В моей жизни — 72-й февраль. Он для меня не год, не зима и не месяц, это ещё одно деление на линии моей жизни. Когда таких делений много, они теряют связь с временем года, остаются события: важные, весёлые, грустные или счастливые.
Все феврали были с празднованием самого главного праздника — Дня Советской Армии и Военно-Морского флота. Это был наш праздник, мы служили в нашей армии и на флоте. Праздновали всегда.
В домах офицеров и клубах проводили торжественные собрания, кто-то важный произносил речь. Тогда она казалась просто устоявшимся ритуалом, сейчас понятна её необходимость: она была парадной аркой перед празднованием. Всегда был концерт, поздравительный монтаж со стихами и песнями от наших детей, чествование ветеранов, приветствия от шефов и застолье.
Иногда праздновали без мужей, только женщины и дети. Так было в 80-м году. В феврале были выборы, кого-то и куда-то выбирали. Ночью, ещё до наступления начала выборов, весь личный состав нашего гарнизона отдал голоса за народных избранников, загрузился в машины и отбыл на ближайшую железнодорожную станцию для погрузки в эшелоны, уходящие в Термез.
Это был февраль 1980 года. Война началась 27 декабря 1979 года. Дивизия, стоявшая в Термезе, была уже в Афгане, наша Ворошиловградская дивизия перемещалась на её место. Уже тогда было понятно, что мы — следующие и всё это очень серьёзно.
Ночь и февральская метель не остановили даже жителей ближайших деревень, они стояли на обочинах дорог вместе с нами, женами и детьми военных. Нас объединяла армия. У всех были мужчины: отслужившие, мальчики, которые ещё подрастали и юноши, уже надевшие шинель. Общая тревога и боль за наших защитников собрала нас вместе.
Потянулись дни мучительного ожидания. Они доехали. Многие танкисты, автомобилисты, связисты пересекли границу нашей Родины, без задержки в Термезе. Очень многих уже нет.
Был ещё один февраль, уже в 1989 году. Это был вывод наших войск из Афганистана. Ещё один праздник «со слезами на глазах». Более 9-ти лет страна отправляла своих юных парней для исполнения «интернационального долга» в непонятную страну, прекрасную и страшную, с гор которой улетали журавли, уносившие души наших мужчин.
Остались их матери, с навсегда раненными сердцами, их жёны, с памятью, безжалостно искалеченной войной, дети, для которых отцы остались только на фотографиях.
Вернувшиеся остались на войне, которая отняла у них многое: невозможно идти в атаку, слышать взрывы и видеть вокруг себя безразличие, страшно остаться калекой и получать подачку за разрушенную жизнь. Афганцы стали отдельным поколением, обожжённым войной, ежедневно идущим рядом со смертью в той жизни и неспособным принять перемены и законы нынешней.
Чёрный тюльпан
В Афганистане в чёрном тюльпане
С водкой в стакане
Мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица через границу
К русским зарницам несёт ребятишек домой.
В чёрном тюльпане те, кто с заданий
Едут на родину милую в землю залечь,
В отпуск бессрочный, рваные в клочья,
Им никогда, никогда не обнять тёплых плеч.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, тюльпан наш падал,
Мы проклинали все свою работу,
Опять бача подвёл потерей роту.
В Шинданде, в Кандагаре и в Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Которым в двадцать лет могилы роют.
Но надо добраться, надо собраться,
Если сломаться,
То можно нарваться и тут.
Горы стреляют, стингер взлетает,
Если нарваться,
То парни второй раз умрут.
И мы идём совсем не так, как дома,
Где нет войны и всё давно знакомо,
Где трупы видят раз в году пилоты,
Где с облаков не валят вертолёты.
И мы идём от гнева стиснув зубы,
Сухие водкой смачивая губы,
Идут из Пакистана караваны,
А значит, есть работа для тюльпана.
И значит, есть работа для тюльпана.
В Афганистане в чёрном тюльпане
С водкой в стакане
Мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица через границу
К русским зарницам
Несёт наших братьев домой.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, тюльпан наш падал,
Мы проклинали все свою работу,
Опять бача подвёл потерей роту.
В Шинданде, в Кандагаре и в Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
@ Александр Розенбаум
https://youtu.be/ZGnRVT8Crp4
