Её сердце колотилось словно обезумевшее, и Юйлань боялась, что вошедшие в павильон, услышат этот громкий стук, напоминающий бой яогу.
Тем временем с другой стороны ширмы раздался незнакомый ей голос:
— Не понимаю, зачем нужно было так рано уходить с праздника?
Юйлань задержала дыхание, боясь каким-нибудь неосторожным движением или звуком выдать своё присутствие.
— Что ты там ещё не успел рассмотреть, Линг? — было ему ответом.
Юйлань подалась ближе к непроницаемой ширме с изображением зелёных ив. Она нисколько не сомневалась, что этот густой бархатистый голос с едва различимыми хрипловатыми нотками принадлежал Чэнсу Цзиньлуню.
— Наложницу мы выбрали, а это всё, что от нас требовалось. Лучше подготовиться к отъезду! Путь предстоит долгий.
— Кстати о наложнице, — задумчиво протянул тот, кого Цзиньлун назвал Лингом. — Почему ты сам не выбрал девицу? Барышни все до единой оказались настоящими красавицами! Неужели твоё чёрствое сердце при взгляде на них не дрогнуло, Цзинь?
— Я решил довериться твоему изысканному вкусу. Ты ведь всегда знал толк в красавицах, — ответил Цзиньлун.
В его голосе Юйлань уловила скрытую насмешку.
— Тут ты прав! — важно заявил Линг, не догадываясь, что Цзиньлун потешается над ним. — Только вот... Почему ты не хочешь оставить барышню из семьи Ву себе? Всё же эта девушка — дочь важного сановника первого ранга. Тебе оказана большая честь, Цзинь, а ты хочешь отдать такую красавицу Чжимину. У него, между прочим, гарем больше, чем у правителя Степных земель, в то время как у тебя нет ни одной наложницы! — Линг перевёл изумлённый взгляд на Цзиньлуня, будто видел его впервые. — Кстати, Цзинь, а почему у тебя до сих пор нет наложницы?
— Красная нить свяжет меня лишь с той девушкой, которая не побоится пройти вместе со мной через все жизненные трудности. С той, которая будет верна и предана мне. С той, которая не испугается, узнав меня настоящего. На меньшее я попросту не согласен, — ответил Цзиньлун.
Юйлань ловила каждое сказанное им слово, всё больше поражаясь глубине его ответа. Неужели он и впрямь так думает? Или всё это лишь сплошное притворство?
— А та девица, что ты отобрал в наложницы... Да, безусловно, она и красива, и знатна, но мне нет до неё никакого дела!
В голосе Цзиньлуня послышалось раздражение.
— Не понимаю тебя, Цзинь. Это же просто наложница! — искренне удивился Линг. — Она должна быть нежной, и добродетельной, и доставлять тебе удовольствие! Большего от неё и не требуется! Или ты собрался обсуждать с ней государственные дела и тактику ведения боя?
Юйлань услышала, как Цзинь усмехнулся, но смех этот показался ей каким-то невесёлым.
— В том-то всё и дело, — тихо отозвался он, подойдя к окну. Во дворе всё ещё звучали отголоски праздника. — Я хочу получить от женщины нечто большее, нежели её нежное тело и угодливые улыбки.
Юйлань удивлённо распахнула глаза. Слова господина Чэнсу поразили её до глубины души. Она и не ожидала, что может услышать нечто подобное из уст степняка, прибывшего из Женьжоу. Он ведь безграмотный варвар! Но он говорил так искренне, что Юйлань ни на минуту не усомнилась в правдивости его слов.
Его приятель издал какой-то нечленораздельный звук, должно быть означавший, что он в корне не согласен со словами Цзиньлуня.
— И, тем не менее, ты бы заключил брак с наследной принцессой, — нашёлся он наконец с ответом. — А может, она глупа и взбалмошна? Или уступает во внешности дочери сановника Ву? Ты не думал об этом?
— Это не важно, Линг! Как ты не понимаешь?! Я женился бы на принцессе Юйлань, будь у неё хоть две головы! Это мой долг перед отцом. Долг перед Женьжоу, — заявил Цзинь.
После этих слов ухоженные брови Юйлань поползли на лоб. Почему же он тогда отказался от этого брака?
Цзиньлун между тем продолжил:
— Но, видимо, императору Тао не знакомы такие слова, как долг и честь, а те договорённости, что были заключены ещё нашими предками, для него лишь пустой звук!
Юйлань едва сдержала возмущённый возглас. Что? Да как он смеет! Как смеет говорить такое об отце! Император династии Сюнь чтит традиции предков!
— По-прежнему считаешь, что император соврал на счёт болезни принцессы Юйлань? — снова раздался голос Линга.
Юйлань чуть не вывалилась из-за ширмы, услышав своё имя. О чём эти двое тут толкуют? С чего они решили, что она больна? Что вообще происходит? Она уже ничего не понимала. Сначала матушка со своим странным приказом. Теперь неясные речи господина Чэнсу и его человека...
— Уверен, что её просто выслали из дворца под благовидным предлогом. Но ничего, я всё равно докопаюсь до истины. У императора не получится... — Цзиньлун резко осёкся, но уже через секунду продолжил: — Долго скрывать правду.
— Конечно, узнаешь, Цзинь, и уже совсем скоро, — уверенно заявил Линг. — Люди, которых ты послал в Джунсюнь, нагонят нас по пути и...
— Линг! — неожиданно перебил его Цзиньлун. Юйлань едва не заскрежетала зубами от досады. Зачем он направил своих людей в Джунсюнь? Что такого важного в Джунсюне? И как это связано с ней? Ну почему он перебил этого болтуна Линга? — Сходи-ка, проверь, как идёт приготовление к отъезду.
— Что? Снова?— растерялся Линг, явно сбитый с толку приказом Цзиня. — Но я ведь уже...
— Сходи, сходи! — властно распорядился Цзиньлун. — Не хочу завтра с утра узнать о какой-нибудь досадной неприятности, мешающей отъезду!
— Странный ты какой-то сегодня. Сначала уводишь меня с праздника, теперь этот приказ… Перегрелся что ли? — ворчал себе под нос Линг.
В павильоне раздались его шаги. Возле двери они на время затихли, указывая на то, что Линг остановился.
— А ты? Идёшь? — поинтересовался Линг, не сводя с Цзиня вопрошающего взгляда.
— Я присоединюсь к тебе позже, — ответил Цзинь. — Стража пусть подождёт снаружи.
— Но господин... — запротестовали стражники всё это время томившиеся у двери.
— Ждите меня снаружи! — приказал Цзинь не терпящим возражения тоном. — Здесь кроме книг ничего нет, но их то вам опасаться нечего!
Не посмев перечить, те вышли из павильона.
«Чэнсу Цзиньлун, а ты почему остался? — насторожилась Юйлань. — Неужели тебя так заинтересовала библиотека императора? Не думаю!»
Оставаясь сокрыта ширмой, она слышала, как Цзиньлун расхаживает по павильону. До неё то и дело доносился шелест бумаги и звуки его неторопливых шагов. В какой-то момент ей показалось, что шаги раздались совсем рядом. Юйлань вцепилась пальцами в подол ханьфу. Она молилась, чтобы ему не пришло в голову заглянуть за ширму. Что он сделает, обнаружив её здесь? Рассердиться? Прикажет наказать её?
Внезапно тишину павильона разрезал негромкий голос Цзиньлуня:
— Ну и долго ты будешь там прятаться?
Юйлань замерла и, кажется, даже перестала дышать. Кому он это сказал? Не ей ведь? Или ей?.. Он же не мог знать, что она прячется за ширмой? Или мог?..
Словно отвечая на её невысказанный вопрос, Цзинь снова заговорил:
— Это я тебе сейчас сказал, Фанг!
Юйлань побледнела.
— Выходи! Живо! — приказал Цзинь. — Или я сам тебя выволоку из-за той ширмы, за которой ты прячешься!
Юйлань протолкнула в горле шершавый ком.
Прятаться бесполезно. Очевидно, он давно догадался, что в библиотеке кто-то есть. Потому и не позволил Лингу договорить. Вместе со страхом в ней поднялась волна гнева. Хитрый степняк!
Юйлань понимала, что нужно выйти, но ноги будто налились свинцом. Затем она вспомнила его обещание выволочь её из-за ширмы. А что, если он и впрямь осуществит задуманное? А он сделает, Юйлань нисколько не сомневалась в этом. Потому нацепив на лицо самую глуповатую улыбку, которую сумела изобразить, Юйлань несмело вышла из-за ширмы. Ивы на ней будто склонились ещё ниже.
Цзиньлун стоял к ней спиной, и лунный свет, льющийся из окна, серебрил его силуэт.
— Чего ради ты там прятался? Объяснись! — рявкнул Цзинь, и повернулся.
Его тёмные брови сошлись на переносице, и Юйлань сглотнула вмиг пересохшими губами. Кажется, он был невероятно зол.
Продолжение следует...
☝️ Друзья! ☝️ Напоминаю, что у меня появилась группа в ВК ))) Ссылка на неё: https://vk.com/club225094933
Заходите, подписывайтесь. Буду рада :))) ❤️ ❤️ ❤️