Чтобы память не выкобенивалась и не кокетничала, как последняя…, ну вы меня поняли, как кто, заварим старый добрый чай матэ, и без всяких пижонских прибамбасов – калабасов, плеснем из обычного заварочного чайника, по-русски, в чашку, падём перед компьютером ниц и попытаемся собрать растекшийся студень (стюдень - как любит говорить незабвенный Александр Ширвиндт) воспоминаний во что-нибудь более-менее приличное.
Организм удивился и спросил: «А что? Ничего более приличного для приличных воспоминаний у тебя разве нет?»
Полемика разгорелась не шуточная. Я ответил ему, что он меня уже достал со своими более приличными намеками, и к чаю «Матэ» я могу добавить только Джона Ли Хукера в дуэте с Бонни Райт. Он загадочно хмыкнул: «Ну-ну…» и ушел в себя. Кто из нас оказался прав, вы и рассудите.
Сразу сорвать душное пуховое одеяло с моей памяти не получилось. Пришлось лезть туда холодными руками, щекотать и пугать ледяной водой. Одуревшая и раскисшая от жаркого сна, она наконец, высунула один заспанный глаз из-под одеяла и спросила: «Ну, чего тебе надобно, старче?»
Я сказал, что мне скучно, что я уже проснулся и вообще, хватит спать! Вставай, я голодный. «Ты голодный – ты и вставай!». И нагло повернулась ко мне спиной. Не то чтобы обидно, но это предел наглости, ё моё.… Холишь ее, лелеешь, бросаешь как в топку свои воспоминания, а она?!
- Кто бросает? Чьи воспоминания?! Она аж взвизгнула от негодования, подпрыгнула в кровати и села. Провокация удалась и сон как рукой сняло.
Надувшись и дымя сигаретой, она сидела букой на кухне, поджав коленки к подбородку и уткнув свой нос в дымящееся кофе, а взгляд в туманное вчера. Я знал – пока не сглотнет две чашки, лучше не подходить, а то огребёшь по полной программе, и мало не покажется. Глазки под взлохмаченными волосами прояснились. По крайней мере, левый точно. В них появился слабый интерес к жизни и дежурный вопрос: «Ну, и что мы сегодня будем делать?»
- Вспоминать.
Вторая сигарета и очередное кофе ее немножко успокоили. Только поэтому она не стала рубить меня с плеча или отрывать мне что-нибудь драгоценное. А может быть, просто было лень генерить с раннего утра.
- Нееет. Мы поедем за новыми впечатлениями. Ты как эсесовский доктор, совсем обескровил меня своими бесконечными воспоминаниями. Я протестую, граждане судьи! Мне срочно надо к Телецкому озеру! Затихнуть на его волне. Хлебнуть водички и утолить свои печали.
Если заварить настоящий чай матэ на телецкой воде - то будет... Что будет? Я не знаю. Поэтому появилась веская причина - попробовать. Уверен, что будет вкусно. Тогда и вам расскажу.
А последняя теща, не так давно была в Перу и пробовала тамошний матэ. Нечто термоядерное и с нашими представлениями о чае не совпадающее. От слова СОВСЕМ.
Друзья! Если вам нравится то, что я пишу и фотографирую (только грязными тапками не швыряйте!), можете помочь автору материально. Потому как "монетизация" Дзена - это уже не слезы, а воспоминания о них. Вот номер моей карты Сбера: 2202 2063 7801 0149. Буду рад и признателен любой копеечке.