22 января 2024 года в зале 1-го Западного окружного военного суда г. Санкт-Петербурга прозвучало последние слова Дарьи Треповой и Дмитрия Касинцева. В этот день было очень много журналистов и ведущих телеканалов. К сожалению, заметила не обнадёживающую тенденцию. Представители СМИ рвутся в суды только в первый день и последний. Во время самого слушания дела: допроса потерпевших и свидетелей (ноябрь, декабрь, январь), - в зал приходили единицы, кресла огромного зала исторического здания пустовали, а вот вчера (как и, собственно, в самый первый день) даже не все желающие смогли попасть внутрь.
Спустя минут сорок после начала заседания (в этот раз оно было кратким) адвокат Дарьи Треповой Даниил Борисович Берман ответил на вопросы. К сожалению, не запомнила, кто именно из журналистов (и не только) что спрашивал, поэтому вопросы дам обезличенно.
Вопросы собравшихся - ответы Даниила Бермана
- Речь Дарьи Вы согласовывали? Как Вы готовились к этому?
- Дарью ни в прениях, ни в её последнем слове ни к чему готовить было не нужно, потому что всё, что она сказала в прениях и в последнем слове, её показаниях, она изначально сообщала с момента задержания, ничего нового она не сообщила, ну, может быть, по ходу следствия она что-то изменяла, дополняла, просто в части что-то вспомнила. Её ни в чём не нужно было готовить! Она просто это говорит последовательно на протяжении - уже сколько времени прошло? почти год! - вот она это одно и то же и сообщает. Ничего НОВОГО она не сообщила.
- В её речи есть такие две части, может быть, философская (обращение) - и юридическая. На ваш взгляд, какая ключевая, основная?
- Все важны, все важны! И философская, и правовая - мы же в суде находимся! Поэтому здесь, в первую очередь, мы собрались только для того, чтобы юридическую оценку получить. Она, естественно, высказалась, поскольку в деле есть потерпевшие, которые некоторые очень сильно пострадали, один погиб, понятно; есть очень сильно пострадавшие, она естественно говорила в том числе и про них.
Я напоминаю всем, кто говорил, что она не извинялась, потому что те процессы по мере пресечения, которые проходили без участия прессы (потому что они были закрытые), она на ВСЕХ говорила, что она извиняется перед потерпевшими, молится об их здоровье и так далее... По-моему, даже кто-то это печатал из СМИ, да, она ИЗНАЧАЛЬНО всё это говорила, так что ничего нового, эксклюзивного в этом тоже нет.
- - Для вас важны как юридическая оценка?.. (неразборчиво)
- Для меня все важны! Что моя подзащитная извиняется перед потерпевшими последовательно на протяжении почти года!
- (Насколько помню, с канала "Россия"): - Цитирование чуть ли не Библии вот это вот... вы продумывали?
- Вы против Библии?!
- - Нет, я не против Библии, но цитирование...
- Можно задеть чувства верующих, аккуратнее.
- - Нет, я не против, просто вы пристёгиваете Святое Писание?
- Я ничего ни к чему не пристёгиваю.
- - Скажите, пожалуйста, с юридической точки зрения вы на что рассчитываете?
- Юридически мы сходимся на том, что в деле достаточное количество белых пятен и неустранимых сомнений, и устранить их можно только следственным путём, потому что судебное следствие у нас проводится только по тем материалам, которое собрало следствие. То, что собрано в деле, объективно и очевидно говорит о том, что моя подзащитная невиновна в теракте и переносе взрывчатых веществ, поэтому наша позиция была такая: верните дело обратно следователю и давайте снова его тщательно расследуем. И потом вернём в суд, если для этого будут правовые основания, но, если всё-таки суд не вернёт дело следователю, то единственный законный и обоснованный приговор, с моей точки зрения, будет оправдание Дарьи в части теракта и в части переноса взрывчатых веществ.
- - С точки зрения психиатрической экспертизы она говорила?
- Да, для чего?
- Понимаете, в чём дело, человек на протяжении многих лет своей жизни регулярно обращался за психологической и в том числе немного психиатрической помощью. Ей комплексная вот эта экспертиза, которая была проведена, - это так называемая пятиминутка амбулаторная, которая проводится за один день, - ну, как-то у меня вызывает сомнения, насколько она может быть обоснованной. Мы не строили на этом защиту, но обращаем на это внимание в том числе. На то, что некоторые диагнозы, которые ей были поставлены абсолютно законно, обоснованно, ей почему-то НЕ были подтверждены. Ну, как бы мы к этому не цеплялись; я обращаю внимание, мы не говорили, но в том числе и на это обратили внимание, скажем так.
- - Если вы говорите, вернут на доследование, то для чего? Для переквалификации дела? Тогда на что?
- Не знаю, главное, чтобы не на теракт.
- - Нет, ну у вас позиция-то есть, вы же на что-то рассчитываете, как юрист.
- Есть. Как минимум, как минимум может быть вмешательство в частную жизнь, если была попытка передачи микрофона Владлену Татарскому с целью получения каких-то его секретов, к примеру.
- - Эта позиция очень ключевая для всех здесь, для суда, все это обсуждают: ЗНАЛА она или НЕ ЗНАЛА?
- Конечно, не знала. Что очевидно здесь подтвердилось в ходе суда, понимаете...
- - Чем?
- Здесь очень интересная сложилась конструкция, да? У нас вот журналисты выступают, на мой взгляд, в качестве присяжных. И те, кто регулярно, каждый день - ну сколько там, двадцать дней длилось? я не считал - ходили сюда, с моей точки зрения, убедились в том, что Дарья невиновна! То есть я видел, как меняются лица, я видел, как меняются публикации. То есть вы поймите, здесь очень хитрая такая сит... очень-очень хитрая штука. Когда это всё только началось, в том числе через провластные и анонимные телеграм-каналы было много информации о том, что... как бы сомнений в вине Дарьи.
Почему это делалось? Потому что всем было выгодно... скажем так, КОМУ-ТО было выгодно, - я не буду говорить, кому - что как бы у нас нету там бомбистов самостоятельных и так далее, у нас их нет, у нас есть только какие-то наивные люди. Потом сами же... они ПРАВИЛЬНУЮ законно обоснованную позицию защиты транслировали в том числе через свои же паблики. Потом, когда дело поступило в суд, кто-то задумался: "Так! мы убедили всех, что Дарья невиновна! Откручиваем назад!" И начинают накачивать через СМИ, сливать материалы дела, говорить, например, о том, что якобы нас подвергали проверке на детекторе лжи. Это ложь!
- - Доследственного комитета проверки.
- Да! Это не так! И много что другое, что на самом деле было неправдой. Ну зачем вы врёте людям? И публикуете в том числе вот после наших, вот после прений какие-то пошли фейки и так далее, то есть зачем вы это делаете? Поэтому ну вот да, вот так интересно вышло. Это опять же вы сами же кто-то создали... вот кто там влияет на это, сами же создали такую ситуацию. Поэтому сами же убедили общество в том, что есть на самом деле.
Так и есть. Дарья не знала, что было в статуэтке, и объективно это подтверждается без всяких судов. Она сама находилась на месте взрыва. Если бы потерпевший - Царство ему Небесное - Владлен Татарский не заслонил её своей спиной, она бы пострадала так же, как те потерпевшие, которые находились вместе с ней; они пострадали очень сильно. Ну и второй момент, конечно, что как бы нам обвинение всё это подаёт, что с самого начала Дарья готовилась к совершению этого теракта, но в итоге оказалась совершенно растерянной: ездила на такси по Санкт-Петербургу, сбривала себе брови, топила сим-карты в унитазе... Ну, не очень похоже на рассчитанного и хладнокровного террориста, ну вообще, мягко говоря, не похоже!
В этой части тогда государственный обвинитель уважаемый зачитывал свои прения - у неё был лист, несколько листов - она три часа зачитывала текст, всё было очень ровно, а потом она дошла до тех самых спорных обстоятельств, и тут она стала говорить своим языком, и выглядело это как домыслы и очень неубедительно. Ну если у обвинения сложилась картина и им всё ясно, ну так вы и скажите, всё должно быть понятно! А выглядит всё, мягко говоря, непонятно! Вот об этом мы, в общем, и говорим...
- - С юридической точки зрения тот факт "знала или не знала" будет влиять на квалификацию/переквалификацию?
- Если суд согласится со стороной защиты о том, что Дарья не знала о том, что находилось в статуэтке, то как минимум обвинения в терроризме с неё будут сняты.
- - Скажите, а квалификация факта именно как терроризма, а не убийства общественно опасным способом защита как расценивает?
- И убийства здесь нету, ну, это уже какие-то вопросы строго юридические. Если не знала, то и убийства здесь тоже нет.
- - Нет, не в действиях Дарьи, а в самом факте.
- Ну, об этом можно говорить, я это не комментирую.
- - Она не понимала, что вербовка происходит её, что есть задания, которые уже граничат..?
- Хорошо, пусть будет вербовка! Пусть будет государственная измена, но не теракт! Это совершенно ведь другая же история.
- - Я сейчас не ищу для неё новой квалификации, я спрашиваю, понимала она или нет?
- Да конечно понимала.
- - И продолжила?
- ...прекрасно понимала.
- - Она не говорила вам?
- Ну говорила. Потому что господин Попков - замечательный вот такой оказался человек, который очень хорошо умеет манипулировать людьми. Если последить за его биографией, то отлично видно, что он человек, который ничего в этой жизни не умеет и вообще мpaзь последняя, но очень хорошо манипулирует людьми, подставляет людей под самые разнообразные проблемы – это вот его такой стиль жизни. Он и сейчас, я думаю, продолжает этим активно хвастаться, всем этим кейсом, такой он. Понимаете, для Романа Попкова* и для тех людей, которые сейчас с ним общаются, ему сейчас наиболее выгодно, чтобы все считали, что всё как бы правда - то, что говорит обвинение, - как бы это странно ни прозвучало. Потому что в этом случае... ведь это же такая ценность для него и для людей, которые его поддерживают, ради которых он всё это делает, что он действительно вот убедил человека отнести бомбу.
Если мы посмотрим на эту ситуацию с той точки зрения, что он просто обманул Дарью, то тогда эта ситуация выглядит совершенно по-другому, даже для его окружения он будет выглядеть тем, кем он является - пoдoнкoм, который отправил эту девушку, воспользовавшись её какими-то антивоенными взглядами, использовал её для совершения теракта!
- - Вы, как человек, который очень много материалов просмотрели, как относитесь к версии, что это украинские спецслужбы через Попкова действуют?
- Ну слушайте, я очень не люблю домыслы и догадки, но тот человек, который -(не Попков, он такими специальными знаниями не обладает) - но тот человек, который этим руководил - я не знаю, является ли это Гештальт - безусловно обладает специальными познаниями в организации подобных вещей. Это делали НЕ простые люди, уж точно не Дарья и уж точно не Попков. Вот именно организация была очень хорошей... Это целая специальная операция, то есть это же всё могло не состояться на любом этапе, а оно всё-таки случилось. Именно потому, что организовано оно было на очень высоком уровне.
- - Гештальт сейчас по делу проходит как кто?
- Как никто! Мы не знаем его настоящего имени.
- - Как неустановленное лицо? Формальный статус его в материалах?
- Никакого статуса. Мы же не знаем даже, как можем найти человека без имени, да?..
- - То есть он просто фигурирует только в показаниях?
- ...то есть он есть как бы, когда его имя и фамилию установят, вероятнее всего, ему тоже предъявят обвинение.
- - То есть он фигурирует только в показаниях?
- Ну конечно! Его нет.
Спасибо за прочтение! Также можете ознакомиться с последним словом Дарьи!
*Росфинмониторинг внёс Дарью Трепову и Романа Попкова в перечень террористов и экстремистов. Хотя я до сих пор не понимаю правовой статус этой организации и как её решения соотносятся со статьёй 14 УПК РФ "Презумпция невиновности", согласно которой "Обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном настоящим Кодексом порядке и установлена ВСТУПИВШИМ В ЗАКОННУЮ СИЛУ ПРИГОВОРОМ СУДА".