Сегодня вспоминаем Ивана Петровича Кошелева - участника Великой Отечественной войны, учителя и очень увлеченного человека. об одном из хобби читаем в газете Звезда.- 2004.-6 февраля В гостях у острожского звездочета побывал наш корреспондент.
Ближе к ночи Иван Петрович Кошелев мечтает об одном: чтобы не было метели, облачности, чтобы небо над его селом Острожкой, что в Оханском районе, было чистым, И как только открывается «бездна, звезд полна», одевшись потеплее, прихватив самодельный телескоп, спешит он на улицу и часами наблюдает за россыпью небесных огней. Иногда и жену Марию Васильевну с собой зовет. Нередко возле него собираются соседи, чтобы поглазеть на небеса.
Увлечения у восьмидесятилетнего селянина, бывшего педагога, давнее, со школьной еще поры. С учителем своим по астрономии и географии разглядывали они звезды через трубку теодолита. Да что через него увидишь... И стал Иван Петрович мастерить телескопы сам. И не только их. Мы видели балалайку и гитару, изящно сделанные хоз
Сегодня вспоминаем Ивана Петровича Кошелева - участника Великой Отечественной войны, учителя и очень увлеченного человека. об одном из хобби читаем в газете Звезда.- 2004.-6 февраля
В гостях у острожского звездочета побывал наш корреспондент.
Ближе к ночи Иван Петрович Кошелев мечтает об одном: чтобы не было метели, облачности, чтобы небо над его селом Острожкой, что в Оханском районе, было чистым, И как только открывается «бездна, звезд полна», одевшись потеплее, прихватив самодельный телескоп, спешит он на улицу и часами наблюдает за россыпью небесных огней. Иногда и жену Марию Васильевну с собой зовет. Нередко возле него собираются соседи, чтобы поглазеть на небеса.
Увлечения у восьмидесятилетнего селянина, бывшего педагога, давнее, со школьной еще поры. С учителем своим по астрономии и географии разглядывали они звезды через трубку теодолита. Да что через него увидишь... И стал Иван Петрович мастерить телескопы сам. И не только их. Мы видели балалайку и гитару, изящно сделанные хозяином дома. За что ни берется Кошелев, все у него получается.
Сколько сделал он телескопов за жизнь, посчитать не может. Много. Себе не оставлял, и школе дарил, и знакомым. И каждый постоянно совершенствовал, увеличивая раз за разом их светосилу.
Иван Петрович разворачивает карту звездного неба. И со знанием дела рассказывает, что наблюдает, показывает созвездие Ориона, в котором, говорит, хорошо видна «вот эта конская голова». А вот Сатурн с тремя газовыми кольцами, которые, правда, в его телескопе сливаются в одно сплошное. Нужен более сильный аппарат. И он решил сделать такой с пятисоткратным увеличением.
Иван Петрович ведет нас в дальний угол дома, в свою мастерскую, где лежит довольно массивная труба - основа будущего телескопа. Показывает другие узлы аппарата: линзы, зеркала, крепления. Особенно бережного обращения требуют линзы, труд в них вкладывается большой. Сначала «звездочет» готовит подручный материал. Берет наждачный камень, крошит его, ссыпает в
наполненный водой высокий сосуд, размешивает. Мелкий песок, который получился при этом, сушит. И снова повторяет процедуру, получая все более мелкую фракцию.
Сначала линзу обрабатывает крупным абразивом, потом тем, что помельче, затем самым мелким. И, наконец, шлифует специальной пастой. Каждый день отводит этому занятию час. И так три месяца подряд, никуда не уйдешь - не уедешь: иначе труд может оказаться напрасным - стекло потускнеет.
Спрашиваю Кошелева: не проще такой телескоп купить, в магазинах ведь они бывают. В ответ слышу: у тех линзы и зеркала обрабатываются серебром, а оно тускнеет. У него же иная технология, свои секреты. И телескоп получается надежным и долговечным.
Заветная мечта Кошелева - построить маленькую обсерваторию. Но пока и то, что он имеет, приносит радость, дает жизненные силы бывшему школьному учителю, участнику Великой Отечественной войны.
Григорий ТРЯСЦЫН
