Пронзительный рассказ Александра Хакимова о том, как он впервые соприкоснулся с энергией благотворительности на личном опыте. "Первый раз я почувствовал пользу от благотворительности в Армении, в декабре 1989 года. Тогда там произошло землетрясение: Спитак, Кировакан, Ленинакан – жуткое зрелище. Я впервые увидел апокалипсис. Я не мог себе представить подобное, думал, что никогда в жизни такого не увижу, что это все в прошлом, может, такое было в военные годы или во время средневековых эпидемий или других катаклизмов, описанных в легендах. Но это была реальность перед глазами: сотни тысяч людей погибли.
Мы были волонтерами, люди приехали из разных мест: из Прибалтики, из Москвы, наша группа из Петербурга, – добровольцы. Друзья спросили меня: «Хочешь поехать туда? Там нужна помощь, люди там сейчас бедствуют». Я ответил: «Да, я бы поехал, побыл бы там, сколько нужно. Только у меня нет даже копейки на билет». Но они сказали: «Если ты согласен помогать другим, мы сейчас соберем деньги».
Они собрали деньги мне на билет на самолет, я приехал в Ереван, где меня встретили и отвезли на место. Там была разруха, зима, полчища крыс – как настоящий апокалипсис. После землетрясения все крысы вышли наружу. Они бегали стаями, их были сотни, они резвились, играли, кричали. Среди этих крыс мы готовили пищу. Нам выдали помещение под кухню – это была пристройка к школьному спортивному залу, где раньше была школьная кухня. Кругом была пустошь, а люди жили в палатках, потому что ждали новых толчков. Одни развалины и крысы.
Когда мы просыпались ночью на раскладушках, вокруг нас все шевелилось, крысы даже по нам ползали. В таких условиях мы должны были готовить. Я продержался там месяц – это была работа с 5 утра до 10.30 вечера каждый день. Также нужно было развозить еду. Мы разделились на группы: кто-то готовил, кто-то развозил, а потом менялись. Мы постоянно пекли лаваш в разных точках. За лавашом приходило больше всего людей: они становились, брали лаваш и уходили. Мы все время выдавали им лаваш, но его не хватало. Были котлы, где мы готовили суп-дал, рис, лаваш и что-то сладкое, чтобы как-то порадовать людей. У нас были древние ведические рецепты халавы. Все было вегетарианское, со специями.
Я в основном готовил – это была работа на износ, но месяц я выдержал. Потом пришла смена. Однажды я поехал на раздачу, и тогда у меня проснулись чувства. Когда я собственными глазами увидел, как люди выходят из палаток, где нет ни воды, ни туалетов, негде помыться. Люди жили на улице, в палатках, зимой. Конечно, приготовить еду для всех этих людей было большой проблемой, но я почувствовал, что они нуждаются в помощи. Это не было каким-то шоу или тренингом, это была реальная жизнь. Если бы мы не кормили их, то многие погибли бы от голода и холода.
Когда мы раздавали им пищу, с каждой розданной поварешкой у меня в сердце что-то просыпалось. Люди подходили и смотрели на нас как на полубогов, которые спасают им жизнь. Особенно запомнилась одна бабушка, которая проходила там и спокойно сказала: «Дай Бог вам всем здоровья, пусть Бог благословит вас!» Когда она это сказала, со мной что-то случилось. Она много видела и знала, что это делается не за деньги, это не чья-то профессия, а просто доброта. Человеку очень важно чувствовать в жизни такую доброту, иначе жизнь становится невыносимой.
«Когда вы чувствуете, что становитесь полезным человеком» Первое такое чувство у меня было в Армении, при виде этой бабушки, этих людей, этих детей, которые ходили к нам с посудой, сразу же съедали сладости, заворачивая их в лаваш. Я ни с чем не могу сравнить эти отношения, когда вы чувствуете, что становитесь полезным человеком. Каждому очень важно почувствовать, как пробуждается сострадание, любовь к людям. Сразу появляются отношения, мы становимся как близкие родственники. Там был еще один случай, когда я ходил по Ленинакану.
Этот город больше всего пострадал. Спитак вообще был сметен с лица земли, также сильнее всего пострадали Ленинакан и Кировакан. В Ленинакане мы видели, как дома разломаны на части, бетонные плиты лежат сверху на машинах, – все эти жуткие последствия землетрясения. Туда приехал один фотограф, москвич, который хотел снимать все это, а потом с помощью художественных фото показать людям, через что прошли армяне. «Есть законы Божьи» Там был один местный старик, который уже едва двигался. Он подошел и спросил: «Зачем ты снимаешь мертвый город?» Фотограф спросил в ответ: «Что не так, отец? Я хочу, чтобы люди увидели это, – вам же помощь будет потом».
Но старик сказал: «Этот город был мертв еще до землетрясения. Ты знаешь, какая здесь была коррупция?! Ты знаешь, что люди стали делать сразу после первых толчков и разрушений? Грабить магазины. Это Божья кара!» Я услышал это собственными ушами. Люди понимали, что есть законы Божьи, что-то проснулось в них, и в этот момент они стали как будто религиозными. И эта пища, которую мы еще и освящали, давала этот дух, радость, вкус! Не передать словами, какой это был уникальный опыт. Не так что мы сидим и как-то вызываем в себе сострадание аутотренингом или искусственной медитацией, хорошо поев и сидя в комфорте.
Нет – идите и помогайте людям, почувствуйте их страдания, их боль, и вы поймете, что такое сострадание, особенно если вы можете помочь. Если вы можете помочь и не помогаете, то говорится, что вы совершаете грех, вы зря живете, зря дышите в этом мире. Вот такие соображения.
Больше информации: www.ahakimov.com
