Почему встреча с любимым человеком намного желаннее и радостнее контакта с кем-то посторонним? Что при этом происходит в головном мозге? Ответы на эти вопросы дает новое исследование американских ученых, посвященное дофамину.
Нейромедиатор дофамин, входящий в систему вознаграждения мозга, играет важную роль во многих процессах, связанных с мотивацией, памятью, вниманием и другими когнитивными функциями. Также он участвует в регулировании социальных связей, что ученые знают из прошлых исследований и экспериментов, в том числе с участием лабораторных мышей и крыс.
Хотя эти грызуны могут устанавливать связи, у них не формируется избирательная привязанность к сородичам. Вот почему нейробиологи из Колорадского университета в Боулдере (США) решили провести новую серию опытов. Объектом исследования с целью изучить динамику выделения дофамина при социальном взаимодействии на этот раз стали степные, или прерийные, полевки (Microtus ochrogaster). Их особенностью, которая присуща только трем-пяти процентам млекопитающих, включая человека, считается способность к моногамии.
Как и людям, степным полевкам свойственно объединяться в пары на долгое время, совместно проживать и выращивать потомство. Также известно, что эти животные испытывают нечто похожее на горе, когда теряют партнера.
В работе, результаты которой опубликовал журнал Current Biology, исследователи использовали метод нейровизуализации. Для этого в прилежащее ядро мозга (nucleus accumbens) животных вживили миниатюрный оптоволоконный сенсор диаметром 0,2 миллиметра и длиной пять миллиметров. Эта область отвечает за мотивацию к поиску разных вознаграждений — от воды и пищи до наркотиков.
Таким образом ученые смогли в реальном масштабе времени проследить, что происходило в мозге, когда полевки пытались добраться к партнеру. В одном из сценариев подопытные нажимали рычаг, чтобы открыть дверцу и попасть в камеру к нему, в другом — перелезали через преграду.
Всякий раз, когда сенсор улавливал всплеск дофамина, он начинал светиться. Когда полевки нажимали рычаг или перелезали через препятствие, чтобы увидеть свою «половинку», стекловолокно «вспыхивало как сумасшедшее» и продолжало гореть, пока пара обнюхивала и прижималась к друг другу, рассказала одна из авторов исследования Энн Пирс (Anne Pierce).
Напротив, когда по другую сторону дверцы или преграды оказывалась случайная полевка, уровень дофамина снижался, а свечение сенсора угасало. По словам ученых, эксперимент не только подтвердил роль дофамина для мотивации к поиску партнера, но и наглядно показал, что при нахождении со своей парой через центр вознаграждения мозга проходит больше дофамина, чем рядом с незнакомцем.
В другой серии опытов пару полевок разлучили на четыре недели — целая вечность по меркам этих грызунов, чья жизнь редко длится больше одного-двух лет. Когда после расставания животные снова встречались, они узнавали друг друга, но прежний, характерный для пар, всплеск дофамина практически исчезал. Проще говоря, мозг полевок теперь реагировал на бывшего партнера так же, как на любого другого сородича.
Исследователи полагают, что это своеобразный механизм защиты в мозге на случай потери любимого. Он позволяет продолжать жизнь и образовывать новую пару при расставании, а не бесконечно мучиться от неразделенной любви.
Авторы надеются, что их открытия пригодятся людям, которые пережили болезненный разрыв или смерть второй половины. Правда, прежде чем это произойдет, предстоит выяснить, насколько результаты экспериментов с полевками применимы к человеку.
Тем не менее исследователи считают, что понимание подобных механизмов в мозге поможет в поиске новых методов лечения психических расстройств, таких как пролонгированная реакция горя (Prolonged grief disorder).