Итак, продолжаем разбор нашумевшего сериала «Слово пацана. Кровь на асфальте». Последнее слово в его названии – абсолютно лишнее, потому что за все восемь серий зрители так и не увидели на экране асфальта. А все потому что действие сериала происходит зимою 1988-1989 годов. Только вот мальчики в кадре не по сезону одеты. И носятся из кадра в кадр в расстегнутой верхней одежде и без головных уборов. При подобном дресс-коде все бы они уже во второй серии кашляли, чихали и ходили с соплями. Все-таки зима есть зима, даже если нам пытаются внушить, что действие разворачивается в Казани. Только вот никакой столицы Татарии нет и в помине, потому что сериал снимали в…Ярославле.
И уже одно это вызывает подозрение в том, что авторы сериала пытаются вешать на уши зрителям (особенно, молодым) некое макаронное изделие на букву «л». Я уже не говорю о мозолящих глаза стеклопакетах, которых в 80-е годы ХХ столетия в городах не было и быть не могло. Как не могло быть и компьютеров в районном отделении милиции, да еще с игровыми программами. Идем дальше.
Мордобой – один из главных сюжетообразующих моментов в структуре популярного сериала. Причем распускают руки в нем все, кому не лень, включая даже взрослых дядей. При таком темпоритме рукоприкладства все молодое поколение должно переходить из кадра в кадр с синяками и ссадинами. Но, видимо, гримерам было лень гримировать юных участников постоянно. И потому обаятельные мордашки героев иногда свободны от последствий столкновений казанских группировок. И если они на самом деле существовали в таких количествах по всей территории города и проявляли себя исключительно подобным образом, то остается удивляться тому, кто же учился в школе и стал потом взрослым?
Cтранным выглядит и любовное увлечение Андрея (Леон Кемстач) инспектором детской комнаты милиции Ириной Сергеевной (Анастасия Красовская), которая старше его, как минимум, на семь лет. А уж их совместный культпоход на «Маленькую Веру» выглядит абсолютным ляпом, так как сей скандальный фильм шел в прокате с пометкой «дети до 16 лет не допускаются». Андрей же по кличке «Пальто» находится в пубертатном возрасте (14 лет). Когда же видишь полный зал аналогичных подростков на подобном киносеансе, то окончательно теряешь доверие к сериалу. И таких деталей по мере течения сюжета сериала накапливается все больше и больше. А нам постоянно пытаются внушить, что мы смотрим чуть ли не историю на документальной основе и даже показывают стоп-кадрами последующую печальную судьбу некоторых героев. Хотя речь в этом случае идет уже о 90-х годах прошлого века. Режиссер сам себя ставит в неловкое положение, когда еще и демонстрируют якобы в кино фрагменты документального фильма «А что у вас во дворе?», выпущенном в 1986 году Казанской студией кинохроники. В нем картина подростковых безумств и вольницы выглядит совершенно иным образом.
Наше кино, кстати, тему подростковых банд уже отражало в таких фильмах как «И тогда сказал – нет» (1973) Павла Арсенова, «Меня зовут Арлекино» (1989) Валерия Рыбарева, «Авария – дочь мента» (1989) Михаила Туманишвили. А еще можно вспомнить грандиозный успех американской ленты «Генералы песчаных карьеров» Холла Бартлетта, ставшей лидером советского проката в 1973 году. Одним словом, тема эта отнюдь не новая. И, похоже, Жора Крыжовников это прекрасно понимал, навязывая зрителям собственный взгляд на то, что якобы происходило в Казани в оные годы. Но как-то не верится во все это. Тем более, что в рамках сюжета смешивается в одну кучу малу все подряд: кража магнитофона, убийство одного подростка, изнасилование девушки, убийство другого подростка, который оказывается кузеном возлюбленной главного героя, кража шапки у завуча и как следствие – безумие матери Андрея. И это еще далеко не весь список каких-то сюжетных несуразностй и драматургических натяжек, которые можно обнаружить в сериале.
Как кажется, Жора сотоварищи и сам не знал, как выпутаться из всего этого вороха нелепиц, потому и переснимал в срочном порядке сериал, закончив его подозрением на гибель бывшего афганца «Адидаса» (Иван Янковский), как будто умирающего на руках его девушки Наташи (Елизавета Базыкина). Подумалось в сей душераздирающий момент: «а вдруг его захотят воскресить во втором сезоне?». Не дай бог! Тогда придется мучится еще раз, пытаясь понять те конъюктурные сериальные игры, в которые попытались вписаться авторы сериала «Слово пацана. Кровь на асфальте».
Сергей Ильченко