Моя на тот момент ещё будущая свекровь поразила меня при нашем знакомстве, когда, смеясь, рассказала:
– Родители назвали меня в честь актрисы Элиной. В девичестве я была Тапочкиной. Представляешь такой пердимонокль? В общем, можешь называть меня Элиной или Линой, и, пожалуйста, обращайся ко мне на ты. Я всё-таки не настолько старая, чтобы мне выкать.
Элина мне очень понравилась, особенно когда она поведала, как в 17 лет наотрез отказалась избавляться от плода своей ранней любви, и родила мальчика, который через четверть века стал моим женихом. Рассказывала она об этом без надрыва, хотя, как по мне, ситуация была печальной. Элина совсем не стеснялась сына, да и Дима относился к этой истории так, будто как минимум тысячу раз её слышал.
– Парень, который моему недетскому положению поспособствовал, растворился в закате, как только узнал о перспективе скорой свадьбы. Родители, конечно, на меня кричали, аж стёкла дребезжали. Только меня это не сломило. Дима – мой самый надёжный человек, хотя, наверное, можно сказать, что ему-то со мной не слишком повезло. Потом я замуж вышла, не за свою первую любовь, а так, по настоянию матери, чтобы у Димки мужское воспитание было.
Только долго семейное счастье не продлилось. Муж оказался любителем за воротник заложить, и вскоре я к маме вернулась. В нашем посёлке у всех мужчин одна общая проблема. Ладно, хоть Олег в наш посёлок рыбачить приехал, а поймала я его. Благодаря ему и замуж вышла, и в город переехала, и сына за собой потянула.
Элина звонко рассмеялась, а потом продолжила:
– Правда, Димка к тому времени уже успел и в армию сходить, и вернуться. Так что мужское воспитание ему уже без надобности было. Зато возможность жить в городе и нормально зарабатывать совсем не лишняя. К тому же, видишь, благодаря переезду он с тобой встретился. Глядишь, и счастлив будет. В общем, Варя, рада была познакомиться. Будет время – звони, будут деньги – присылай!
С этими словами Элина чмокнула в щёки меня и Диму, и, манерно покачивая бёдрами, прошлась по кафе, в котором мы сидели, к двери. Несколько мужчин-посетителей чуть головы себе не свернули, настолько это выглядело эффектно.
На нашей с Димой свадьбе свекровь тоже приковывала к себе взгляды гостей. Одета она была скромно, не вызывающе, но желающих потанцевать с нею было хоть отбавляй. Отчим моего мужа скрипел зубами, но Элина и его умудрялась своим вниманием не обделять. Когда я вышла подышать воздухом, то нечаянно услышала, как Олег отчитывает свою жену:
– Чего это ты на свадьбе родного сына ведёшь себя как вертихвостка?
Прекращай вести себя так, будто тебе вполовину меньше лет, чем есть!
В ответ на эти грозные замечания Элина рассмеялась:
– Олежек, я просто очень рада! Димка своё счастье нашёл. Он явно любит Варю, и она его тоже. Вот я и веселюсь, радуясь за них! Ну, не сердись! Хочешь, я теперь только с тобой танцевать буду?
Я потихоньку удалилась, размышляя о том, что трудно придумать более неподходящую на вид пару, чем мама мужа и его отчим. Она как точёная статуэтка. Он словно обрюзгший старый медведь. Что их могло связывать – непонятно. Впрочем, долго мысли об Элине и Олеге меня не занимали. Всё-таки, во время собственной свадьбы внимание больше уделяется другим моментам.
После свадьбы Дима из квартиры отчима переехал ко мне, в небольшую двушку, унаследованную от бабушки. Мы вполне быстро притёрлись в быту, и, конечно, были мелкие недоразумения, но все они решались как-то невзначай. А чуть больше, чем через год после свадьбы рано утром в субботу, как сейчас помню, в дверь квартиры позвонили.
На пороге стояла Элина с вещами. Вид у неё был далеко не такой радостный, к которому я привыкла. Свекровь попыталась улыбнуться, здороваясь со мной:
– Привет, Варя! Ничего, что я так рано?
Я поняла, что случилось что-то плохое, и радушно пригласила свекровь войти:
– Здравствуй, Элина. Проходи, пожалуйста. Дима пока что ещё спит, а я как раз завтрак готовлю.
Свекровь вкатила в прихожую свои чемоданы, и последовала за мной на кухню. Женщина отказалась от бутербродов, но согласилась на чашечку кофе, и, попросив добавить туда коньячка «для настроения», стала мне жаловаться, будто закадычной подружке:
– Представляешь, Варя, Олег меня выгнал. Приревновал на ровном месте. Подумаешь, кто-то ему сказал, что видел меня в кафе. Мне так и не удалось доказать этому недоделанному Отелло, что совместное чаепитие с мужчиной в общественном месте не равно измене. Ничего, если я тут, у тебя, немного перекантуюсь, пока Олег успокоится?
Конечно, я посочувствовала свекрови, и не стала отправлять её в гостиницу или снимать себе квартиру. Проснувшийся Дима тоже ничего против компании своей мамы не имел, и старался её поддержать:
– Ничего, Олег скоро остынет. Ещё и прощения просить будет.
Однако Дима просчитался. Прошла неделя, пошла другая, а Олег всё никак не звонил Элине и не приходил с ней мириться. В быту свекровь оказалась просто чудовищной, на мой взгляд, соседкой. По утрам она надолго занимала ванную, а с учётом того, что санузел в моей квартире совместный, это доставляло массу неудобств. Конечно, я не молчала. Объясняла свекрови, что она, вообще-то, не одна, но Элина, мило улыбаясь, парировала:
– Варенька, так я же не запираю дверь. Заходи, делай свои дела, не стесняйся. Просто я если с утра ванну не приму, то не проснусь!
Просьбы устраивать водные процедуры позже, потому что мне и Диме надо спешить на работу, Элина выслушивала, кивала головой и – не выполняла. Объясняла, что у неё бессонница, поэтому она раньше всех и заняла ванную. То, что это противоречило её собственным словам, Элину не смущало. Хотя свекровь не работала, но и дома она не сидела. Наведя красоту, она куда-то убегала, а возвращалась порой даже позже меня и Димы.
Никакой помощи от Элины не было. Скорее, одни неудобства. Она не мыла посуду, даже за собой. В проходной комнате, которую мы ей выделили, вскоре образовался бардак, который Элина называла творческим беспорядком. Она могла полночи просидеть за ноутбуком, переписываясь с кем-то или смотря всякие видео. То, что мне и её сыну надо на работу, свекровь не волновало.
Довольно скоро стало понятно, что Олег приревновал жену не зря. Элина подолгу ворковала с кем-то по телефону, и это явно было не просто дружеское общение.
Через 2 недели я поинтересовалась у Димы:
– Слушай, а когда твоя мама съедет? Она тебе не говорила, случайно?
Ответ был и невразумительный, и неутешительный.
– Ну, я не знаю. Ей жить негде. Ты же знаешь, что мы родом из дальнего посёлка, а здесь, кроме нас с тобой, у неё родни нет.
– Дима, твоя мама что, у нас навсегда жить собралась? Такого уговора не было. Я не хочу отношения портить, но жить с твоей мамой сложновато.
– Чего ты нагнетаешь? Скоро мама работу найдёт. Может, с общежитием каким-нибудь, и уедет от нас. – Подбодрил меня муж, а потом добавил не очень уверенно: – Или с Олегом помирится, и к нему вернётся.
Дима, похоже, и сам мало верил в то, что отчим сохранит семью, и был прав. Олег подал на развод и выписал его с матерью из своей квартиры фактически в никуда. Элина казалась не слишком-то расстроенной, и продолжила куда-то убегать по утрам, а возвращаться вечером. Однажды за ужином ко мне обратился Дима:
– Надо как-то решить вопрос с регистрацией. Варя, слушай, а пропиши нас с мамой к себе.
Чего-то подобного я и ожидала, и ответ был наготове:
– Допустим, тебя я зарегистрирую, но вот Элину, извини, не стану.
Дима возмутился:
– А как же мама на работу устроится. Как в поликлинику, если что, ходить будет?
– Мне всё равно, я её регистрировать не буду. Кстати, чтобы ускорить процесс, я для тебя тоже ничего не стану делать, пока твоя мама не осчастливит нас своим отъездом.
Со своей мамой Дима разговаривал без меня, но ничего не изменилось. Элина обещала, что вскоре всё решится, а сама продолжала жить как жила. Когда я её напрямую спросила, скоро ли она нас покинет, свекровь, пытаясь изобразить самое умильное лицо, ответила:
– Ну, потерпите меня ещё немного. Ярославу требуется время на то, чтобы уладить свои личные проблемы и привести меня в свой дом.
Меня осенила догадка:
– Так он женат, этот твой Ярослав?
Элина с вызовом ответила:
– Да, и что? Он обещает развестись. Вот как только его дочери исполнится 18, и он сразу расскажет жене, что теперь ей в доме места нет. Ой, особняк у Ярика – просто чудо. Он мне фотки показывал. Пока что приходится по отелям и квартирам на час мотаться, но скоро всё наладится!
Мне даже любопытно стало:
– А сейчас, сколько его ребёнку, твой возлюбленный не говорил?
По тому, что моя невозмутимая свекровь всё-таки смутилась, я поняла, что это чудесное событие ещё даже не на горизонте. Разговор ни к чему не привёл.
Как-то на выходные я и Дима поехали с друзьями на природу с палатками, чтобы шашлычки пожарить, искупаться, а синоптики ошиблись по поводу ясной погоды. Стал накрапывать противный дождик. Да ещё чего-то настроение у одной пары было не ахти, и они своими кисло-пресными лицами портили желание оставаться на природе. В итоге, решили мы в город раньше вернуться.
Открыли дверь, и прямо как в детском стишке. «Вдруг из маминой, из спальни», но только не кривоногий и не хромой, а незнакомый мужчина в трусах-боксёрах вышел. Следом за ним и Элина показалась.
Мужчина, не стесняясь ситуации, поздоровался:
– Физкульт-привет, туристы. Проходите, не стесняйтесь. Я сейчас чайку глотну и побегу.
Элина что-то прошептала ему на ухо, и мужчина, быстро одевшись, покинул нас, едва буркнув «до свидания».
Незваный гость оказался последней каплей. Я поставила свекрови условие:
– Элина, у тебя 3 дня на сборы. Иначе вызываю полицию и выселяю тебя принудительно.
Свекровь была очень недовольна и заявила:
– Вообще-то, тут мой сын живёт, так что и я могу жить.
– Разве Дима у нас несовершеннолетний? Так, я сейчас и вашему сыну вещи соберу, если такой расклад. Живите с ним, где вам угодно.
Элина развернулась, и с недовольным видом уселась перед ноутбуком. Мне пришлось устроить внеочередную генеральную уборку, в которой мне никто не помогал. Дима, как и его мама, тоже погрузился в виртуальный мир, а я с хлоркой отмывала санузел, перестирывала бельё и драила посуду.
Элина утром следующего дня скомкано попрощалась:
– Ладно, поехала я. Позвоню как-нибудь.
Позже она сообщила, что вышла на работу кассиром и сняла комнату. У меня после всей этой истории остался не очень приятный осадок. Ведь Дима никак меня не поддержал. Скорее, он был на стороне своей мамы. А что будет, когда Элина постареет?
Если свекровь до этого времени не выйдет замуж, вряд ли она вернётся в свой посёлок. Вероятнее всего – снова с вещами появится на пороге квартиры, где живёт её сын. Ну, и как теперь жильё расширять? Возьмём, допустим, трёшку в ипотеку, и Элина явится. Ведь, по её мнению, если её сын имеет право на жильё, то и она тоже автоматически получает право жить вместе с ним.
Ещё сильнее меня беспокоит наследственность. Вдруг мой муж унаследовал мамин чересчур лёгкий характер? Или всё-таки яблочко от яблоньки в этот раз далеко укатилось?