Когда наступило утро, тело немного болело, а постель была холодной. Я открыла глаза в разочаровании. Я была одна!
Неприятная боль пронзила сердце. Разве Адам не должен был сегодня выйти? Разве он не сказал об этом вчера?
Я приподнялась на локтях и оглядела комнату, заметив на прикроватной тумбочке белую прямоугольную записку.
Бумажная записка?
Да, это она.
Я не стал тебя будить, потому что уехал в город. Целую, Адам.
Я хихикнула и упала обратно в постель. В морском воздухе витал кислый запах смолы и кофе.
Между ног возникло приятное напряжение.
Я схватила подушку Адама и прижала ее к себе, глубоко вдыхая бодрящий аромат.
В голове промелькнула прошлая и позапрошлая ночь.
Даже без полноценного интима я поняла, на сколько сексуален этот мужчина. Ему нужно много времени и много поз. Прошлой ночью я много раз ласкала его. Я получила такую похотливую благодарность, что у меня запылали щеки.
Адаму казалось жизненно важным оставить на мне как можно больше следов. Накануне вечером он даже оставил следы укусов на моей попке, когда заставил меня принять позу вальта.
Я заглушила стоны смущения подушкой.
Конечно, я была обязана. Я была так счастлива!
У Адама не было для меня запретных тем. Именно этого я и боялась. Никогда в жизни ...... Я никогда не считала это извращением. С моим первым парнем я стала "резервировать" как взрослая только через несколько месяцев. Это было прекрасно, но все равно так не было. Это все равно что сравнивать реалистичную модель с действительно крутой машиной. Или сравнить детскую карусель с прыжком с тарзанки .
- О, ту-ту-ту, - простонала я, кусая уголок подушки.
Молодой человек и опытный мужчина, с содроганием думаю я.
И эта Тата.
Я резко села, отчаянно растирая лицо.
Хватит!
Меня тошнило от ревности!
Но это было не очень приятное воспоминание, а в глубине груди возникла колющая боль. Адам назвал меня в такси другим именем, Адам сказал, что безнадежно влюблен в меня. ......
Я вскочила и побежала в душ, наплевав на одежду. Я включила ледяной душ. Стиснув зубы, я намочила все тело с головы до ног, а потом включила теплый душ.
И это все!
Потом я пошла на кухню. Адам много ест и не забывает делать большие порции. Я должна была что-то сделать для мачехи. Но мне было не по себе, когда я оставляла Адама наедине с собой.
Завернувшись в полотенце, я выхожу из ванной и возвращаюсь в спальню. Лучше все исправить, пока у меня есть силы. Я звоню отцу. Он обычно пишет мне, но с каждой сменой все реже.
Последний раз мы общались почти неделю назад. Как бы мне ни было неприятно это признавать, папу больше не волнует, где я и с кем я. Он влюблен в свои новые отношения.
Но когда я разблокировала свою вторую SIM-карту, я получила от него множество текстовых сообщений.
Доченька, где ты? Позвони мне как можно скорее, По словам Екатерины, тебя разыскивают, потому что тебя давно не видели.
Разыскивается? Достаточно сказано!
Я судорожно набрала его номер, но сигнала по-прежнему не было. Мама.
Мне нужно вернуться в дом отца. Я не пойду внутрь. Побуду у подъезда и покажусь соседям.
Даже такси брать не буду - день, все будет нормально.
Одеваясь, я попыталась позвонить Адаму, но он не отвечал.
Мне стало не по себе. Что он задумал? На душе остались только ревность и паника.
Я не хотела идти домой
Особенно учитывая последние события, может, мне стоит обратиться в полицию? Да, надо идти, это лучше, чем ехать к мачехи.
Я напишу папе, скажу, что со мной все в порядке, спрошу, когда он вернется домой.
А потом вызову такси.
Адам дал мне ключ на всякий случай и показал, как взломать замок.
Я торопилась, машина уже была на месте. Я быстро нашла ее.
К воротам подъехал седан средних размеров. Он только что закончил работу охранной системы.
Как указано в приложении, им управляла женщина.
Но не успела я сесть в машину и пристегнуться, как таксистка обернулась и показала мне пистолет.
- Не возражай, если я сменю курс, детка, - сказала она с хищной улыбкой.
- Отдай мне свой мобильный телефон. Вы не сможете им долго пользоваться.
Адам
Я тысячу лет не покупал девушке цветы. Не знаю, что выбрать. Я даже не знаю, что нравится Маши
- Продавщица указала на букет темно-фиолетовых роз и белых соцветий и сказала:
-Этот букет, пожалуйста.
- Это основной букет сезона.
- Я невинно спросил.
Ее улыбка была полна предвкушения.
Не стоит беспокоиться. Всего несколько слов, и я мог бы вышвырнуть ее за прилавок.
Но страсть, кипевшая в моей крови все утро, угасла.
- Мне нужно купить своей девушке букет, - отчеканил я, глядя лисе прямо в глаза. - Цена меня не волновала.
Девушка легко скучает.
У них есть радар и все такое. Но в целом мне было все равно.
Мне нужно было как можно скорее вернуться к Маше. Но я знаю, что они снова нападут на нее. Вчера я не выдержал и закатил истерику, как ребенок.
На мгновение я подумал, что так оно и есть, но так разволновался, что пришел в себя только после того, как малышка начала терять сознание.
Я вспомнил, какая она на вкус, и облизнул губы. Я чувствовал себя диким животным. Все в ней было таким мягким, нежным и сладким . Я был на сто процентов возбужден.
Утром я окончательно проснулся и чуть было не набросился на нее снова, но Маша крепко спала и никак не реагировала на мои приставания.
Тогда я решил поступить так, как должен был поступить с самого начала.
Вместо Романса я отвел ее к врачу. После первого раза я вспомнил, как Тата беззастенчиво упоминала ювелирный магазин.
Проклятье, я больше не могу... Но моя память, я как будто валяю дурака и придумываю все новые и новые факты. Меня тошнит, словно я копаюсь в едва зажившей ране, которая, как я знаю, снова начнет кровоточить, если я не буду осторожен.
Я стискиваю зубы и заставляю себя снова сосредоточиться на букете.
- Вот здесь, - говорю я, указывая на небольшой, но изысканный букет из маргариток и маленьких бледно-розовых роз.
Как я мог не заметить такую красоту? Букет был аккуратно поставлен в угол, зажатый с одной стороны охапкой лилий, орхидей и других экстравагантных цветов.
Продавщица тут же продала мне его.
С добычей в руках я быстро направился к своей машине. Мне нужно было позвонить Маши, но, как обычно, я оставила мобильный телефон в держателе.
Но не успела я отпереть машину, как на глаза мне попался пропущенный звонок. У меня появилось плохое предчувствие.
Я набрала номер Маши и увидел но телефон недоступен.
Холодное, тяжелое чувство ударило меня под ребра. Я снова набрала номер...
- Маша, возьми трубку.
Но я знал, что она не ответит. Ее даже нет дома. Сердце заколотилось в ребрах.
Я проигнорировал правила и выскочил с парковки, одновременно набирая номер начальника полиции.
Если с ее головы упадет волосок, я убью его. Я бы сам его похороню.
У меня нет времени звонить Марку. Оставьте сообщение. С акробатической ловкостью мне удалось проскочить пробку, одновременно открыв текстовое сообщение.
Девушка жива. Пока вы сохраняете спокойствие девушка будет жива и может даже вернется.
- Тварь! кричал я, сжимая руль до боли в пальцах.
Но у меня не было выбора. Я проигнорировала звонок Марка.
Я позвонила Маши. Если только они не выбросили ее телефон.
- Пожалуйста, мистер, шевелите копытами.
Таксистка усмехнулась и игриво открыла дверь. Ее глаза закрыты темными очками, но я чувствую, как эта сучка игриво ухмыляется, глядя на меня. Наверное, она хотела меня пристрелить, но проблема была лишь в том, что жертва едва могла двигаться.
На нетвердых ногах я выбралась из такси и подошла к светло-серому внедорожнику, припаркованному неподалеку. Интересно... Я думала, он черный.
В голову полезли дурацкие мысли. Почему-то мне стало интересно, успела ли я закрыть дверь, не отругает ли меня Адам. К тому времени, как я его увидела, я уже была немного... Я могла бы быть и мертвой.
Дверь открылась, впуская меня в комнату, пахнущую кожей.
Выглядело это как клишированный, наполовину снятый боевик.
Я вошла без возражений. Там меня ждал человек, так похожий на ублюдка, разрушившего мою жизнь, что мне захотелось разодрать ему лицо ногтями.
- Приятно наконец-то познакомиться, Мария Олеговна, - сказал он, улыбаясь по-голливудски. Но глаза его были холодны, как рыбий глаз, лишены каких-либо эмоций.
Я ничего не сказала. Мне нечего было сказать.
Мужчина слегка пошевелил уголками рта. Он откинулся назад, словно желая покрасоваться. В тупом спокойствии я поняла, что он действительно красив. Худой и хорошо сложенный. Должно быть, у него было много любовниц.
- У нас с сыном был небольшой скандал Я слышал, вы поссорились, - сказал он после минутного молчания.
Я не смогла удержаться от смеха. Вот что я называю нападением, побоями и попыткой изнасилования. Забавно.
На лице мужчины мелькнула тень. Вот и все.
- Вот и все, - продолжает он, стараясь выглядеть невозмутимым.
- Примите эти слова. Взамен я гарантирую вашу безопасность.
- И другим девушкам. Я обещаю вам то же самое.
Я идиотка. Но я не могу молчать.
- Это не ваше дело - Заберите письмо, иначе будет хуже.
Ему надоела игра в благородство Ублюдок, ты ничем не лучше наследника. Паника и гнев смешались воедино, а внутри меня поднялась волна тошноты. По позвоночнику пробежал холодок. Я попыталась вырваться, но оказалась в ловушке. Был только один выход.
Я подражала жестам его рук. Затем, удивляясь спокойствию своего голоса, я ответила.
- Просто сделайте это. Стражники, что бы вы ни хотели сделать, поймайте меня в ловушку. А потом бросьте меня в ближайшую канаву. Мое исчезновение должно представлять большой интерес для суда. Сейчас не девяностые годы, и, кроме того, средства массовой информации, контролируемые вашими соперниками, раздуют из этого сенсацию, и вы не сможете отмыться до самой смерти.
Мужчина сузил глаза, как хищник. Затем он вздрогнул, нутром понимая, что я попала в цель.
Ублюдок не хочет скандала.
- Мне плевать на деньги, - я сжала кулаки, - и мне плевать на ваше предложение, кроме одного. Твой Сынок, - оттолкнула я его, как кусок дерьма.
- Я требовала безопасности не только для себя, но и для других девушек.
Мужчина, казалось, был удивлен моей дерзостью на грани безумия.
Хмыкнув, он снова откинулся в кресле. Он задумчиво теребил свою щетину, которую, должно быть, подстригли в лучшей столичной парикмахерской.
- Через несколько недель мой сын уезжает учиться за границу. Он едет за границу. С такой охраной, как здесь, он будет в порядке.
Это другая страна, и там нет девушек, но я не в том положении, чтобы хвастаться этим. Сделайте вдох, соберитесь с мыслями.
- Мне нужно подумать об этом.
- Я просто хочу чувствовать себя в безопасности.
Не беспокойтесь о своих близких, - поспешно добавила я.
- Не будьте высокомерной, - перебил мужчина.
Мое терпение было на исходе.
Я молчала, не решаясь ответить. Мое мужество было на пределе, и потерять сознание не казалось плохой идеей.
- Не прошло и десяти дней, как этот ублюдок сказал:
-Подумай об этом.
- А теперь убирайся.
Меня выбросили из машины, как облезлого котенка.
Я не почувствовала удара о землю. Телефон упал рядом со мной, но его звук заглушил шум отъезжающей машины.
Выхлопные газы забрызгали мне лицо, и через несколько минут я осталась одна на пустыре.
Мой телефон разбился вдребезги. И я тоже. Тем не менее я, пошатываясь, поднялась на ноги и зашагала в сторону автострады.
Если повезет, я доберусь до города целой и невредимой. Тогда я смогу позвонить Адаму.
Он будет в ярости.
В гостиной стояла гнетущая тишина.
Я почти слышала биение собственного сердца и резкие, сердитые вздохи, которые иногда издавал Адам.
Как бы мне хотелось, чтобы он ругался.
Как бы я хотела дать ему пару трехэтажных ругательств и пощечину вместо большой дымящейся чашки чая на столе.
продолжение следует...