Геннадий кажется застенчивым и уверенным одновременно – не знаю, чего в нем больше. Слушая других участников сессии, он выглядит рациональным и анализирующим, но, когда очередь доходит до него, выдает неожиданно сентиментальную реакцию.
– Затронул предыдущий ваш диалог, Светлана, хотел бы вас поблагодарить, может быть, даже восхититься тем, что вы такие крайне деликатные и непростые моменты четко, емко, без мишуры, смогли, пускай и на маленькую публику, но вывести. Это очень редко. Прямо поблагодарить и с уважением.
Берет паузу, но видно, что готовится что-то добавить. Мы молчим.
– Леонид Маркович, то, что я вас слышу, вижу во 2-й, в 3-й раз: у вас, конечно, мастерский талант за 20–30 минут человека разглядеть. И процент попадания прямо максимальный.
– Спасибо, но вы меня обязываете еще больше. Вдруг я с вами не смогу так.
– Я думаю, что у меня кейс попроще, поэтому здесь всё в порядке.
Несколько слов о себе: 37 лет. Работаю лет с 15. Всегда это свои истории, свои бизнесы. Глобально – эксперт по финансам средневладельческого бизнеса, свой консалтинговый бизнес и ряд еще сейчас. Как сказала одна моя знакомая: моя главная любовница — это бизнес и работа. Так всегда было. В принципе, меня это устраивает, это меня заряжает. Работать я могу много, регулярно и долго.
– Но сейчас мы же не о бизнесе говорить собрались? Что у вас за запрос?
– По поводу сегодняшнего запроса... У меня 9 лет были классные отношения, брак с очень классным человеком. Я был очень всем доволен. Все было классно, здорово. Совместный яхтинг, путешествия и прочие вещи. Год назад я принял крайне непростое решение развестись. Сейчас с бывшей супругой поддерживаю какие-то легкие касания, какой-то обиды, непонимания нет. К сожалению, время пришло, мы стали немножко другими людьми. И сейчас основной запрос: я за это время выдохнул, отдохнул, ушел в работу с двойной силой. И сейчас, скорее, в переосмыслении, в обдумывании, какой все же человек мне рядом нужен. И с учетом опыта, и с учетом седых волос. Какой человек нужен рядом, какие отношения нужны. Я больше сейчас в этом векторе в каком-то спокойном режиме. Плюс за окном начало весны, почему бы и нет. Больше выделить время, подумать на этот счет. Понятно, что есть всякие разные бизнес-задачи, которые вроде решаю. И на это вот такой запрос. Безусловно, вы позадаете вопросы, чтобы я какие-то нужные акценты порассказал, потому что характер нордический, стойкий, выдержанный, плюс финансист, плюс в бизнесе, поэтому я могу на эти темы менее чувственно, менее красочно рассказывать.
И всё-таки, стеснения, как оказалось на поверку, больше, чем уверенности. Речь витиеватая, спутанная, похоже на попытку сказать что-то и не сказать ничего. Осторожничает.
– Спасибо. Расскажите все-таки о себе немножко. Школа, родители, семья. Какие-то штрихи.
– Сам из Пскова. Прабабушка немка, отец офицер, мама детский психолог. Одно время я активно занимался общественной деятельностью, потом переехал в Санкт-Петербург, сделал свой первый бизнес, занимался недвижкой, проектированием. Потом его продал, уехал на год в кругосветку, попутешествовал, посмотрел мир, передохнул между…
– Вы один ездили или с женой?
– Я ездил один, но на тот момент она уже была девушкой, и она иногда прилетала. Потом я вернулся, запустил новый бизнес. После моего путешествия наконец-то дошли до Загса. Спустя это время запустили еще несколько бизнесов.
Увлекаюсь путешествиями, яхтингом, люблю Испанию, последний раз был в декабре-январе, месяц гулял, удаленно работал, попил немного вина, переключился, пожил в любимом Мадриде.
– Вы были один или с кем-то?
– Я был поначалу один, потом была еще знакомая.
– А она не для глобально серьезных отношений.
– Тут есть определенные сомнения.
– Понятно. Да, сложная задача.
– Интересно. Я от многих слышу, что я всегда… Непростой кейс.
– Меня не оставляет следующая фантазия, я просто поделюсь, если позволите. Вы выглядите очень солидно, очень здорово, подтянуто, но вам можно дать и на 10 лет больше, чем вам есть. А при этом ваш запрос, вами не выраженный, я чувствую так: как стать существенно моложе, меньше думать и получить возможность просто влюбляться и быть радостным, молодым щенком. И мне кажется, что вы достаточно застенчивый человек при этом.
– Скорее, да.
– А когда вы говорите, что хотелось бы понять, какой человек должен быть рядом, это вопрос понять головой или поймать бабочки, которые летают в груди?
– Если размышлять на этот счет и рефлексировать, то, пожалуй, вопроса 2. Это вопрос и какой человек рядом — с одной стороны, а с другой стороны, что в себе изменить, чтобы больше от этого ловить кайф. Это не сфокусированный запрос, не квадратно-бизнесовый. И тут я, безусловно, менее чувственный человек. Надо мной родители в детстве смеялись. Такая история была: лет в 5–6 дедушка в трамвае уступил мне место, из серии: «внучок, садись», и спросил, как меня зовут. На что я сказал: Геннадий Сергеевич. На что он крякнул и ответил: а я Петя…
– Понимаю. Очень к месту. Скажите, а вы ревнивы?
– Вообще нет.
– То есть, вы доверчивы.
– Я по максимуму доверяю человеку, который рядом, иначе смысл какой? Второй момент: наверное, у меня есть какое-то ощущение, что ревность — это не вопрос любишь-не любишь, а скорее, вопрос больше к своей личной самооценке. Поэтому не ревнивый. Не то, что я в себе это убил. Вообще нет этого.
– Мне показалось, что все-таки вам присуща как высокая степень доверчивости и растворения, так и иногда вспышки раздражения-ревности. Что-то в партнерше не совсем то, какое-то стилистическое нарушение, какая-то простота, какая-то вдруг показавшаяся вульгарность.
– Вот тут что-то есть. Я бы это не назвал ревностью. Я бы это назвал уровнем перфекционизма к партнеру.
– Ну хорошо, назовем это мягче. Тут очень важно подобрать слова действительно. Просто на уровне, в общем, благодушия, возникает состояние локального разочарования: почему вот это так?
– Скорее, да.
– Из внутренних свойств, вне зависимости от обстоятельств, как бы вдруг выплеск не то, что яда, но маленькой порции дегтя, который портит картину до того бывшего благодушия.
– Но в то же время я, скорее, в плане отношений очень терпеливый, и я, может быть, где-то слишком даже сглаживаю углы.
– Терпеливый — это из области «как я себя веду». Я говорю о слое «под», который неподконтрольный. Просто некий импульс изнутри. Вы, как хороший редактор, который редактирует все, что есть вокруг, и отбирает правильное. Но изнутри вспыхивают время от времени какие-то прорывающиеся штучки: вот раздражение, вот скука и так далее. Почему я об этом говорю? Потому что, мне кажется, для того чтобы понять, как выбрать правильного партнера, все-таки как фаза, надо в него влюбиться.
– Конечно, нужно, но в этом и затыка.
– И надо понимать, какая пропорция: я теряю голову и все-таки сохраняю голову. Когда вы только сохраняете голову, вы редактор жизни. Муха не пролетит мимо. И вы эту проблему осознаете, потому что вы ищете спонтанности: яхтинг, путешествия. И тем не менее постоянная борьба между спонтанностью и некоторой наступающей тяжеловесностью. Редактор, который пишет идеальный текст. Вам хочется писать иногда стихи или эссе, а вы пишете канцелярские бумаги. И вопрос, чтобы вы могли с подругой как бы обмениваться шутками, может быть, какими-то четверостишиями, то есть, валять дурака. И чтобы вам в меньшей мере надоедала подруга, надо, чтобы у вас было как бы 2 рельсы. Одна — вы, почти не разговаривая, понимаете друг друга в серьезных точках, без лишних разговоров, а другая — чтобы вы иногда с ней могли валять дурака.
– Вот как раз валяния дурака у меня особо не было.
– Потому что даже если вы едете путешествовать или у вас яхта, вы все равно впадаете в более серьезные занятия: изучить фрагмент яхтинга, чего-то еще и так далее. Вы выходите сачком половить бабочек и начинаете заниматься энтомологией, открываете учебник по насекомым и должны идентифицировать, что здесь летают за бабочки. И не хватает легкости просто бегать за бабочками и их ловить. Вот представьте себе, Владимир Набоков. Вы на него немножко похожи. Очень хороший писатель, между прочим, с моей точки зрения. Энтомолог, человек разных занятий. Читал лекции, которые ненавидел, ловил бабочек, это было увлечение всей жизни, писал стихи, не очень хорошие, как считается, писал великолепную прозу, романтизировал и много вводил героев в качестве женщин, фактически прожил всю жизнь с одной женой, и документирован один из его романов, который был чем-то прерван. Я вам не навязываю биографию, но хочется художественности. Потому что все-таки мне кажется, что, когда вам становится слегка скучно, вы не очень знаете, что с этим делать.
– Соглашусь. И скорее, дискомфорт.
– Надо научиться скучать. Меня в свое время удивил, я об этом часто рассказываю, пример с Акуниным, у которого по-своему решена проблема со скукой. Он ее описал очень хорошо. У него 3 дома. Он может в одном доме прожить 5 недель и вполне хорошо себя чувствовать, работать. Проходит 5 недель, и ему не по себе. Я точно не помню: 5 недель, 3 недели. По-моему, все-таки 4–5. Жена собирает чемодан, он берет свой ноутбук и переезжает в другой свой дом. И там вроде бы то же самое. Ноутбук, прогулки, записная книжка, работа, чтение книг. Очень хорошо работает, пока не становится скучно. Становится скучно — опять… Легкая тоска и потеря продуктивности, когда нужно себя принуждать, жена, чемодан, ноутбук, Англия, Франция, Испания и так далее.
– Я пока не могу себе позволить вот так переезжать из страны в страну. У меня же бизнес.
– Мне кажется, что вы заставляете себя сидеть на одном месте дольше, чем оно того заслуживает. Если эту гипотезу принять, то тогда мы можем вопрос с подругой переформулировать так: как найти такую, чтобы она тоже могла меняться, а не быть какой-то распрекрасной, но более или менее одной и той же? То есть, как одна могла бы одновременно оставаться такой, как есть, но при этом еще и меняться периодически? И меняться естественным образом, и чтобы вы с ней в этом совпадали. Как найти, чтобы эта партнерша была нескучной?
– Я на самом деле, скорее, с этим вопросом. Я же не говорю про какой-то бизнес-план…
– Вы не говорите, но вы в него невольно скатываетесь.
– Да, безусловно. Поэтому мне как раз и нужен со стороны взгляд.
– Взгляд такой: надо, играя с вами, условно научить вас скучать и буквально дать вам толчок поперебирать знакомых женщин, из которых ни одна не подойдет, но по крайней мере, эту эссенцию выбрать: что будет аналогом вашего английского дома, что аналогом французского дома, и что испанского. А кроме того, если мы примем, как гипотезу, необходимость в качестве одного из серьезных факторов оперировать проблемой скуки, легкой тоски, это может дать вам реальный стимул к масштабированию бизнеса и капитала. Так-то типа все хорошо, все есть. И тут есть опасность слегка облениться. А если вам нужен дом в Испании, в Англии, во Франции, то как-то начинается вдруг такое…
– Мало денег.
– Более панорамное видение. А так, понятно, что успешный человек, достойный, умный, классный, мигрировал из Пскова в Санкт-Петербург, там уже — из одного образа достатка и действий в какой-то другой. А дальше нужно куда-то еще двигаться. Я про масштабирование. Потому что есть люди, которым это явно идет на пользу. Мне кажется, вы — один из них. Проблема скуки останется все равно. Она довольно универсальна. Тем не менее, ее надо выложить на карту и понимать, каков ваш лаг: 3 недели, 5 недель, 2 месяца.
– Понял.
– А можете рассказать немножко про историю с разводом? Все-таки что произошло? Как вы разочаровались?
– Если в 2 словах, я в какой-то момент понял, что человеку уже рядом со мной тяжело. Эта гипотеза подтвердилась, потому что сейчас у нее все хорошо.
– Ну поспрашивайте меня. Я поделился первыми эскизами.
– Как вам показалось, насколько для меня остро стоит вопрос человека рядом? Или какое-то время мне жить самостоятельно и без каких-либо суперсерьезных вещей, в которые я достаточно легко могу уйти, и потихонечку созревать?
– То есть, хватать ли кого-нибудь на улице и жениться? Или фланировать, уикенд здесь, уикенд там?
– Возможно…
– Мне кажется, что лучше, если б было больше выборов: с кем-то — уикенд, а с кем-то — вечер, а с кем-то просто погулять, пошутить. У меня чувство, что вы еще не совсем определились с тем, на каких дистанциях, а их, конечно, будет несколько, вы хотите находиться. Кроме того, мне кажется, что вы одновременно хотите, чтобы девушка была веселая простушка, была бы в чем-то проще вас, но при этом у вас есть желание, чтобы все-таки она была умная, серьезная, и с ней иногда можно было бы поговорить. И как примирить эти 2 функции, пока не совсем понятно. Вы пока что относитесь к женщинам с некоторым, может быть, не осознаваемым, но превосходством, как к подружкам по танцам. Если бы я обнаглел, сошел с ума и давал бы вам задание, я бы вам предложил пообщаться с умными женщинами, даже если они отчасти синие чулки или какие-то слишком деловые, занудные. Не то, чтобы вы должны были на умных жениться, но нам нужно больше точек отсчета, флиртовать, встречаться, выбирать дистанции. Но принципиально, конечно – это просто значительно расширить диапазон: умные женщины, женщины, которые старше вас. И тогда это приблизит нас к щелчку, что с ней вот так. Сейчас у вас невольная точка отсчета — чтобы она радовалась, слушалась.
Геннадий, кажется, довольно высокомерен, хоть и скрывает это, и выбирает женщин, которые должны смотреть на него снизу вверх.
– Благодарю.
– Еще вопросы, может быть?
– Наверное, много было под конец мыслей. Надо их обдумать, подождать, пока оно все переварится.
--------------------------------------------------------------------------------------
Что сказать о Геннадии? Высокомерный и опасливый одновременно. И его подстраховка состоит в том, чтобы находить женщин проще себя. Это его метод подстраховаться. Он быстро начинает скучать и разочаровываться вне зависимости от объекта. Просто такое внутреннее свойство.