Может показаться, что физические силы и когнитивные функции не должны пострадать, если человек кого-то потерял. Надо просто переждать, и всё восстановится.
Нет! Это опасное заблуждение!
Острое горе (длится около 4 месяцев) надо не переждать, а отгоревать. Это означает, что нельзя сдерживать свои слезы, свой гнев (на определенном этапе он неизбежен), проработать чувство вины и безысходности.
Тогда и на душе станет легче, и физические силы восстановятся, и мир постепенно вновь вернется к привычным цветам.
Но если этого уже не случилось, если плакать не получилось и так далее – обратите внимание! Слабость, усталость, нежелание выполнять привычную и даже любимую работу – это не лень! Это называется посттравматическим стрессовым расстройством, сокращенно, ПТСР.
И лечится оно вовсе не аутоагрессией. И даже не уговорами самого себя (внутри которых часто содержится скрытая ненависть к себе-«ленивому») что-то делать.
Когда я потеряла маму, а мне было тогда 20, плакать не смогла. Да и некогда было: мне практически сразу же предложили работу в больнице медсестрой, из самых лучших побуждений: чтобы отвлечь от переживаний.
Тогда меня действительно шатало от какой-то непонятной слабости. Но я решила, что всё это мелочи, надо быть сильной и не раскисать. Казалось бы, где переживания (тем более, что я о них старалась не думать), и где слабость? Надо взять себя в руки.
В руки я себя действительно через время взяла, точнее, я так думала. В чем отдельная несправедливость потерь близких людей – так это в том, что каждый член семьи живет в своем горе и падает в нем всё глубже. Подсказать, что что-то с человеком не так, может только посторонний человек.
И вот тут важно, на мой взгляд, не стесняться сказать, например, коллеге по работе или другу, если у него такое случилось – что ему нужна помощь. Лучше еще раз напомнить ему, особенно (!), если он неестественно бодро рапортует: «Да всё нормально!». Конечно, решать ему, тут без вопросов.
Возвращаясь к вопросу о силах. При ПТСР их постепенно становится меньше. И это не лень. Дело в том, что силы общие – и для физических, и для психических процессов. И если бОльшая часть стала уходить на блокирование эмоциональных переживаний, то на деятельность их остается меньше. И, к сожалению, этот процесс со временем не улучшается – если с ним ничего не делать. У меня, например, со временем на этом фоне развились еще и #панические_атаки.
Отдельно хочу сказать об аутоагрессии, к которой относится не только «стимуляция» вроде: «Да соберись ты уже!» или вроде того, но и чувство вины. Это самый худший способ себя стимулировать, который дополнительно отнимает отдельную часть сил. Именно поэтому с ним тоже стоит работать в рамках аутоординационной психотерапии.