Наш дом окружили. Толпа людей галдела. Я слышал оскорбления в адрес моего отца. Мать увела меня в комнату и пугливо выглядывала в окно. На мои вопросы она не отвечала и только требовательно прижимала к губам указательный палец, чтобы я вёл себя тихо. На улице стоял людской гул, но среди него сильно выделялся один голос, который высказывался громче остальных. Он словно руководил настроением собравшихся, обвиняя моего отца в обмане. - Что случилось? Скажи уже, наконец. - Торговцы возмущены, что твой отец уменьшил стоимость горшков. - Но ведь здесь и продавцы фруктов, и ковров, и виноделы? - Вон, тот всех подначил и собрал здесь, чтобы проучить твоего отца. Потому что у него упал спрос на свои горшки, - мать осторожно указала на самого крикливого. - Это несправедливо! Мы можем выставлять цену, какую пожелаем, - возмутился я. - Все могут делать, что хотят, только продавцы разозлились, что отец переманивает покупателей. Если он так сделал, значит и другие смогут, - она обеспокоенно повела п