Парня в военной форме я подобрал на остановке у «Солнечного рая». Он раскрыл заднюю дверь и поставил на сиденье сумку с прорезиненным покрытием.
В зеркало я заметил его переби.нтованную левую кисть. Контрактников и мобилизованных из-за «ленты» я определяю с первого взгляда. И не по одним только бинтам. Неуставная форма, особый взгляд и манера держаться. Чувствуется свой, не с плаца, а из окопа. Такого браток называешь. Отношение как к брату, другу.
Имени своего он не назвал, но рассказал, что якут, родом из Алтайского края. На фронт пошел добровольцем полгода назад. Мой видеорегистратор записал наш разговор, покуда ехали к железнодорожному вокзалу. Потом дома расшифровал непродолжительную беседу.
- Из комендатуры, - пояснил. – Ходил отмечаться. Вчера высадили из поезда. За девушку заступился, пьяные приставали. Попросил оставить, не послушали. Теперь комбату объяснять, почему опоздал. В часть надо ехать в Луганскую область.
- Мотострелок? - спрашиваю. - Не снайпер случайно?
- Штурмовая пехота. Старший стрелок я, - говорит. - Не, на снайпера не потяну. Зрение так себе.
- Дроны достают? – задаю банальный вопрос.
- В роте нас поначалу шестьдесят человек было. Осталось из них восемь. Дронов 20 штук чужих летает, один наш. Ребята стреляют. По рации кричат, что свой сбили. Ну а мы что, пусть, мол, с флагом летает, - улыбается штурмовик. - Да, «морковки» (выстрелы от РПГ, которые «птички» сбрасывают – прим.автора) – это жесть. Друга моего так пополам разор.вало. Из окопа выбросило. И мне досталось. В ногах до сих пор куски сидят, в руке.
- В кисть тоже осколком ранило? – спрашиваю.
- Сказали, пока доставать не надо. Пусть оболочкой покроются, потом уберут. Три раза ходил на штурм и ни царапины. А в последний раз из-за командира группы, (цензура) ранило. Днем по его приказу пошли, - рассказывает солдат. – А он вообще необстрелянный. В тот раз братишку уб.ило, за мной бежал. А мне в четвертый раз повезло, уцелел, только подлатали. Не знаю, что будет в пятый…
- Наёмников видел?
- Они как только слышат, что штурмовики идут, бегут сразу. Тру.пы видел. Поляки, англичане. Чего в опорнике хо.хлы год делали, непонятно?! Заходишь, траншея чуть не по пояс.
До вокзала ехать недолго, так что прощаемся. Ему на поезд, мне дальше работать.
- Удачи, браток, всего хорошего.
- Спасибо! - выходит и здоровой рукой забирает сумку с заднего сиденья. - Удача нам нужна...
Поддержите канал лайком и подпиской. Автору на издание книги об спец.операции и на развитие канала - 2202203680052935