Свои первые уроки русского в Китае у меня были в городе Сюйчжоу, в Педагогическом университете Цзянсу (кто-то перевел его Цзянсусский уинверситет, и один коллега доказывал мне, что это правильно, черт ему судья) в сентябре 2014 г.
Там второе-третье по величине после Сианя и Пекина отделение русского языка в Китае, по крайней мере, они так считали. Мне дали учебник с кучей диалогов, для второго курса, со многочисленными аудио файлами, и я его скрупулезно делал. В основном, студенты были парни, некие туповатенькие богатенькие буратины, готовящиеся поехать по обмену куда-то в места средне отдаленные типа Архангельска, Астрахани, Красноярска...
Это был уже мой 13-й год преподавания в Китае, когда я впервые получил работу преподавателя русского, и начал переключаться с преподавания английского. Тогда у меня и появилась идея свои учебные материалы перевести с английского на русский, потому что учебник был какой-то не фельтикультяпистый, если не сказать, тошнотворный. Ну и перевел свои двести с лишним файлов с английского на русский, адаптировал их по быстрому, и начал прогонять эти же вопросы студентам русистам. Там главная проблема была в том, что комп частенько глючл в учебном корпусе, и приходилось срочно переключаться опять на учебник, и второкурсники начинали зевать во всю варежку.
Дали мне также и первокурсников, и это были не буратины, а обычные ребятки, чуть поумнее. С ними было легче, я просто ставил произношение, хором звуки, алфавит, чтение букв, начальные фразы, самопрезентация в конце семестра в виде сочинения на одну страницу, все по теории. Во втором семестре уже вопросы посложнее, грамматика сложнее, но без таблиц, а уже в контексте фраз и предложений. В конце года, первокурсники уже могли составлять вполне сносные вопросы для своего класса, а я их записывал, и они их проговаривали в групах и парах. Так год и прокантовался, и меня вышибли в июле 2015-го.
Я сходил там в сентябре 14-го на одно занятие к Олегу из Воронежа с волчьим билетом из Питера (жена турнула с одним чемоданом в чем мама...проводила), он дважды что-ли доктор наук, если это имеет смысл, истории и экономики. Сказать, что я фалломорфировал, это ничего не сказать...Олег говорил процентов 80-85 от времени занятия, а студенты типа слушали носителя языка. Ну, как это почти всегда происходит на занятиях английского с иностранцевиями. Носитель мелет что-то там, сказочку расскажет, песенку споет, а студенты слушают и иногда повторяют или комментируют. Я понял, что никогда больше, я их заставлю говорить все 90-95 процентов времени. И заставил, но все равно вытряхнули из Сюйчжоу...
Потом я вернулся в Китай в январе 16 г., снова преподавателем английского, в какой-то мутный Vocational Technological College of Wuhu, там прокантовался год, и в январе 2017-го переехал в Университет Шицзячжуаня на новооткрывшееся русское отделение. Там у меня были две пары разговорного русского на втором курсе и пара писания сочинений на третьем курсе раз в неделю, помимо английских занятий. Сочинения дети писали на компьютере, ошибок было полно, потому что редактировать они в 17-18 годах еще не умели, а ЧатGPT еще не существовал.
Потом были два года преподавания русского в Юго-западном Нефтяном университете в Чэнду в последний год ковида и в 21-м, там был разговорный, и всё как по маслу. Мои файлы уже были готовы на русском, студенты прогоняли вопросы друг другу и делали массу своих вопросов на эту тему, и все было замечательно. Говорили на этом занятии почти исключительно китайцы, я лишь правил ошибки по мере их появления в речи. Опять же все по Крашену, по теории.
И вот теперь я в Цзюцзяне, все тот же расклад, 50 процентов русского-50 процентов английского. Русский на первом курсе, студенты с нуля, дизайнеры и художники, тоже готовятся на обмен в Краснодар, по крайне мере, самые умненькие.
Учебник “Дорога в Россию” для начинающих. Грамматикой там не грузят, таблиц минимум, потянет для мотивированного класса. Дело в том, что у меня один класс наполовину мотивированный, а другой на четверть. Это значит, что в одной аудитории 15 человек считают ворон и пялятся в телефон, а в другой человек 7-8. Их всех надо как-то вовлекать в процесс, и оценку выдавать в итоге. Делать морду кирпичом в стиле кафедр английского в наших вузах, и играть в божий росизм в смысле, что плюй в глаза все божья роса, это я не могу. У меня должны работать и как-то проявлять себя на занятии все. Тут большая проблема возникает в том, что учебник не понятен половине студентов, и получается, что эффективно использовать его на всю группу физически невозможно, половина и четверть выпадает в осадок по любому. Проверено многократно в сентябре-октябре 23-го, хоть мелким бесом извивайся. Что делать?
Заставлять писать сочинения - увольте, в классе писать – потеря времени. Домашку давать – тоже. Теперь студенты пишут дома не сами, а надиктовывают роботу, будь это ChatGPT, Yandex GPT или Baidu, сочинения получаются такие, что сам Чехов не смог бы написать. Люди слово “здравствуйте” произнести не могут, а рассказы и сообщения в телефоне пишут так, что Чехов с Толстым позавидовали бы. Чаты, кажется, как раз стиль Чехова имитируют. Они никогда не научатся писать лучше того, что они уже сейчас могут писать с помощью чатов, даже если проживут в России остаток жизни. Обучение письму и даже чтению в системе РКИ теряет всякий смысл. Я и сам могу уже любой сложности тект на китайском за пару секунд составить и послать тем же студентам, что уже много раз делал. Получается, что учебник, какой хороший бы он ни был, оказывается в пролете, ибо разговорных фраз из их повседневных контекстов там нет. Там встречаются общие фразы, которые они никогда в жизни не будут употреблять типа Мама тут, Саша дома, папа на работе, там наша машина. Это отвлеченные высказывания, никак не связанные с их жизнью. Я эти фразы на китайском десятилетиями не могу запомнить, хотя в Китае живу с 2002 года. Я помню только китайские предложения, которые я составляю в реальном контексте жизненных ситуаций, как например, вчера в Банке Китая сказал: “мне нужен только ваш банкомат”, 我要用只你们的取款机.
Так что с моими очень ограниченно мотивированными студентами, я почти не использую учебник “Дорога в Россию”, так, по мелочи, какие-то картинки, МГУ на странице 49, Питера на странице 63, Третьяковки на странице 73. Я еще помню, кто такие Анна Куринкова или Алсу со страницы 73, но уже мои тридцатилетние студенты в России вряд ли знают, кто это. Так зачем я буду учить этому моих китайских студентов, которые в Россию, может быть, поедут, а может быть, и нет. Тем более, не имеет смысла говорить, кто такие Басков или Меньшиков. Я уж лучше про Путина, Пушкина и Горького что-нибудь придумаю, уже сделал про них файлы с вопросами. Будут самые продвинутые из студентов вопросы про Пушкина задавать и отвечать на них. Пушкин и Путин, по прежнему, наше все или почти все, а уж про Киевский вокзал на 103-й странице мы поговорим тогда, когда у них уже будет билет в Москву.