Я очень боялась этого дня. Он наступил. Да, так страшно, как год назад не было. ТАК страшно - не было. Но было очень пусто и промозгло на душе. Когда на улице, на службе в храме, среди большого количества людей ты - одна… Как тень, перемещаясь между ними, мучаешься от ноющей боли… и ищешь… ищешь того, кого среди людей нет. И не может быть никогда… Наверное, так будет каждый год в этот день. Ты один на один со своей болью… А еще душа…рвущаяся в небо в надежде коснуться души своего ребенка … Хотя бы самым краешком… Я вчера часто смотрела на небо… Я была среди людей. Но я была не с ними.
Я очень боялась этого дня. Он наступил. Да, так страшно, как год назад не было.
ТАК страшно - не было.
Но было очень пусто и промозгло на душе.
Когда на улице, на службе в храме, среди большого количества людей ты - одна…
Как тень, перемещаясь между ними, мучаешься от ноющей боли… и ищешь… ищешь того, кого среди людей нет.
И не может быть никогда…
Наверное, так будет каждый год в этот день.
Ты один на один со своей болью…
А еще душа…рвущаяся в небо в надежде коснуться души своего ребенка …
Хотя бы самым краешком…
Я вчера часто смотрела на небо…
Я была среди людей.
Но я была не с ними.