошел.
Станислав Григорьевич и правда пошел в разгул, после того как скончалась его любимая Мария Степановна, с которой он без малого лет шестьдесят прожил довольно приличной, счастливой жизнью. Он долго горевал, сидел в унынии и успел полежать в больнице, после тяжелой затяжной депрессии. Дети боялись за его рассудок. Еще бы: остался совсем один на старости лет, одинокий, слабый, удрученный. Только к себе забирать его не спешили.
А он вдруг вернулся домой после лечения в отличном настроении и стал вытворять вещи, которые переворачивали былое представление детей об их отце.
Неожиданно он полюбил путешествия и прогулки, чего раньше терпеть не мог, сидел себе на диванчике, смотрел телевизор по двенадцать часов в сутки. Даже ел на диване, неотрывно глазея на экран. Жена его часто возмущалась.
- Ну что ты сидишь здесь, как прикованный. Смотри, какая погода. Пойди, пройдись, прогуляйся.
- Нечего мне там делать... Мне и тут хорошо. - Переключая очередную программу на новости, отвечал задумчиво Станислав.
А тут…
Первым делом он купил себе путевку в хороший санаторий, но ему не очень понравилось отдыхать среди таких же пожилых людей. Все ноют про свое здоровье, жалуются на маленькие пенсии, ищут себе верного собеседника, чтобы поскорее вылить на него кучу своих проблем. Он хотел новизны, энергии и невероятных впечатлений.
Поэтому утром он стал уходить на автовокзал, покупал билет на любой автобус, идущий по новому маршруту. Занимал удобное место возле окна и наслаждался видами полей, рек, перелесков. Рассматривал проплывающие мимо дома, заборы, слушал разговоры людей. Иногда начинал в дороге беседовать с соседом по сиденью. Наслаждался разнообразием.
Однажды рядом с ним села девушка с ребенком на руках. Мальчик так устал, что буквально засыпал на ее коленях.
Дед разговорился. Узнал, что она ушла от мужа, попросту сбежала, мечтая затеряться в большом городе, чтобы никогда не встретиться с этим «гадом», поднимающим руку и на нее, и на своего маленького сына.
Идти ей было некуда, она совершенно не знала, что ей делать, просто неслась по темному тоннелю вперед, куда дорога выведет.
Предложение пожить у незнакомца в квартире первое время, она не отвергла. Наоборот, была безмерно счастлива, считая, что ей повезло.
Светлана оказалась чистоплотной девушкой и хорошей хозяйкой. В квартире царили уют и умиротворение. В кастрюлях стояла вкусная еда , а в кухне пахло испеченными пирогами. Дед давно не ощущал этого невероятного блаженства тепла родного дома, простого человеческого общения по вечерам. Он возился с мальчиком, гулял с ним в парке, а Светлана устроилась на работу в продовольственный магазин, рядом с домом.
Все всех устраивало, только не детей. Они возмутились непростительным поведением зарвавшегося отца объявили ему войну.
- Ты с ума сошел на старости лет? Девку подзаборную в дом привел. Не стыдно перед соседями? Шалаву подзаборную. еще не известно, что это за аферистка нарисовалась. Что люди скажут? – Хватались они за голову. - Нас позоришь!
- Пусть, что хотят говорят, я их не слушаю.
- В общем так: продавай квартиру и переходи жить к нам, - сказала младшая дочь Оля.
- А почему это к тебе? – Возразила старшая. – Значит, квартиру он продаст и денежки твои будут? Так не пойдет. У нас и квартира больше.
Завязался спор на глазах отца, но на него вообще никто внимания не обращал. Станислав Григорьевич пытался вмешаться, но мотом, махнув рукой на происходящее, только наблюдал со стороны, чем дело кончится.
- Вот и сидите в своей квартире, а мне надо расширятся. Пусть поможет.
- А про меня вы совсем забыли, истерички. – Влез в их разговор брат. – Ничего, что я со своей женой на съемной квартире два года околачиваюсь, значит надо мне квартиру купить. Или…
- Что или?
- Может, мы переедем с женой в его трешку, а он пусть к тебе переходит жить. – Посмотрел он на Алину, старшую сестру.
- Ха! Молодец. Ты смотри, как здорово все решил. Он в трешку, а я отца к себе забирай! Ухаживай неизвестно сколько лет? Умный слишком! Больше ничего не хочешь?
- На вас не угодишь.
- Не угодишь! Ты посмотри на него, нам такие предложения вносит и мы еще должны радоваться при этом.
- Ну, хорошо. Тогда предлагаю продать квартиру и поделить деньги пополам.
- Ага! Еще лучше. А отца куда?
- Тогда давайте так, кто-то из вас перейдет жить в его квартиру, а я с женой в вашу, думаю так, будет справедливо.
- Значит, мы должны тебе просто так отдать свою квартиру, - в один голос заорали сестры. – Вот уж хитрец. Нашел дураков. Знаешь сколько терпения нужно, чтобы жить со старым человеком? Твоя жена не больно - то с ним общается, а туда же, свою квартиру иметь хочется.
-Она работает.
-А мы развлекаемся по твоему?
-Алина, ты всегда больше всех получала, так что...
-Что ты сказал?
-То и сказал, чт о мать тебе все отдавала и деньги и подарки хорошие.
-Подтверждаю, она тебе и ковер купила и на машину подбросила, - продолжила Оля.
Все трое даже не заметили, как в пылу страстей, дед потихоньку продвигал их к двери и, вытолкнув на площадку, закрыл двери.
- Это еще что такое, - возмутились они, оставшись за пределами вожделенного жилья. Алина стучала кулаком по двери. – Открой, мы не договорили. Ты специально ведешь себя так с нами? Открой дверь!
Она послушала, прислонив ухо к полотну старого, потрепанного дермантина, что происходит за дверью, но там была тишина.
- Ну смотри, пожалеешь. Обберет тебя твоя киска, сам позовешь нас. Нет, блин, надо же, привел молодуху в дом. – Она пнула дверь ногой. – Ай! Еще ногу из-за тебя ударила.
- Да он с ума сошел, - поддержала сестру Оля.
-Это вы с ума сошли, еще на меня нападать стали, надо было с ним вопрос решать, - обиженно выговаривала Алина.
- Что делать будем? – спросил брат.
- Что делать? По домам пойдем. Сам позовет, как плохо будет.
Отец удрученно смотрел на входную дверь.
- Вырастил на свою голову чудовищ! Но это мои дети, видно я что-то главное упустил в воспитании, если они делят мое жилье при мне и не знают, что делать со мной. В психушку сдать собираются. Да! Дожил я до таких дней! Посмотрим еще кто кого. Я вам устрою Варфоломеевскую ночь. Нехристи. Слышала бы их мать покойница.
Следующим утром он вызвал мастера и поменял замки на двери. Потом спокойно сходил к нотариусу, чтобы оформить завещание, как положено, законным порядком, зашел в магазин к Свете. Выбрал лучший торт, купил сок и конфеты.
- Что случилось , Станислав Григорьевич, у вас сегодня праздник намечается? Зачем такие траты? – Спросила его Светлана.
- Да, заберу Никиту из садика, тебя дождемся вечером и будем праздновать.
- А что?
- Свободу нашу… Жизнь прекрасную… Время замечательное… Разве мало у нас событий. Ооо! Твой выходной день, например. Разве плохой повод?
- Вам плохо? Как вы себя чувствуете? - не узнавала старика Светлана, забеспокоилась.
- Нет, мне хорошо, дочка. Очень хорошо. Ждем тебя с нетерпением.
Он вышел из магазина. Сердце немного болело, давило в груди. Такие волнения перенес. Что скрывать. Свои дети бросили его, как ненужную вещь. Ждали, когда можно забрать жилье и деньги. Дай им возможность, еще и в стардом отправят, не пожалеют.
- Там ему лучше будет, рядом такие же старики. Им вместе интересно, весело. - Так часто рассуждают люди, не желающие ухаживать за престарелыми родителями, забывая, что со временем, они сами могут оказаться в таком неприятном щекотливом положении.
Он даже положил под язык нитроглицерин, немного постоял, отдышался и продолжил путь к дому.
Дети не приходили, не звонили и забыли отца на целых полгода, зато вынашивали планы, как им быть.
Подслушивая разговоры родителей, стали активизироваться внуки. они по очереди звонили деду, напрашивались в гости, просили подкинуть им деньги. он отговаривался маленькой пенсией. Интерес к деду таял на глазах.
- Дед, привет, не узнаешь меня? – окликнул Станислава Григорьевича Дмитрий.
- Как узнать тебя, если ты у меня и не появляешься, почитай два года прошло с тех пор, как ты с меня деньги требовал. Что сейчас нужно тебе? Деньги, квартира, жизнь? – В упор спросил дед.
- Не в духе, что ли. Молодая жена мало любит тебя или новоявленный сынок мозг выносит?
Дед смотрел на внука с пренебрежением.
- Эээх! Ни чему тебя жизнь не учит. Нет в тебе ни уважения, ни совести. Иди отсюда. – Деду было тошно смотреть на холеного наглого внука. Ему стало обидно, желваки ходили.
- Григорьич, ты чего?- Подбежала к нему соседка, тетя Валя. – А ну иди отсель, пока полицию не вызвала. - Замахнулась она на Дмитрия. – Пойдем Стас, пойдем, на скамеечку присядешь. Вот жлобы, нет бы к деду уважение проявить, так надо до инфаркта довести. Сердце то как? Нормально или скорую вызвать. Ба! Побелел весь, чисто стена в нашей поликлинике.
Димка усмехнулся:
-Ну, ну! - и ушел восвояси.
А дед окончательно понял, что нужен своим родным не он, а его большая квартира. За шесть последующих лет дети еще не раз приходили к нему, желая доказать его несостоятельность, но у них ничего не вышло. На защиту старика встали не только Света, но и соседи.
Станислав Григорьевич жил в окружении заботы и тепла. Никита подрастал и все больше привязывался к деду. Даже в последние дни, когда силы полностью покинули старика, он кормил его с ложечки и старался отвлечь от грустных мыслей.
Дети экстренно собрались все вместе у нотариуса для вступления в законное наследство. Какого же было их удивление, когда им объявили, что квартира принадлежит Светлане с сыном.
-Да она попросту охмурила его, - протестовал сын, - опоила, он был невменяем, старый х....
-Станислав Григорьевич написал завещание сам, еще восемь лет назад. Он был совершенно здоров, адекватен и в полном понимании того, что делает. Кстати, он мог в любое время изменить завещание по своему усмотрению. - Заметил нотариус.
-Вы думаете, мы плохо относились к нему, это она, ст..., окрутила его и заставила переписать квартиру на нее.
-Это меня не касается. - Коротко ответил нотариус.
-Обошел нас дед, а? Как так? Надо было гнать ее в шею из квартиры еще тогда. - Плакала Оля.
-Св... отхватила квартиру и радуется. - Алина негодовала, но вернуть все на свои места не представлялось возможным.
Завещание не оспорить.