В начало первой книги: https://dzen.ru/media/id/6246af1994462b74a401eca7/kniga-pervaia-seriia-komsomolec-nazvanie-komsomolec-popadanec-v-vov-vyjivanie-65a3f9cfa969ff7f1e81f370
В начало второй книги: https://dzen.ru/a/ZbM5nKTS2lcYzomf
- Держите меня в курсе… и майор, - строго посмотрел нарком в глаза Ремизову. – Он не должен попасть в руки следствия живым. Вам это ясно?
- Да, товарищ нарком, - кивнул майор.
Покинув кабинет наркома, Ремизов с Абросимовым прошли в кабинет майора, и они там до утра решали вопросы по поиску сбежавшего Москаля. Тут время шло на часы, кто успеет первым, они, или спецы Политуправления.
Утром, добравшись до своей квартиры, Ремизов сразу определил, что в ней кто-то был. Найдя записку, он прочитал её и, улыбнувшись, сказал:
- Молодец. Беги, у тебя есть шанс для второй жизни. А о семье не беспокойся, подстрахую.
Через пару секунд записка вспыхнула и сгорела. Улик не осталось.
Как только сцепки загрохотали, и эшелон тронулся, я дождался, когда медсестра проверит весь вагон и, выбравшись из багажной полки, уже нормально лёг на верхней полке купе. Подложив под голову сидор, я стал размышлять.
Уйти из Москвы оказалось не трудно. Когда я подобрался в кромешной тьме к вокзалу, то как раз случился очередной налёт. Немцы бомбить Москву не бросили, дальности вполне хватало. Воспользовавшись неразберихой. Многие бросились в бомбоубежище, а тот немногий свет что был, отключили, соблюдая светомаскировку. В общем, добравшись до ближайшего эшелона, это оказался санитарный, куда грузили медикаменты, я благополучно проник внутрь через открытое окно. На фронт эти поезда возили медикаменты для госпиталей и медсанбатов, а обратно раненых. Круговорот вот такой.
Не успел я пробраться и спрятаться на одной из багажных полок, как состав тронулся и пошёл к фронту, а в моё купе заглянула медсестра, посмотрев всё ли тут было в порядке. Вагон оказался купейный, скорее всего для командиров, в нём находились мешки с бинтами и рулоны с марлей, почти до верха загрузили.
В общем, только-только рассвело, когда поезд пошёл к фронту, вот так с ним я и покинул столицу. Вернее всё ещё покидаю. Судя по виду за окном по окраине двигаемся.
Никто не осматривал уходящий состав, или не успели или бомбардировка помешала, я слышал грохот разрывов авиабомб. Положив рядом с собой «Вальтер» с глушителем я решил вздремнуть. Всего у меня было три ствола, два «ТТ», я их вынес из тюрьмы с запасом патронов, и в сидоре в схроне хранился «Вальтер» с глушителем. Он тоже имел солидный запас патронов. Ещё было два ножа, финка, и тот кухонный нож, что я вместе с другим оружием вынес из тюрьмы. Финка у меня была закреплена на запястье под курткой, ножны самодельные, естественно. «Вальтер» лежал рядом, а оба оставшихся пистолета находились в сидоре. Один так и оставался в кобуре, я только ремень сверху накрутил, чтобы хранить удобно было, другой так хранился.
Так лёжа я продолжил размышлять. О семье я не беспокоился, мол, родственник Враг Народа. Не был я им родственником, обеспечены они хорошо, да и Ремизов думаю, их прикроет. Так что эта тема закрыта, я о них буду помнить, возможно, и тосковать, но родственниками я их не считал ни тогда, ни сейчас, просто близкими людьми. Да и не были они мне родственниками ни в каком виде. К тому же тётя Нина сейчас жила с главврачом, вернее это он к ней переехал и у них там вроде всё серьёзно. Так что за них я был спокоен.
Приятно было оставить всех с носом, но ещё нужно постараться добраться до фронта и преодолеть передовую. Я даже не знал, куда санитарный поезд идёт. Хотя если на Киевском вокзале его формировали, то скорее всего на Киев, к Брянскому фронту.
Так размышляя, я как-то незаметна задремал. Просыпался я дважды, когда поезд загоняли в тупики, пропуская встречные составы. Где-то после обеда, когда поезд, грохоча колёсами по стыкам рельсов, двигался по зелёным бескрайним полям, я достал из сидора небольшую банку рыбных консервов и, вскрыв её, стал обедать, закусывая галетами. Та диета в карцере не нанесла мне особого урона, но есть хотелось постоянно.
Поев, я опустил окно и выкинул банку, избавившись от улики. Попив воды из фляги, я снова забрался на полку. Только в это раз на багажную и убедившись, что следов не осталось снова задремал. Похоже, мы скоро прибудем на место, не хотелось бы, чтобы меня застукали на полке.
Поспать так и не удалось, эшелон то прибавлял скорость, то наоборот сбрасывал до скорости пешехода. Мне такие манёвры были не совсем понятны. Выглянув в окно, впереди я рассмотрел, что перед паровозом шла дрезина с тремя седоками. В это время машинист дал несколько гудков, как будто те могли уступить дорогу. Как они вообще тут оказались интересно?
- Хм, шанс?
Подхватив вещи, я осторожно вышел в коридор, похоже, вагон был пуст и, дойдя до двери проверил. Та была заперта.
- Ну особо я на это и не надеялся. Придётся так же выходить, как и заходил.
Зайдя в ближайшее купе, я открыл окно и, выбросив наружу сидор, выскользнул следом. Упал я на спину, перекатом гася скорость, остановившись только в кювете. Криков не было. Похоже, никто так и не заметил, никак я попал в вагон, никак покинул его.
Дождавшись, когда покачиваясь, пройдёт последний вагон, на площадке которого маячил часовой в плащ-палатке, я вставил и, отряхнувшись, пошёл к сидору. Он лежал метрах в сорока от того места где я нырнув в густую траву в кювете. Надо поискать его в траве.
Проверив оружие и надев сидор, уместив его за спиной, я энергично зашагал по кювету в сторону фронта. Не знаю, сколько осталось до него, но думаю не так и много. По времени подходило.
Через час, когда левее появилась тёмная масса леса, я пропустил, прячась в траве ещё один эшелон, в этот раз в открытых теплушках сидели бойцы, слышались игры на гармонях, и песни. Так вот пропустив его, я направился к лесу. Скоро вечер, нужно подумать о ночёвке.
Лес был небольшим и к тому же оказался занятым, на опушке под деревьями расположилась наша истребительная авиачасть. Если они уж тут, то передовая реально близко. Они обычно стояли не дальше тридцати километров от линии фронта.
Устраиваясь в леске, я наблюдал за работой полка. И хотя на аэродроме было всего шестнадцать машин, это был именно полк, понёсший потери в людях и технике, но всё же полк. То одна тройка, то другая уходила, некоторые возвращались, так что работа на аэродроме кипела неустанно. Погода была отличная на небе ни облачка, самое время для тяжёлой, но нужной работы по защите наших войск от авиации противника. Полк, кстати говоря, был вооружен самолётами Яковлева. «Единичками».
Спасибо за ваши лайки и подписку. Очень благодарен.
Следующая прода. https://dzen.ru/a/ZbszA_e3UXnRs-Pj