ПРИДУМАЛИ ФАШИСТСКИЕ ЛЁТЧИКИ
В Петербурге, всё более забывающему про своё название в войну, ещё заранее утвердили бездарную эмблему 80-летия полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады. Символику юбилея представил городской комитет по печати и взаимодействию со СМИ – то есть это не полёт скудной фантазии художника, а целенаправленная политика. Маловыразительная картинка представляет собой цифру "80" на фоне двух перекрещивающихся лучей прожекторов. Эти лучи часто видели в небе жители блокадного Ленинграда, пояснили в Смольном. А кто их не видел в бескрайних фронтовых зонах? Но главное, по задумке, ни единого символа Ленинграда и советской Победы! Так – во всём…
Слово, даже мусорное – великая сила. Например, пренебрежительное словцо «Совдепия» было образовано от привычного новояза «совдеп» — «совет депутатов». Слово это появилось в 1920-е эмигрантской среде как пренебрежительное обозначение Советской России — что-то вроде теперешней «Рашки». В перестройку оно снова всплыло уже как обозначение ненавидимого советского государства и помогало исподволь подтачивать его. Ещё больший вред нанесло уничижительное словцо – «совок».
На авторство слова «совок» претендуют сразу несколько человек. Один из них – Михаил Эпштейн. Какой из Эпштейнов? – не критик ли, который придумал термин для придуманных поэтов – метаметафористы? Тот Михаил отвалил в США и даже бросил свой участок в нашем товариществе «Московский литератор» (вот как евреев «преследовали» - бесплатно сотки выделяли!). Или тот, что называет себя писателем-фантастом и философом? Он кричит на каждом перекрёстке: «Самым востребованным из моих придуманных слов оказалось то, которым сам я предпочитаю не пользоваться, и в этом состоит коварно-поучительный смысл выражения "слова имеют свою судьбу". Недавно мне попалась заметка в "Аргументах и фактах": «Вот уже много лет модно называть жителей бывшего СССР "совками". Сообщите, кто придумал это малоприятное слово и обозвал им сотни миллионов честных людей?» Н. Варич, Брест.
Газета ответила: «По данным доктора филологических наук Раисы Розиной (Институт русского языка РАН), на авторство этого слова претендуют сразу несколько человек. Первый в очереди - известный музыкант Александр Градский. Он с друзьями как-то выпивал в песочнице. Рюмками друзьям служили забытые детьми пластмассовые формочки, а самому Градскому достался совочек.
Писатель и философ Михаил Эпштейн в подтверждение авторства ссылается на свою книгу "Великая Совь" (название образовано по аналогии со словом "Русь"), героев которой он нарек "совками" и "совщицами". В 1989 г. автор читал ее по Би-би-си, откуда обидное прозвище могло просочиться в СССР.Наконец, у "совков" есть и коллективный автор - культурологи Александр Генис и Петр Вайль. Они утверждали, что придумали это слово для обозначения советских туристов, выезжающих в социалистические страны».
А вот как оправдывает распространение этой клички, унижающей советских людей или тех, кто не плюёт в своё советское прошлое один либеральный сайт: «Ни один неологизм не способен прижиться в народе, если он точно, ёмко и правильно не определяет суть того или иного явления или предмета, а в нашем случае – страны. За что же Советский Союз заслуживает презрительного отношения в обществе? Перечислим самые важные достижения Страны Советов и причины их переосмыслить (обязательно «переосмыслить»?! - А.Б.):
Победитель во Второй мировой войне. Если бы СССР не помогал Германии поставками миллионов тонн сырья и продовольствия, то войны и огромных человеческих потерь могло бы не быть. Последний эшелон с хлебом был отправлен в Третий рейх в 2 часа ночи 22 июня 1941 года;
Покоритель космоса. Пока советские летательные аппараты бороздили бескрайние просторы, женщины не имели таких элементарных средств интимной гигиены как прокладки и тампоны, их не существовало в природе, точнее в пределах космической сверхдержавы. А всё производимое в Стране Советов для простых граждан было весьма сомнительного качества;
Основоположник мирного атома. Крупнейшая в истории человечества авария на атомной электростанции произошла на территории СССР. Чернобыльскую катастрофу некоторые учёные считают началом конца Советского Союза;
Создатель лучшей в мире системы образования. Об истинном уровне образования говорит тот факт, что бешеной популярностью пользовались шарлатаны, заряжавшие воду прямо с экранов телевизоров.
Существует ещё много нелицеприятных фактов из истории СССР, из-за которых термин «совок» может показаться слишком мягким и ласкательным».
Ну, прямо инструкция, как надо обгадить великую державу. Нет только любимого аргумента Николая Сванидзе: «Что там говорить? – даже туалетная бумага в СССР была дефицитом!».
Но я спешу разочаровать и Градского, и Эпштейна, и даже бросить тень на память о Генисе-Вайле: в рамках т. н. народной этимологии» существует версия о происхождении слова «совок» от аббревиатуры - «советский оккупант» (предположительно, в Прибалтике, в среде националистического подполья и «лесных братьев»). Вот – уже ближе к истине! Похоже на то, что родилось позже в условиях других войн: «духи» - душманы или «чехи» - вояки-чеченцы, когда надо было как можно короче обозначить противника в бою. Но, работая над книгой, я нашёл ещё более раннее употребление слова «совок». Баир Иринчеев в своей книге «Прорыв Карельского вала» приводит много подлинных документов и пишет об одном дне боёв на участке Ваккила-Ихантала, где финнам активно помогали немецкие войска.
В этот день командование 13-й Воздушной армии (в неё входил бомбардировочный полк моего брата) решило, наконец, нанести удар по финским и немецким оппонентам. В 19.58 на аэродроме Иммола была объявлена воздушная тревога и буквально через минуту на аэродром посыпались первые бомбы. Выйти на старт успела одна четверка немецких истребителей: лейтенант Тюбен (черная «восьмерка»), обер-лейтенант Радтке (черная «двойка»), лейтенант Арнеке (черная «десятка») и унтер-офицер Ассман (белая «девятка»). Арнеке и Ассман взлететь не успели. Первый получил осколок бомбы в ногу, и самолет загорелся. Ассман уже поднял «фоккер» в воздух, когда взорвавшаяся рядом бомба оторвала от него двигатель.
Хайнц Мюллер:
«Погожий денек был 2 июля 1944 года. Совки нас тогда неплохо пожгли массированным налетом на аэродром Иммола…». Стоп! – значит, уже у фашистских вояк было в обиходе это обозначение врага, коль воздушный ас заносит его спокойно в свой дневник по горячим следам. Читайте дальше, в какой ситуации оно всплыло!
«… Налет начался так внезапно и мощно с трех сторон, что голова пошла кругом. Мы только вернулись с боевого вылета. Лишь небольшая часть машин была заправлена и заряжена. Был прекрасный вечер, и мы в палатке как раз собирались поужинать бутербродами. Мы как раз обсуждали недавний боевой вылет, как в 19.59 разверзлись глубины ада. Загрохотали бомбы, затрещали очереди, мы все бросились из палатки к машинам. Я видел, как стартовали дежурные двойки, среди них был лейтенант Арнеке, которого я знал еще со времен летной школы. Мой механик бежал мне навстречу и жестами показывал, что машина не готова. Что дальше? Можно было только прибавить ходу и бежать под защиту ближайшего леса.
ИЛы совков гонялись за нами, как за зайцами. Пришлось побегать с языком на плече и попадать на землю. За 50 метров до опушки я укрылся в неглубокой траншее и увидел, как от Ил-2 в пике отделилась бомба. Она летела прямо на меня. Вот и конец, промелькнуло в мозгу. Слава богу, что взрыватель не сработал. Из-за пологой траектории бомба упала плашмя в пяти метрах передо мной, срикошетировала, перелетела меня и взорвалась в 10—15 метрах за мной.
Я добрался до леса, но и там было небезопасно. Снаряды рвались в ветках и кустах. Я бежал со всех ног, пока не добежал до большого валуна, который был хоть каким-то укрытием. Там уже были два солдата, один немец, второй финн. Последний был тяжело ранен. У него снарядом оторвало руку, мы его перевязали. Мы кружились вокруг камня, ориентируясь на шум моторов. Казалось, это длилось вечность…».
Вот какой ад устроили совки! Но, кстати, Хайнц Мюллер о советских лётчиках говорит куда более уважительно, чем дальнейшие последователи фашистов и враги всего советского, унижавшего тех, кто желал блага своему государству. Как полезно иногда читать документальную литературу – правда всплывает, даже в деталях! Так что я в своей книге хочу отметить не только 80-летие освобождения Карельского перешейка, но и широкого применения вредоносного словца, от которого тоже пора окончательно освободиться!