Современный человек обычно считает, что роды у многих домашних животных имеют особое название. Так, собаки щенятся, овцы, ягнятся, лошади жеребятся, коровы телятся свиньи поросятся и т.д. Естественно, что кошки котятся. Кто же еще может котиться?
Оказывается, много кто. В литературе XIX века таких примеров немало. Особенно часто они встречаются у Чехова: Овца окотилась 2 ягнятами; ярка окотилась 2-мя барашками и пр.
Но подобные пассажи есть и у Бунина: На полу, на мокрой и грязной соломе, несколько овец с только что окотившимися, кудрявыми и точно облизанными ягнятами.
И у Шолохова: Возле подземки, посапывая, грелись недавно окотившаяся коза с козленком.
Иногда глагол окотиться выступает синонимом глаголу разродиться: Бебутов окотился позорнейшей статьей в «Искусство и Жизнь».
У Н.Н. Козакова в дневниках котятся зайчихи, крольчихи, собаки…
Глагол окотиться в отношении разных биологических видов применяли вплоть до конца XX века. Употребляли его и по отношению к человеку. Раньше я думал, что это шутливое или ироничное обозначение женских родов, но приведенные примеры заставляют взглянуть на суть дела иначе.
В словаре Фасмера коти́ться «рожать детенышей (о кошках, куницах, хорьках, зайцах, овцах, козах)». В некоторых славянских языках kótа «выводок, приплод». Первоначальное значение, по Фасмеру, «рожать» (о животных), связь с кошками явно вторична и обусловлена созвучием с кот. Шанский, как обычно, идет еще дальше и, на мой взгляд, заходит чересчур далеко: Коти́ться – общеславянское, возвратная форма к котити «метать, кидать», того же корня, что катать, качать (буквально – «метать, выкидывать» (из чрева). Ср. метать икру, выкидыш.
Вообще, не все лингвисты с этим согласны. В словаре Шапошникова глагол котиться выводиться от кота (кошки). Кто-то связывает котиться со скотом, но, опять же, не все. В словаре древнерусского языка XI-XVII веков отмечен единственный пример с глаголом окотиться, и то позднего времени - конец XVII века. И относится он к… кошке.