Во второй половине XIX века Москвой управлял князь Владимир Долгоруков, занимавший пост генерал-губернатора. Резиденцией ему служило здание, построенное ещё в 1782 году и ныне более всего известное как здание мэрии Москвы. Этот роскошный дворец имеет богатую историю, и сегодня мы подробнее остановимся на одном легендарном эпизоде.
Для начала нам нужно познакомиться с «фигурантами» этой истории, а именно «Клубом червонных валетов». Это преступное сообщество активно вело свою деятельность в Российской империи в первой половине 1870-х годов, и похождения этой банды впоследствии стали известны всей стране. Отдельно стоит упомянуть о том, что среди «валетов» была знаменитая и легендарная Сонька «Золотая ручка» – это уже о многом говорит!
В этом мошенническом сообществе вместе «работали» над поддельными документами и банкнотами, спаиванием богачей и кражами аристократы и мещане, танцор и нотариус, «и русские, и немцы, и поляки, и евреи, и армяне», а на суде их интересы впоследствии представлял весь цвет отечественной адвокатуры.
Деятельность «валетов» своей изобретательностью, наглостью и последующим резонансом заслуживает целой серии статей, а потому сегодня мы остановимся подробнее только на одном её участнике, сыгравшем ключевую роль в «продаже» дома генерал-губернатора Москвы.
Павел Карлович Шпейер был сыном то ли генерала, то ли купца первой гильдии, и опытным финансистом, ещё до знакомства с подельниками провернувшим не одну аферу, оставаясь при этом на свободе. Он славился в определённых кругах своей изобретательностью в незаконных делах, а потому при основании «Клуба червонных валетов» был чуть не единогласно избран его главой.
Когда в 1877 году проходил суд над шайкой, Шпейер был одним из немногих «валетов», сумевших скрыться от правосудия. Существует несколько легенд о том, как мошенник открыто насмехался над беспомощностью в отношении него правоохранительных и судебных органов. В одной из них Шпейер присутствовал среди зрителей суда в гриме, изображая глубокого старика, а после оглашения приговора, покидая зал суда, передал председателю то ли свою визитку, то ли записку с благодарностью за «сегодняшний спектакль». В другой версии Павел проходил мимо судьи в коридоре вообще без грима, после чего исчезал без следа.
В конце XIX-начале XX века Павел Шпейер стал одним из привычных персонажей городских легенд Москвы. Поговаривали, что он вернулся в столицу и то ли промышляет банальным воровством в трамваях и троллейбусах, то ли учит этому юных карманников. Даже в метрополитене многие карманные кражи людская молва приписывала именно этому призрачному мошеннику.
Как гласит легенда
Во второй половине XIX века Тверской район, в котором находится резиденция московского генерал-губернатора, был весьма неоднозначным местом. Здесь располагались и пожарная часть, и тюрьма для политзаключённых, и морг, и вытрезвитель, а по ночам золотари везли мимо губернаторского дома городские нечистоты.
Но, несмотря на такое окружение, сама резиденция была одним из культурных центров столицы, в котором князь Долгоруков, «благодушный старичок, любивший приволокнуться за дамами», регулярно устраивал торжественные мероприятия.
На одном из таких балов генерал-губернатору представили очень интересного и перспективного молодого человека Павла Шпейера, служившего коллежским регистратором. Павел обладал прекрасным вкусом, манеры его были безукоризненны, и Долгорукову он показался очень приятным собеседником. Вскоре Шпейер стал одним из самых желанных гостей в резиденции князя.
Во время одного из посещений усадьбы Павел ненавязчиво испросил у Долгорукова разрешение показать великолепную усадьбу одному именитому иностранцу – якобы один его знакомый, английский лорд, очень интересуется архитектурой, и будет безумно рад возможности поближе рассмотреть такой прекрасный образец, а также изучить результат реставрационных работ, которые недавно провёл московский градоначальник. Разумеется, генерал-губернатор не отказал и был, пожалуй, польщён вниманием иностранного богача.
И буквально на следующий день Шпейер вернулся в особняк в компании некоего англичанина. В сопровождении дежурного чиновника (самого генерал-губернатора в этот день – по стечению обстоятельств ли? – в резиденции не было) они обошли всё вплоть до конюшен, ведя активный диалог на английском, но только между собой, так как чиновник не владел этим языком. Внимательно всё осмотрев, мужчины в благостном расположении духа покинули усадьбу.
Казалось бы, на этом данный незначительный эпизод закончился. Однако спустя буквально пару дней этот самый английский лорд вернулся в усадьбу, только на этот раз он приехал в сопровождении своего секретаря и подвод, под завязку набитых чемоданами и сундуками, которые он тут же приказал вносить прямо в кабинет вновь отсутствовавшего в резиденции князя. В ответ на удивление и возмущение управляющего иностранец, не менее возмущённый отсутствием радушного приёма, заявил, что особняк недавно был приобретён им непосредственно у владельца, и даже предъявил официально оформленную и заверенную нотариусом купчую на сотню тысяч (по другим источникам – на 300 тыс.) рублей, в которой продавцом значился… Павел Шпейер!
Чтобы разобраться в происходящем, вернёмся немного в прошлое и посмотрим на ситуацию глазами обманутого (как вы наверняка уже догадались) англичанина. Итак, богатый иностранец приехал в Москву и решил, что ему необходимо достойное жильё в этом славном городе. Конечно, найти что-то, соответствующее его изысканному вкусу, было непросто, однако волею случая лорд на одном светском мероприятии познакомился с, как вы уже поняли, очень интересным и перспективным Шпейером, представившимся ему богатым помещиком. Юноша впечатлил не только манерами, но и прекрасным знанием английского, а когда во время непринуждённой беседы англичанин упомянул о своих сложных поисках, спросил его мнения о московской резиденции Долгорукова.
Лорду было по вкусу это место, но был ли толк о нём рассуждать, если это дом губернатора? Павел на это заявил, что на самом деле особняк находится в его собственности, в то время как генерал-губернатор лишь снял его на время строительства собственного дворца. И вот же совпадение – собственность Долгорукова как раз недавно достроили, и он планирует вскоре покинуть дом на Тверской, а потому Шпейер готов предложить своё имущество к продаже… Вскоре мужчины договорились о цене, а на вопрос лорда о юридической стороне вопроса Павел сказал, что всё будет оформлено у «лучшего нотариуса во всей Москве». После этого «продавец» предложил иностранцу подробнее осмотреть и оценить товар – и буквально на следующий день они вместе изучали все уголки особняка, о чём мы уже писали ранее. После осмотра господа, не теряя времени, поехали в нотариальную контору, в которой англичанину предъявили все необходимые в таких случаях документы, включая подтверждение права собственности Шпейера на особняк, и заключили сделку.
И только когда несчастный иностранец приехал в «своё новое» жильё, вскрылась вся мошенническая схема. Впоследствии оказалось, что даже роскошная контора нотариусов была фальшивкой, созданной буквально на несколько дней – очевидно, именно ради «продажи» особняка.
Интересный факт: в пересчёте на курс рубля 2016 года «улов» Шпейера в этой истории составил приблизительно 150 или 450 миллионов рублей.
Говорят, из-за невольного участия в этом деле генерал-губернатора следствие велось тайно, однако положило начало масштабной охоте на «червонных валетов». По этой же причине данный эпизод не рассматривали в суде над этой бандой. Однако утаить эту историю не удалось, и сегодня многие знают её в пересказе Владимира Гиляровского. По словам писателя, он услышал её от одного фельетониста, знакомого непосредственно с Долгоруковым, рассказавшим ему о произошедшем лично.
Как было на самом деле
«Клуб червонных валетов» действительно был известен всей стране, а судебный процесс над ними можно назвать самым громким делом дореволюционной России. Однако, как уже упоминалось, о «продаже» долгоруковского особняка на суде не было ни слова, как не было никаких официальных заявлений, свидетельств и иных доказательств. Некоторые скептики отмечают также несостыковки в той части истории, что касается официальной части сделки – действительно ли было возможно провернуть всё в считанные дни? Также вызывает сомнения тот факт, что по российскому законодательству того времени купчая оформлялась не до, а после передачи имущества в рамках купли-продажи. Да и почему англичанин никак не задействовал в происходящем наверняка имевшихся среди его знакомых юристов, пусть и иностранных?..
В общем, многие историки считают всю историю «о том, как Шпейер генеральский дом продавал» всего лишь выдумкой Гиляровского или его «источника». Однако вполне вероятно, что наверняка доказать фантастичность этого рассказа ни у кого не получится.