Сатана сидел в какой-то привокзальной рыгаловке и скучно пил. Водка была плохая, хоть и не палёная, но ничего лучше тут не наливали. Зачем? Контингент этого «кафе» всё равно не смог бы заплатить за что-то поприличнее.
Он смог бы. Но тащиться куда-то ещё за ради водки получше… ничего, небось не облезет.
Ему было тоскливо.
Чёрт, ему было хреново.
И главное, кого винить-то? Сам, всё сам.
Столько лет, нет — столетий — он последовательно искушал людей. Вводил в соблазн. Помогал свернуть на кривую дорожку. Наставлял во грехе. В общем, прилежно исполнял свою работу. Да что там прилежно! С огоньком, с наслаждением, со страстью!
А что в итоге?
Кто его знает, кто его помнит? Кому сейчас интересен его неистовый бунт против Отца? Кого боятся и проклинают, кого поминают, крестясь и оглядываясь? К кому идут в отчаянии, потеряв надежду на Божественную Справедливость? Кому есть дело до Великого Антагониста?
Тьфу.
Он сплюнул на грязный пол и налил ещё. С отвращением выпил, закусил остатками подозрительного беляша.
Ему было тоскливо.
Он только что посмотрел очередную экранизацию «Мастера и Маргариты».
*к нашумевшему фильму рассказ отношения не имеет