Уже дома, не успела я принять ванну и пообедать, как в мою дверь раздался настойчивый звонок. На пороге, естественно стояла Анна Петровна с каким-то длинным пакетом в руках. Она молча отодвинула меня и прошла вглубь квартиры. Мне ничего не оставалось, как последовать за ней.
- Что случилось? – решилась все-таки задать вопрос я, наблюдая, как моя свекровушка распаковывает какую-то длинную доску, очень похожу на школьную, только меньших размеров.
- Утром я была в церкви, - как будто это все объясняло сказала Анна Петровна и замолчала, продолжая сосредоточенно вертеть доску.
- И что же? – не выдержала я через несколько минут.
- Там святой отец сказал мне, что чувствует, что мой сыночек в беде.
- Ииии? - И он сказал, что помолится за Володеньку…
- Так, Анна Петровна, я поняла, что у Вас был очень продуктивный поход в церковь. Но переходите, пожалуйста, к сути Вашего прихода сюда! – меня уже начинала раздражать немногословность свекрови.
Свекровь вздохнула и посмотрела на меня, как на жабу, но все же решила снизойти:
- На Бога надейся, а сам не плошай!
- Да, есть такая поговорка, - у меня уже начинал дергаться глаз.
- Я к тому, что не нужно нам слишком уж надеяться на нашу неповоротливую полицию, нужно расследовать исчезновение Владимира самим!
- Как я понимаю, - кивнула я на доску, - это нам поможет?
- Это доска, - пояснила мне свекровь.
- Неожиданно, - хихикнула я, не удержавшись.
- На ней мы будем систематизировать информацию, которую ты будешь добывать, и решать, куда нам двигаться дальше.
- Почему добывать должна именно я, а решать, куда двигаться, будете Вы? – попробовала возмутиться я.
- Потому что я – старше, а значит, опытнее, у меня серьезный академический багаж математических знаний, а значит я – умнее и более логично могу стоить причинно-следственные связи. Где у тебя молоток и гвозди? – Анна Петровна указала мне на стену, куда, судя по всему, намеревалась прибить свою доску.
Когда доска заняла свое почетное место на кухонной стене, я все же решила предложить Анне Петровне выпить кофе и обсудить результаты моего посещения школы. Свекровь с энтузиазмом согласилась и приготовила белый мел для того, чтобы что-то записывать на доске.
Закончив свой рассказ, я с интересом воззрилась на этот мел. Мне в самом деле, было любопытно, что же свекровь хочет изобразить.
Анна Петровна кивнула и размашистым учительским почерком вывела на доске «Банда Сизых», «закладчик», «закладка», «учительница географии». Сбоку она дописала «потеря памяти», «волонтеры». После провела линию от «учительницы географии» до слова «закладки» и повернулась ко мне.
- Итак, на текущий момент у нас с тобой две версии возможного исчезновения моего сына. Банда Сизых, которая могла причинить ему какой-то физический вред и, собственно, потеря памяти, что может также быть взаимосвязано между собой, - на этих словах Анна Петровна снова повернулась к доске и провела линию от банды к потере памяти.
- Как взаимосвязано? – нахмурилась я.
- Ну в то, что у моего сына какое-то физическое заболевание – я не верю, Володенька очень следил за своим здоровьем. Мы с ним регулярно проходили диспансеризацию, сдавали все анализы, делали МРТ раз в год. Но я совершенно не исключаю возможность потери памяти вследствие физического воздействия. Так как случайную величину я исключаю, вследствие невозможности определения исходной точки, остается только банда.
- Хорошо, согласна, - кивнула я. – Но почему Вы провели линию между учительницей и закладками наркотиков?
- Обращаю твое внимание на то, что я написала не просто «учительница», а именно «учительница географии». Как ты могла заметить, твоя допрашиваемая директор, спасибо кстати за подробный пересказ вашего разговора, сказала, что не знает, каким именно образом мой сын нашел место, где «закладчик» прятал наркотики. Она предположила, что он его «выследил». Но для того, чтобы проследить за человеком, нужно знать его отправную точку. Так теорию о том, что мой сын как-то заранее узнал место, в котором данный закладчик получает партию товара, мы пока не можем подтвердить, я допускаю, что посильную помощь в определении мест, подходящих для закладки наркотиков, ему могла оказать его подруга-географ. Итак, это наша единственная пока, хоть и тоненькая ниточка, - подытожила Анна Петровна. – Тебе нужно отправиться в больницу и допросить эту учительницу!
- А если она только после операции и к ней не пускают? – предположила я.
- Бездоказательная гипотеза, - отмахнулась моя свекровь. – Ты сначала наведайся в больницу и все выясни…
- Ох, - вздохнула я, - зачем же наведываться, я могу просто позвонить…
Минут пятнадцать у меня ушло на поиски номера телефона поликлиники, после минут десять на поиски приемного отделения, в котором лежала Ефимия Александровна Кошина. Закончив разговор, я повернулась к Анне Петровне:
- Все нормально, операция была не тяжелой, к ней можно наведаться. Единственное, приемные часы уже прошли, так что посетить нашу учительницу географии я смогу только завтра…
- Хорошо, - сказала Анна Петровна, - чтобы не сидеть сложа руки, я, пожалуй, наведаюсь к нашему полицейскому сегодня, узнаю, как продвигается расследование…
Я усмехнулась, подумав, как рад будет участковый видеть мою свекровь, уже на второй день после того, как он принял у нее заявление, но согласно кивнула:
- А я, пожалуй, свяжусь с волонтерами, которые занимаются поисками пропавших. Хоть Вы и отрицаете возможность того, что Володя потерял память из-за какой-то болезни, но вариант с травмой от банды Сизых или еще от чьих рук, все же возможна…
Продолжение...
Дорогие мои, ставьте лайки, пишите комментарии, пожалуйста, помогайте мне написать эту детективную историю!!!