Павел ждал подставы от взбунтовавшихся певичек, поэтому концерт спокойным назвать вряд ли бы вышло. Но те мило улыбались, красиво открывали рты и двигались в такт музыке, будто бы несколькими часами раньше ничего и не случилось.
Исполняя на бис «Танцуешь на пляже», Мартынов вдруг понял, что… несколько устал от этой композиции. И зрители тоже странные. У Федора столько хороших песен написано, чего они все дружно по этой вот угорают? Попса попсой, глубокого смысла даже с лупой не рассмотреть. Однако восторг и эйфория при первых же аккордах.
После концерта Ванесса отозвала Павла в сторону.
— Отличная работа, — широко улыбнулась она.
— Ты только это собиралась сказать? — устало поинтересовался он у бэк-вокалистки.
— На самом деле нет, конечно, — смутилась певичка. — Хотела попросить прощения. Я перенервничала. Игоря Серафимовича нет. В том, что Бэлла сможет стать ему полноценной заменой, у меня уверенности мало. Особенно после её провала со вчерашним ужином. Вот и забыла совершенно, что у нас с Ирой выплаты два раза в месяц предусмотрены, а не как у остальных после каждого концерта. Некрасиво получилось, не спорю. Но и ты меня пойми, пожалуйста. Я ведь не со зла.
Мартынов был безумно уставшим. Больше всего на свете ему хотелось добраться до гостиничного номера и упасть в кровать. Поэтому ответил он чуть более раздраженно, чем того требовала ситуация.
— Хорошо, я тебя понял.
— И? — удивилась Ванесса.
— Что ещё?
— Мне кажется, ты всё равно на меня сердишься, ведь так? Прошу тебя, умоляю, не надо! Что мне сделать, чтобы ты меня простил?
И тут дамочка внезапно впилась в губы Павла требовательным поцелуем. От неожиданности он опешил и даже слегка испугался, иначе бы не отшвырнул Ванессу от себя, а мягко отстранил. Но вышло уж как вышло.
— Слушай, — помотал он головой, глядя, как глаза певички наполняются слезами. — Прости, я не хотел тебя обидеть. Но и ты больше так не делай, хорошо? Я чертовски устал. Безумно переживаю за Фимыча. Мне едва не пришлось по твоей милости разруливать конфликт в коллективе. А ты еще напрыгиваешь на меня с этими глупостями.
— Я тебе совершенно не нравлюсь? — всхлипнув, спросила Ванесса.
— Да о чем ты вообще говоришь? — взревел Мартынов, которого таки вывели из себя. — Ты меня слышишь, или у тебя бананы в ушах? Мне сейчас не до интрижек. Не до романтики. Всё, о чем я мечтаю, это чтобы у нас дальше гастроли гладко шли, без эксцессов. И ещё хочу отдохнуть, хотя и понимаю, что это пока никому не светит. При чем здесь нравишься ты мне, или нет?
— Значит, не нравлюсь, — заключила Ванесса и медленно-медленно двинулась прочь, явно в надежде, что Павел бросится за ней следом и попытается в этом разубедить.
Мартынов ничего предпринимать не стал. А ещё он вдруг остро понял, как же на самом деле ему не хватает Игоря с его житейской мудростью, ненавязчивыми советами и железобетонной уверенностью, что всё будет хорошо. Павел секунду поколебался и набрал отца.
— Привет! — раздался в трубке родной голос. — Концерт уже закончился?
— Да, минут пятнадцать назад. Как там Фимыч?
— Пока по-прежнему, — Фёдор погрустнел. — Я напряг кого мог в столице и Питере, даже до Новосибирска добрался. Там у них вроде бы тоже чудо-кардиологи имеются. Но пока по нулям. Максимум завтра смогу с врачами напрямую поговорить, и то, если повезет. Так что просто молюсь, чтобы Игорь выжил. Дождался помощи.
— Он по-прежнему без сознания?
— Да, врачи считают, медикаментозная кома сейчас самое то, что надо. А то переволнуется еще, или пошевелится неудачно. И тогда следующий разговор у Фимыча уже будет не с нами, а с апостолами. Лучше про себя расскажи. Как там у вас, всё в порядке, надеюсь?
Мартынов ничего не стал говорить про демарш бэк-вокалисток. Наоборот, расписал в красках, как радовался зал отцовским песням, как его не хотели отпускать со сцены. Они поболтали еще пару минут, и Фёдор отключился. Мол, тоже безумно устал, спать хочется, а то завтра дел много.
Потом был отъезд в гостиницу. Нарочито грустное лицо Ванессы, бросающей в его сторону трагические взгляды. Ужин в номере у Назарика с непременными байками про прошлые гастроли. И вот наконец-то всё позади. Половина первого, самое время командовать отбой и укладываться спать. Но тут в дверь постучали. Условленным стуком, значит, это Подгорная ломится. Ей-то что надо на ночь глядя?
Раздосадованный Павел открыл дверь, и заплаканная Лида вбежала в комнату. Мартынов ещё не успел ничего ей сказать, как девушка продемонстрировала ему свой телефон.
— Они меня нашли! Я пропала!
Авантюра во спасение. Часть 27
Чуть ранее
Мой личный канал писателя: https://t.me/romanistca
#сентиментальный роман #авантюрный роман #юмор #приключения #седлова