В годы блокады ленинградцы столкнулись с острой нехваткой топлива для обогрева жилищ и поставки электроэнергии на заводы. Пережить топливный кризис удалось благодаря дровам, полученным за счёт сноса деревянных построек.
Перед началом Великой Отечественной войны, в 1940 году, в Ленинграде на отопление и обеспечение электричеством жилых домов и фабрик ежедневно уходило более 1,7 тыс. вагонов угля, торфа и дров. Как пишут Ольга Гаврилова, доцент СПбГУ (кафедра Новейшей истории России) и Сунь Ичжи, лаборант-исследователь Университета (кафедра Новейшей истории России), в статье «Реновация в условиях блокады: снос районов деревянной застройки в Ленинграде. 1941–1942 гг.», большую часть топлива в городе не заготавливали, а завозили поездами из других населённых пунктов. Поэтому в конце лета 1941 года, когда немецкие войска заблокировали железные дороги, связывавшие Северную столицу с остальной частью страны, ленинградцы столкнулись с дефицитом топливных ресурсов.
К концу 1941 года в Ленинграде стало явно не хватать торфа и древесины. Даже несмотря на то, что к их заготовкам в порядке трудовой повинности начали привлекать местных жителей. Поэтому в начале зимы 1941–1942 годов городские власти задумались, откуда взять дополнительные горючие материалы.
В ноябре 1941 года Ленгорсовет и бюро горкома ВКП(б) утвердили план, по которому некоторые ленинградские организации должны были направить имеющиеся у них дрова, древесину или топливо на нужды города. По данным исследователей, в декабре 1941 года в Ленинграде стали планировать вырубку крупных деревьев. Архитектурно-планировочному управлению поручили определить, в каких зонах можно организовать заготовку древесины без ущерба для облика Северной столицы. Возможная гибель парков и садов серьёзно огорчила будущего главного архитектора Ленинграда, начальника технической маскировки города в период войны Николая Баранова. Он много размышлял, как спасти зелёные насаждения, и нашёл выход.
Архитекторы предложили Ленгорсовету пустить на дрова деревянные строения на Елагином, Крестовском и Каменном островах, в Екатерингофском и Петровском парках, Таврическом саду. В число потенциальных объектов для сноса также попали спортивные сооружения из дерева — стадион имени Владимира Ленина на Петровском острове и стадион Кировского завода у Нарвских ворот.
Однако разбором построек в городе до конца 1941 года почти не занимались. В декабре Ленгорсовет поручил сломать лишь деревянные конструкции на Лесном молу у Финского залива. Работы должны были принести городу около 40 тыс. кубометров древесины, которую планировали направить на строительство убежищ, восстановительные работы и обогрев населения.