Чем больше мужчин призывалось в фашистской Германии в армию, чтобы покорить страны Европы, тем больше промышленность и сельское хозяйство Третьего Рейха нуждались в рабочей силе. Немцы мудрствовать не стали и решили ликвидировать дефицит рабочих рук с помощью советских граждан. Всего Берлин планировал отправить на принудительные работы в Германию 15 млн. рабочих из СССР. План успели выполнить на 33% и в Третий Рейх доставили 5 млн. человек. Там люди сразу превращались в рабов.
"За 10–15 марок каждый немец мог приобрести себе работника-раба на невольничьем рынке, которые были организованы нацистами по всей Германии. На этих рынках покупатели живого товара щупали мышцы людей-рабов, придирчиво осматривали их, начиная с зубов и кончая пятками. Старались выгадать, не заплатить лишнего".
Сергей Кузьмин, "Сроку давности не подлежит".
Тяжелее всего приходилось тем, кто попадал в трудовые лагеря и вкалывал на фабриках и заводах. Там людей кормили скудно, а трудиться приходилось по 14-15 часов. Больше везло юношам и девушкам, которых покупали местные фермеры – гроссбауэры. Особенно, если хозяева оказывались сознательными и относились к своим работникам с добротой. Но чаще всё было наоборот и жизнь рабов превращалась в ад.
Именно к таким хозяевам попала белорусская девушка Ефросинья Андреевна (фамилия неизвестна), сложная судьба которой потрясла Главного военного прокурора 5-й армии Котляра. Именно он занимался её делом, которое даже его поставило в тупик. Девушка совершила тяжелое уголовное преступление, но сажать ее было безнравственно и даже абсурдно.
Фросе повезло, её купили.
Когда началась война, Фросе едва исполнилось 17 лет, она жила вместе с матерью в Белоруссии под Минском. Осенью 1941 г. её и мать арестовали фашисты, а затем отправили в теплушке в Третий рейх. Под Варшавой девушку этапировали в местный лагерь, а мать повезли дальше. В начале 1942 г. Ефросинью и других узниц построили у барака: гроссбауэры приехали покупать батраков. Девушка была очень этому рада, ведь от голода и холода, а она была одета зимой в летнее платье, каждый день в лагере умирало от 50 до 100 человек. Выбирали долго, ощупывали, смотрели зубы. Фросе повезло, её купили и теперь у нее появился шанс остаться в живых.
Фридрих и Клара.
Перед отправлением из лагеря всех узников предупредили, что за отказ от работы на бауэра и за побег полагается расстрел. Фридрих (так звали хозяина) привез девушку на хутор и запер в сарай. Утром фрау Клара – 40-летняя супруга гроссбауэра провела с Фросей воспитательную беседу, где обещала ее сечь за любую провинность. И не солгала. Скоро спина у девушки стала темно-синей, а тяжелую мужскую работу ей приходилось выполнять с 5 утра до темноты. Здесь кормили, конечно, лучше, чем в лагере, но все равно Ефросинья голодала. Один раз она украла 4 морковки у поросенка и ее спину снова посекли.
От тяжкой работы и регулярных наказаний Фрося к концу 1944 г. дошла до отчаяния, но ее спасала мысль, что миг освобождения уже недалеко. Со школы она знала немецкий, но не подавала вида. Поэтому хозяева говорили при ней обо всем не стесняясь. От них девушка и узнала, что Красная армия бьет фрицев и не сегодня-завтра будет здесь. Вскоре вдали начали раздаваться звуки канонады. И тут Ефросинья подслушала, как фрау Клара говорит мужу:
"Теперь русские отомстят всем немцам и нам тоже... Надо убрать эту девку. Она продаст нас".
Николай Котляр, повесть "Именем закона".
Побег и неосознанный поджог.
Служанка решила бежать, но на ночь ее стали закрывать на замок. Тогда она сделала подкоп под своим сараем в конюшню, где уже был лаз на сеновал. Накануне побега поздно вечером девушка вдруг услышала голоса. В щель она увидела: Фридрих и Клара стояли с фонарем у сарая, а в руках у мужчины находилось ружье. Когда заскрежетал замок, Фрося вне себя от ужаса нырнула в лаз, взлетела на сеновал и спустилась по лестнице. Таким образом, она оказалась у входа в сарай и автоматически задвинула засов.
В этот момент Фридрих выстрелил через дверь и у девушки обожгло плечо. Фросю охватила ярость. Она кинулась в гараж, где в ведре хранился бензин, плеснула им на дверь, схватила керосиновую лампу, что стояла на крыльце и швырнула туда же. Пламя взметнулось выше крыши. Клара завизжала, а Ефросинья выпустила лошадей, коров и свиней и кинулась прочь.
Беглянка не могла остановиться до утра. Потом она набрела на яму с ельником у опушки леса и забилась в нее. Днем девушку разбудили веселые красноармейцы. Это был бы лучший день в её жизни, если бы не осознание своей вины. Фрося в слезах рассказала бойцам, что натворила ночью. Те вздохнули и объяснили, как пройти в комендатуру поселка Гроссдорф.
Дело прекратить!
Прокурор 416-й дивизии подполковник Гаска находился в растерянности: за самосуд был положен трибунал, да и от хутора остались только головешки. Но ведь и девочку ему стало жалко. Тогда он обратился за помощью к прокурору 5-й армии полковнику Котляру. Николай Михайлович рассмотрел все аспекты дела, поговорил с виновницей событий и после долгих раздумий вынес вердикт:
"Здесь налицо самооборона, ведь хозяева пришли ночью в сарай, чтобы "убрать" ее. Самосуда здесь нет, ибо женщина совершила это до прихода наших частей. Нельзя забывать и о том, что по ней стреляли и ранили, поэтому она была вынуждена принять адекватные меры, чтобы ее не добили, догнав на лошади... Дело прекратите, подлечите и отправьте на Родину".
Николай Котляр, повесть "Именем закона".
Остается добавить, что героиня повествования 1,5 месяца провела в госпитале, где перенесла две сложные операции. Теплым отношением и заботой ей подлечили нервы, откормили и отправили домой в Беларусь. Я надеюсь, что у нее в жизни все сложилось прекрасно! Дай-то, Бог!
Помните, что ваши лайки и комментарии помогают в развитии канала.