- ...возьмите чайник... нет, не этот... а тот, в котором завариваете чай...
Беру чайник, прижимаю к себе.
- Возьмите окно, в которое вечером смотрите на закат.
Подхватываю окно.
- Возьмите себя... обязательно возьмите себя...
Беру себя, не удерживаю в руках, роняю, почему-то жду, что разобьюсь на куски, не разбиваюсь.
- Возьмите закаты... нет, не все... нет, не самые красивые... – кто-то пытается, но не может объяснить, какие именно закаты, - но я понимаю.
- Возьмите город, - говорит он уже всем нам, - нет, не каждый кирпич, а очертания крыш на рассвете, полуденный зной на площади, тень от трактирной вывески под старину, скрип качелей, шорох деревьев, когда налетит ветер. Возьмите с собой дождь, от которого скорее бежали в дом, дождь, который барабанил снаружи, когда вы пили горячий чай.
- Возьмите с собой мечты о дальних странствиях и возвращения из дальних странствий домой.
- Возьмите с собой белизну первого снега, который растает к полудню.
- Готовы? – спрашивает он, неведомо кто.
Тут мы не выдерживаем, срываемся с мест, кричим, да что такое, куда мы идем вообще, что происходит, мы не собираемся никуда идти, что вы выдумали вообще...
Ну как же, говорит он, надо идти, из воспоминаний в легенды.
А как там в легендах, спрашиваем мы.
А никак, отвечает он, как вы сделаете, так и будет. будет ваш город, будете вы, будет окно, из которого вы смотрите на закат, когда пьете вечерний чай, будет самый яркий сон перед рассветом и впервые прочитанная страница любимой книги.
Да постойте, да как же это, - еще пытаемся возразить, понимаем, что бесполезно.
Ну а как вы хотели, говорит он, про вас забывают, уже нет тех, кто помнил бы, есть только те, кто хранит легенды о руинах вашего города...
Мы хотим спросить, что случилось с городом, уже не успеваем, нас сажают на поезд, который едет из воспоминаний в легенды, кто-то впопыхах несет сибирского кота, суетится, что нет переноски, кому-то кивают, сажайте так, поезд отправляется...