Не так давно я писала о том, что с нами начал работу поведенческий психолог.
Тиму 7 лет
Диагноз аутизм
Вербальный
Кроет матом, как сапожник
Ага) Вот этот вот ангел)
Плюс к психологу, который работает с семьей, в школе с Тимом занимается поведенческий аналитик. И так, видимо, привыкли там к его мату, что нам об этом уже даже и не сообщают.
Во время встречь, которые проходят переодически между школьными специалистами и родителями, эта проблема, конечно, оговаривается. Предлагаются варианты ее решения. Но так, чтобы каждый день нам написывать, что мол, мальчик ваш Петрова-Васечкина послал куда подальше, такого нет, нету. Видимо берегут ресурс родителей. Чтоб кукухой не поехали.
Я и так знаю все прелести своего «ангела». Чего мне лишний раз на мозоль мою больную наступать. Я, со своей стороны, делаю все, от меня зависящее. Не работает не потому, что плохо стараюсь. А потому что, случай у нас сложный. Хоть и вербальный.
Сегодняшняя встреча меня очень взбодрила. Во-первых, специалист наша сказала, что не стоит раздувать случившееся. Ну, матюкнулся и матюкнулся. Не надо кричать: «Ах! Как так!» и хвататься за сердце.
Вообще, с нашими детьми нужно стараться не выражать негативные эмоции напоказ. Соблюдать спокойствие, насколько это возможно.
Мы даем им модель поведения, которую они будут считывать с нас.
Во-вторых, мы снова затронули тему наказания. И все же наш специалист настоятельно рекомендует поощрять хорошее поведение, а не наказывать за плохое.
У нас есть визуальная табличка-поощрение за хорошее поведение. Каждые полчаса мы ставим галочку за отсутствие ругательных слов. Набрав четыре галочки, Тим получает заветный телефон на пятнадцать минут.
Так вот, Джулия, наш поведенческий специалист, не рекомендует забирать уже заработанные галочки. За мат можно отмотать таймер назад. При этом спокойно сказав: «Я услышала, ты сказал плохое слово. Давай попробуем еще раз». Но галочки остаются ребенку.
Еще одна замечательная рекомендация - взамен ругательству давать правильную модель поведения. Например: «Ты, наверное, хотел сказать: «Перестань, пожалуйста».
Или: «Ты сейчас сильно расстроен. Ты можешь сказать: «Я очень зол».
Так же Джулия написала для Тима социальную историю о том, что матом ругаться нельзя. Интересно, но при всей любви к чтению, эта история Тиму не зашла. Мне кажется, он осознает, что не может выполнить действия написаные в книге. Поэтому и читать ее не хочет.
А вообще, конечно, работа происходит, прежде всего со мной, со всей семьей. А потом уже с Тимом. Мы учимся жить с необычным мальчиком. И это очень сильно влияет на нашего внутреннего человека. Он, человек этот, становится мудрее, сильнее, добрее. Мы учимся безусловной любви. Любви, которая не ищет своего.