Попаданцы в литературе — это как судорожный гомункул. Пожалуй, одно из самых странных и непонятных явлений современной писательской индустрии. Поначалу, когда я впервые столкнулась с этим жанром, я просто не могла понять, как можно придумать что-то настолько нелепое и нереальное. Но постепенно я осознала, что попаданцы — это не просто странный мир, это попытка авторов закрыть в себе какие-то внутренние проблемы. Ну и не будем обходить стороной читателей, которые любят посмаковать данный жанр.
Давайте, для начала, проведем параллель с писателями, которые любят писать о попаданцах на популярных платформах, таких как Литнет, Литгород, Букривер и т.д. Что же заставляет их создавать этот мир, где обычные люди (как правило - молодые девушки) попадают в прошлое или будущее, во вселенные с магией и вампирами, драконами и демонами? Что они хотят найти в этой выдуманной реальности?
Я уверена, что ответ кроется в психологии самих авторов. Ну или в высоких продажах такой чепухи. Возможно, кто-то хочет убежать от реальности, от своих собственных проблем и неудач. Ведь попаданцы — это идеальная возможность начать все с чистого листа, исправить прошлые ошибки, стать успешными и востребованными в новом мире. Но вместо того, чтобы решать свои проблемы в реальности, они предпочитают создавать условные и нереальные проблемы в мире попаданцев, чтобы избежать столкновения с собственными демонами.
Предположим, автор - женщина около сорока. Она находится в затяжном разводе или уже развелась, живет в хрущевке с кухней в пять квадратных метров и жирным избалованным котом. С понедельника по пятницу Наташа (имя рандомное) ходит на нелюбимую работу, а по ночам грезит о том, как станет топовым автором и топчет подушечками пальцев клавиатуру.
Наташа придумывает историю о попаданке, которая оказалась в мире темного фэнтези. События, естественно, развиваются, в средневековом сеттинге, а ее героиня, конечно же первым своим появлением сводит с ума главного ферзя этой повести. Но Наташка - баба не дура - она знает, как тут в самиздатах все работает. В первой главе альфач всего фэнтезийного средневековья в один прием влюбляется в ггшку, а дальше, ну чем не слр, он начинает ее добиваться. И здесь уже зависит от возрастного ценза произведения. Это могут быть галантные ухаживания, а может быть привычный набор, состоящий из всем известных слов, каких как: «болт», «прибор», «кочерга» и так далее, чтобы описать степень вожделения ферзя.
Наташа знает, что постельную сцену нужно оттянуть. Сначала подразнить, показать попаданку со всех ракурсов. Какая она остроумная, красивая, умелая, проще сказать - и швец, и жнец, и на дуде игрец. Последнее, кстати, особенно в почете. И, в общем, гг наша всех побеждает, обводит вокруг пальца, вся такая сильная и матерая, потому, что она из прогрессивного мира - читер, одним словом.
Теряется попаданка, как правило только в присутствии главного героя, который то ли ректор, то ли принц, то ли дракон, и в общем-то вообще до фени, ведь он всегда кто-то важный. Кто-то, на кого все женщины с большими бюстами (и не большими тоже) смотрят с придыханием, а при мыслях о его…кхм… «приборе» обязательно «рот обильно наполняется слюной». А попаданка наша, конечно же, чиста и непорочна. И все мысли распутные, ферзем навеянные ту же отметает прочь. Правда, хреново выходит. Несколько глав, как правило много, Наташа распаляет воображение читательниц то страстными поцелуями, то повышенной влажностью, то петтингом, и, в конечном итоге, переносит главную постельную сцену во вторую часть книги. Которая, естественно, платная. Потому, что Наташа - коммерческий автор!
Наташа шлепает себя ладонью по колену: «Боже мой, Барсик, мне на голову снизошло озарение» - и чешет жирного за ухом. А Барсик смотрит на нее и думает: «Наташа, еб твою мать, это обсессии».
Для того, чтобы освежить этот жанр и придать ему новое дыхание, я предлагаю перевернуть правила игры. Поставим попаданца-мужчину в условия Макгайвера, где он будет вынужден выживать, используя свою изобретательность и аналитический ум. Пусть он столкнется с реальными опасностями и сложностями, а не просто получит все на блюдечке с голубой каемочкой.
А женщина-попаданка тоже не должна надеяться на помощь принца-дракона. Пусть она станет героиней своей собственной истории и будет вынуждена решать свои проблемы сама. Почему бы не показать, что она способна на многое без посторонней помощи? Пусть она учится преодолевать трудности, развиваться и становиться сильнее. Все же смотрели «Эрин Брокович»?
В конечном счете, жанр «Попаданцы» имеет потенциал для исследования различных аспектов человеческой психологии и развития персонажей. Вместо того, чтобы просто бежать от реальности, авторы могут использовать этот жанр для исследования внутренних конфликтов, поиска идентичности и развития личности.
Попаданцы могут быть не только средством побега от реальности, но и способом саморазвития и самопознания. Позволить персонажам расти и меняться внутри выдуманного мира, а затем преобразиться и применить полученные навыки и уроки в реальной жизни — вот что может сделать этот жанр более интересным и значимым.
В итоге, я считаю, что попаданцы в литературе не являются просто странным жанром, но могут стать средством для самопознания и роста как для авторов, так и для читателей. Важно только использовать этот жанр с умом и сознательностью, чтобы не утонуть в мире фантастических приключений, но и не забыть о реальных проблемах и решениях, которые ожидают нас в реальной жизни.
С любовью и вдохновением, Юма Гулова