Яркое, но щадящее сентябрьское солнце светило над головой у путника, шедшего по узенькой грунтовой дороге, проходящей мимо возделанных полей. Стебли огненно-жёлтой пшеницы сгибались под тяжестью собственных колосьев, росших с правой стороны от дороги. По левую руку от него расположилось небольшое поселение. Низенькие, но крепко сложенные бревенчатые домики были украшены местными умельцами своеобразными резными узорами и орнаментами. От домов в сторону дороги тянулись, по-хозяйски устроенные огородики с тщательно окученными грядками, и чего только на этих грядках не росло: морковь, сказочно крупная и яркая, торчала из земли, картофель своими большими клубнями буквально вздымал землю на пол ярда ввысь, тыквы и кабачки, будто набухшие, поражали своими исполинскими размерами. Местные жители знали толк в земледелии. Ветви плодовых растений ломились от обилия налитых яблок, груш, спелых слив и абрикосов..
Голубое небо, яркое солнце и лёгкий ветерок - сегодня выдалась прекрасная погода. Да, здесь она вообще редко портится. Путник прошёл по маленькому каменному мостику, перекинутому через такой же маленький ручей. Быстрый и холодный, он спускался с дальних - предальних гор, о которых местные жители даже и не слышали, устремляясь в неведомые земли, журча свою тихую, но старую, как сам этот мир, мелодию. Мостик был сложен из серой глины и гальки, судя по всему, собранной со дна этого ручья, выгибаясь над водой по дуге. Пройдя по мостику, человек услышал музыку, доносившуюся издалека, а ещё смех и крики. Сегодня у жителей был праздник, и он даже догадывался, какой. Перед путником предстала развилка. Одна дорога, широкая и ровная, поворачивала налево, прямо к центру поселения, где шли сейчас пляски и веселье.Пройдя по мостику, человек услышал музыку, доносившуюся издалека, а ещё смех и крики. Сегодня у жителей был праздник, и он даже догадывался, какой. Перед путником предстала развилка. Одна дорога, широкая и ровная, поворачивала налево, прямо к центру поселения, где шли сейчас пляски и веселье.
Здешний народ был очень удивительным. Все как один - коренастые, круглолицые и розовощёкие, они имели привычку устраивать праздники по любому поводу. Всегда добродушные и приветливые, здесь всегда были рады приютить и накормить усталого путника. Не любящие воевать и ссориться, их рукам привычней ремесла и огородничество, особенно, если потом всё это дело можно будет употребить на приготовление чего-нибудь вкусненького. Благодатный край, чудесное место с не менее чудными и жизнерадостными жителями. Не любящие далеко путешествовать, их владения ограничивались устьями двух речушек и опушкой леса на востоке. Но рыбалка здесь была не в почёте, хотя знал он одного местного любителя...Здешний народ был очень удивительным. Все как один - коренастые, круглолицые и розовощёкие, они имели привычку устраивать праздники по любому поводу. Всегда добродушные и приветливые, здесь всегда были рады приютить и накормить усталого путника. Не любящие воевать и ссориться, их рукам привычней ремесла и огородничество, особенно, если потом всё это дело можно будет употребить на приготовление чего-нибудь вкусненького. Благодатный край, чудесное место с не менее чудными и жизнерадостными жителями. Не любящие далеко путешествовать, их владения ограничивались устьями двух речушек и опушкой леса на востоке. Но рыбалка здесь была не в почёте, хотя знал он одного местного любителя... Вторая же дорога, узенькая и петляющая, огибала поселение по краю, устремляясь к одной неприметной избе, расположившейся на отшибе от остальных домов и окружённую семью большими соснами. Туда-то и пошёл человек, одетый в зелёный выцветший дождевой плащ с капюшоном и странные чёрные и ребристые сапоги. По левую сторону вновь открылись дома, но помимо бревенчатых изб с садами и аккуратненькими огородиками появились ещё и каменные мельницы с амбарами и мастерскими. Но ничего сложнее здесь не строили. Да им и не нужно. Тихий и мирный уголок на краю света, беззаботно место, где живущие не знают горя. Отделившись от домов, тропинка свернула вправо, подступая к одинокой усадьбе.По левую сторону вновь открылись дома, но помимо бревенчатых изб с садами и аккуратненькими огородиками появились ещё и каменные мельницы с амбарами и мастерскими. Но ничего сложнее здесь не строили. Да им и не нужно. Тихий и мирный уголок на краю света, беззаботно место, где живущие не знают горя. Отделившись от домов, тропинка свернула вправо, подступая к одинокой усадьбе. Большой дом из тёмных массивных брёвен, большая крепкая дверь, и маленькие круглые оконца, однако не были украшены орнаментами, как другие дома. Зато в правом нижнем углу двери была выскоблена большая потёртая буква "М". Эта небольшая деталь заставила улыбнуться, подошедшего к усадьбе, путника.
Позади него гремела музыка, похоже праздник только набирал обороты. Он постучал в дверь. Ему никто не ответил. Тогда он постучал ещё раз, сильно и настойчиво.
И тут из-за двери донеслось:
- Ну уж нет! Праздник уже начался, письма все розданы, приветственную речь я произнёс в полдник. Видите, мне нездоровится! Мы закрыты! Приходите завтра.
Голос за дверью был усталым и нервным, словно его обладателя донимали подобным стуком уже не один день.
Тут путник выпрямился и громко произнёс:
-А что, если в гости пришёл старый друг?!
-Да неужели?! - за дверью что-то стукнуло и покатилось по полу, а за тем торопливые шаги застучали по паркету.
Дверь резко распахнулась и на пороге показался мужичок лет сорока пяти-пятидесяти в праздничном наряде и с пером за ухом. Его лицо растянулось в широкой улыбке.
-Хо- хо, дружище, сколько лет, сколько зим!
Крепкое рукопожатие плавно переросло в крепкое объятие с последующим хлопком по спине. После чего хозяин дома отодвинулся от путника и, держа его за плечи, внимательно осмотрел.
– Надо же, ничуть не изменился с нашей последней встречи, – удивлённо произнёс хозяин.
- Да и ты тоже, - улыбнулся пришедший.
На самом деле он приврал, друг сильно постарел: он потолстел, волосы с бородой начали седеть, отливая прядями серебра, а на лице появились морщины.
–Да ну тебя! Давай проходи скорей, а то что стоишь в дверях, как неродной.
Гость вошёл в просторную светлую комнату, которая была по совместительству как прихожей, так и гостиной с огромным камином, а ещё кухней в дальнем конце зала, с небольшим грубо стёсанным столом и каменной жаровней. Пока он снимал и вешал свой старый плащ на деревянный крючок для одежды, хозяин в это время уже подбросил охапку поленьев в догорающий камин, отодвинул кресло, приглашая гостя присесть, и побежал на кухню. Гость уселся напротив камина, возле маленького круглого столика с резной дубовой ножкой, в мягкое кресло, обитое густым серым мехом. Над камином висел на кожаном ремне короткий меч с широким обоюдоострым лезвием и закругленным навершием в потёртых ножнах, покрытых тусклыми рунами. Слева от камина висел лук со стрелами в старом кожаном колчане. Стены в комнате были увешаны различными картинами и небольшими гобеленами, в которых были запечатлены фрагменты из сказаний различных эпох.Повернув голову, гость увидел в противоположной стороне от камина письменный стол, стоящий около ромбовидного окошка. Стол был завален всякими свитками, тетрадями, письмами и исписанными листами бумаги. Они были нагружены друг на друга башнями, набросаны в кучи или просто валялись возле стола на полу. На кухне загремела посуда, раздался свист чайника, и около камина материализовался хозяин дома с фарфоровыми чашками и подносом со свежевыпеченным хлебом и горшочком янтарного мёда. Поставив всё это на столик возле гостя, он вновь удалился на кухню.
Картины сам рисовал? Гость взял с подноса булку горячего хлеба и, разломив его на две половинки, окунув одну часть в мёд.
— Не, это умелец местный. Наслушался моих рассказов и пошёл, ведомый неведомой музой, описывать дела былых времён. Что-то вот и мне подарил. Сам-то как? Столько лет не виделись! Как на севере, старина Дерин всё ещё правит Белыми взгорьями? Он снял свистящий чайник с жаровни и, вернувшись к камину, разлил чай по чашкам.
Чай был ароматным и душистым, собран из здешних целебных трав, умением приготовления которых хозяин очень гордился.
— Да со мной всё хорошо, а что насчёт Дерина... Я ведь тоже давно не был на севере, так что не в курсе новостей последних лет.
— Вот как! А я думал, что ты всё это время был с ним, решал там свои какие-то вопросы! Где же ты тогда был? — Хозяин поставил чайник на стол и уселся рядом с гостем в соседнее кресло, взяв чашку в левую руку, а правой подобрал с пола кочергу и поправил горящие в камине поленья.
То там, то сям уклончиво ответил друг.
Я нигде не задерживался надолго, и да, решал некоторые вопросы, но это трудно так просто объяснить.
Ладно, храни при себе свои секреты, – махнул хозяин рукой.
Я же знаю, что бы ты ни делал – всё во имя общего блага. – Он хитро подмигнул другу.
Да ладно тебе, не настолько уж всё масштабно. И с чего ты взял, что во благо?
Да просто я тебя знаю. Всё время такой тихий, скромный, что-то себе там всё пишешь, делаешь, а когда приходит беда, ты уже мчишься вперёд всех с готовым планом по спасению мира.
— Ну-ну, вспомни себя в молодые годы, как помчишься сломя голову на пролом, тебя потом вытаскивай!
— А вообще хорошо тут у тебя, уютно.
— А то! Помнится, ты не хотел сюда идти, отговаривал меня ещё, мол, странные здесь жители какие-то, подозрительные, и место тут заколдованное.
- Да я и сейчас так считаю. Посмотри на себя, вон как отъелся на харчах чудотворных, пузо скоро по полу пинать начнёшь.
Они оба расхохотались.
- Ну не всё же мне по лесам бегать да гоблинов с волколаками гонять! А помнишь, с этого мы когда-то и начинали.
- Как такое забудешь! - Гость отхлебнул из чашки.
- Ты тогда ещё в луже увяз по пояс, споткнувшись об ветку.
- Ага, а ты в лианах тогда запутался и повис вниз головой. На этом и закончилась наша первая охота на гоблинов. - Он положил кочергу на пол.
- А помнишь, как...
Так друзья сидели и вспоминали свои былые приключения. Поленья, горящие в камине, тихо потрескивали и приятно грели ноги. Яркое солнце медленно сползало в зенит, тускнея и удлиняя тени.
За это время они вспомнили и свои первые приключения, и то, как отправились исследовать неведомые края на юге, и орден синих магов, с которыми они после познакомились, и даже битву у врат Авдарга, в которой они мельком умудрились поучаствовать. И ещё множество приключений и походов, которые они прошли по молодости бок о бок вместе.
Воспоминания о былых свершениях горели душу, а временами вызывали неподдельный смех. Было приятно вот так просто сидеть у камина, пить чай и разговаривать о прошедших радостях и невзгодах, геройствах и глупостях, о всём том, что оставило в их сердцах неизгладимый след, что стало частью их самих. Поговорить о всяких мелочах и бытовых, о настоящем и о возможном будущем.
- Какой вкусный мёд! - Вздохнул гость, протягиваясь в кресле и облизнув губы.
- Так ведь этого года сбор. Этим летом мёд выдался просто отменный, соты просто лопались от его обилия. Пасечники просто устали перегонять его из сот в банки. Да и урожай в этом году вышел просто отменный. Выдел бы ты, какие у меня тыквы уродились! Одна так вообще с телегу вымахала! Представляешь? - Он попытался руками изобразить размеры той самой тыквы.
- Вот она одна в праздничный пирог и пошла. А яблоки какие...
- Кстати о празднике, он же в твою честь, сколько тебе уже исполнилось? - Перебил его друг.
Так пятьдесят уже стукнуло, круглая и знаменательная дата, вот и закатил я праздник на всю округу.
— А сам-то чего тогда здесь от людей закрылся?
— Устал я. Хозяин дома встал с кресла и, скрестив руки за спиной, подошёл к окну.
— Устал я от всей этой размеренной и тихой жизни. Понимаешь? Хоть и жизнь у меня прекрасная, и сынишка радует, и соседи замечательные. А душа всё равно в горы рвётся. Я ведь не молодею. Тем более осталось у меня ещё одно дело.
— Значит, ты уже всё решил?
— Да, давно собирался, но всё никак не мог решиться. Даже вон пирушку закатил на всю округу, хотел таким образом со всеми попрощаться. Думал, так будет легче.
Хозяин повернулся и подошёл к камину, снял с него меч в ножнах, повертел в руках и вздохнул.
— Легче не стало. Только мороки больше вышло. Тут ещё и ты нагрянул. А я ведь и не надеялся, что ты придёшь сегодня. Как ты так подгадал? — Он положил меч на подоконник и повернулся к собеседнику.
— Так уж совпало, я просто пришёл повидаться с тобой и, как оказалось, успел впритык. — Развёл руками гость.
В комнате повисла длинная неловкая пауза.
Солнце уже зашло за горизонт, сменив вечер сумерками. На улице стемнело, а в поселении зажгли огни. Даже сейчас на центральной площади играли флейты и скрипки.
— Приглядишь за сыном, пока меня не будет?
— Одним глазом, а может, и двумя. Гость поставил чашку.
— Славно. Я бы его с собой взял, да он и просился, но я-то знаю, что сердце его здесь.
Хозяин открыл комод и достал из него небольшую торбу. Торба была сплетена на манер небольшого рюкзака и забита всевозможной поклажей и вещами, которые могли пригодиться в дальнем походе.
- Раз такое дело, может, мне тогда лучше с тобой пойти?
- И вспомнить вместе былые времена? Очень заманчивое предложение, но я должен сделать это один. Он достал из кармана жилетку, смотанную в узелок, синий платок, из которого пробивались редкие лучики света. Развернув платок, в руках у него засиял янтарным светом некий круглый предмет с крючковатым хвостиком. Весь предмет был покрыт тонкими узорами, которые переливались множеством оттенков.
Могучий артефакт, обладающий энергией звёзд. По легенде, с них он и спустился. Древняя реликвия, столь же могущественная, сколь и прекрасная.
- Ведь эльфы отдали мне его когда-то на хранение, и пришло время вернуть вещицу этим мелким шалопаям. Хоть и ветер у них в голове, и живут беззаботно, но соскучился по этим бессмертным детишкам. А у тебя дела, небось, и оставлять сынишку совсем уж одного не хочу. Путь ведь неблизкий.
Хозяин подбросил реликвию вверх, поймал в полёте и убрал в нагрудный карман. Потом он достал из стоящего рядом с комодом шкафа такой же, как у гостя, старый зелёный выцветший плащ с капюшоном. Накинув его на себя, хозяин взял с подоконника все сложенные туда накануне вещи. Торбу он перекинул за плечи, а короткий меч повесил под плащ на пояс, после чего вздохнул.
— Эх, будто на десяток лет помолодел.
Гость встал с кресла.
— Ты правда решил?
— Ага.
Хозяин подбросил реликвию вверх, поймал в полёте и убрал в нагрудный карман. Потом он достал из стоящего рядом с комодом шкафа такой же, как у гостя, старый зелёный выцветший плащ с капюшоном. Накинув его на себя, хозяин взял с подоконника все сложенные туда накануне вещи. Торбу он перекинул за плечи, а короткий меч повесил под плащ на пояс, после чего вздохнул.
— Эх, будто на десяток лет помолодел.
Гость встал с кресла.
— Ты правда решил?
— Ага.
Они вышли на улицу, встав у крыльца. Ночь уже вступила в свои права. Месяц вышел из-за тучи, тускло освещая свои владения мягким серебристым светом. Трава и кусты возле дома тихо шелестели, покачиваясь на ветру. Ветер дул с юга, неся тёплый воздух с дальнего океана.
— И что дальше? — гость поднял глаза на друга.
— Ключи лежат над камином, если тебе придётся отлучиться, то за домом есть кому присмотреть. — Он указал рукой на дверь.
— Там ещё в шкафу около комода твои вещи остались, думаю, что пришло время забрать их, особенно свою бумку. Не хватало, чтоб ещё к моему сыну она попала. А так все дела улажены, со всеми письмами разобрался. Отличная ночь. — Он посмотрел на звезды.
Отличное начало для новой истории. Друг улыбнулся. «Катарсис?» — с сарказмом спросил его друг. «Чего? Ну ты как сказанешь что-нибудь, а потом думай — шутка это или заклинание третьего ранга?!» «Прощай, старый друг». Он протянул руку. «Прощай, дружище!» Крепкое рукопожатие скрепило прощание товарищей. Хозяин дома постоял ещё немного, посмотрел куда-то вверх, хмыкнул и пошёл по узкой тропинке, уходящей от дома в неведомые дали. «Бывай», — бросил он через плечо. «Бывай», — в тон ему ответил друг.
- Отличное начало для новой истории.
Друг улыбнулся.
-Катарсис? - с сарказмом спросил его друг.
-Чего? Ну ты как сказанешь что-нибудь, а потом думай - шутка это или заклинание третьего ранга?!
-Прощай старый друг - Он протянул руку
-Прощай дружище!
Крепкое рукопожатие скрепило прощание товарищей. Хозяин дома постоял ещё немного, посмотрел куда-то на верх, хмыкнул и пошёл по узкой тропинке, уходящей от дома в неведомые дали.
-Бывай- бросил он через плечо.
-Бывай -В тон ему ответил друг.
Отличное начало для новой истории. Друг улыбнулся. «Катарсис?» — с сарказмом спросил его друг. «Чего? Ну ты как сказанешь что-нибудь, а потом думай — шутка это или заклинание третьего ранга?!» «Прощай, старый друг». Он протянул руку. «Прощай, дружище!» Крепкое рукопожатие скрепило прощание товарищей. Хозяин дома постоял ещё немного, посмотрел куда-то вверх, хмыкнул и пошёл по узкой тропинке, уходящей от дома в неведомые дали. «Бывай», — бросил он через плечо. «Бывай», — в тон ему ответил друг.
- Отличное начало для новой истории.
Друг улыбнулся.
-Катарсис? - с сарказмом спросил его друг.
-Чего? Ну ты как сказанешь что-нибудь, а потом думай - шутка это или заклинание третьего ранга?!
-Прощай старый друг - Он протянул руку
-Прощай дружище!
Крепкое рукопожатие скрепило прощание товарищей. Хозяин дома постоял ещё немного, посмотрел куда-то на верх, хмыкнул и пошёл по узкой тропинке, уходящей от дома в неведомые дали.
-Бывай- бросил он через плечо.
-Бывай -В тон ему ответил друг.
Силуэт одинокого путника стал растворяться в мареве ночной мглы, отдаляясь от дома всё дальше и дальше. А друг всё стоял и смотрел на уходящую от него целую эпоху его жизни. Он ведь привязался к нему, полмира истоптали вместе как-никак. А сейчас он уходит, и вместе с ним закрывается страница этой светлой истории его жизни.
— Прощай, «Девятнадцатый», — тихо, одними губами прошептал он вслед растворяющемуся в тёмном мареве силуэту.
«Делай, что должно, и будь, что будет» — нет, это сказал ему когда-то не хозяин этого дома, но его прототип. И какими бы генетически идентичными они ни были, но это были разные люди, хоть и схожих в некоторых мыслях. То, что они делали, как жили, какие решения приняли, какие цели в жизни наметили. И пришёл он к нему сегодня не потому, что тот напоминал ему «Первого».ого путника стал растворяться в мареве ночной мглы, отдаляясь от дома всё дальше и дальше. А друг всё стоял и смотрел на уходящую от него, целую эпоху его жизни. Он ведь привязался к нему, пол мира истоптали вместе как никак. А сейчас он уходит, и вместе с ним закрывается страница этой светлой истории его жизни.
-Прощай "Девятнадцатый" - тихо, одними губами прошептал он в след, растворяющемуся в тёмном мареве, силуэту.
"Делай что должно и будь что будет" - Нет, это сказал ему когда-то не хозяин этого дома, но его прототип. И какими бы генетически идентичными они небыли, но это были разные люди, хоть и схожих в некоторых мыслях. То, что они делали, как жили, какие решения приняли, какие цели в жизни наметили. И пришёл он к нему сегодня не потому что тот напоминал ему "Первого".
«Первый»... Наивный дурак! Что он хотел доказать или чего достичь, перед тем как всё пошло не так? И когда оно пошло не так? Тот, кто прыгнул выше своей головы и поплатился за это. Да и не только он. Угроза нависала над всеми, и, хоть ценой его глупой жертвы удалось остановить грядущий коллапс, но беда снова нависала над ними. А он колебался — как ему поступить? До этого момента.
Встреча со старым другом напомнила ему, что он делал раньше и почему. И что он теперь должен совершить.
Силуэт на дороге превратился в серую точку, а затем и он исчез в темноте. А из темноты донеслась песня, старая, как этот мир, и звонкая, как удар колокола.
Что ж, как всегда, в своём репертуаре, подумал гость или уже временный хозяин стоящего за ним дома.
Вскоре стихла и песня, а оставшийся один мужчина в чёрной кофте зашёл в дом, прикрыв за собой дверь. Пройдя мимо камина, он сел за кухонный стол, обхватил голову руками и, закрыв глаза, задумался.
На самом деле он уже решил, что будет делать, но вот решиться на первый шаг было трудно.
Догорающие в камине угольки тихо потрескивали, уже не в силах осветить комнату, в которой воцарился полумрак. Часы на стене тикали в такт биения сердца, отчеканивая в голове у сидящего каждую секунду. А темнота сомкнулась над ним мрачным куполом. Тут дверь скрипнула, он повернулся на звук и увидел ребёнка, который, стоя в дверях, потянулся к лампе, стоящей на ближайшем подоконнике, взял её в руки и зажёг. Вместе с комнатой лампа светила и лицо пришедшего. В дверях стоял черноволосый кудрявый мальчик лет десяти. Мальчик сделал пару шагов, рассматривая сидящую в темноте фигуру.
Здравствуйте, вы дядя Максим? Папа много про вас рассказывал. Он обошёл стол и сел по левую сторону от него.
— Да, это я, — улыбнулся сидящий.
— А ты у нас Дерент, так получается? Правда, я последний раз видел тебя, когда тебе было два года.
— Верно! — парень огляделся.
— А папа уже ушёл?
— Да, ушёл, — вздохнул Максим.
— Жаль, а я ведь тоже просился, но он не пустил с собой, — с обидой в голосе пожаловался Дерент.
— Сказал, что маленький я пока.
— Не переживай, — утешил его Максим.
— Придёт время, и на твою долю выпадут такие приключения, какие и не снились мне с твоим отцом.
- Правда!
- Конечно, приключений в этом мире хватит на всех, и даже ещё останется.
Максим встал из-за стола и, огибая гостиную, подошёл к шкафу.
- Тут ещё папа просил передать. - Парень развернулся на стуле.
- Просил передать, что есть вещи, которые вам нужно забрать.
- Ага. - Гость распахнул дверцы шкафа.
На противоположной от него стенке шкафа висел роскошный жемчужно-белый плащ с вкраплениями обсидиановых нитей. Казалось, будто плащ светился сам по себе, окружая себя белым маревом. На самом деле материал, неведомый никому из живущих в этом мире, отражал абсолютно весь свет, попадающий на его ткань. Иные же его свойства не были видны невооружённым глазом. Справа от плаща висел старый, измазанный различными пятнами, белый медицинский халат. По нему было видно, он повидал многое, возможно, даже больше, чем его хозяин. Между двумя столь разными одеяниями, о которых трудно было подумать, что они принадлежали одному хозяину, висел на двух железных крючках некий деревянный предмет, чем-то напоминающий кремниевый пистолет. Если так подумать, им он и являлся в каком-то смысле.
- М-да, хозяин наш, видимо, совсем не заботился ни о сохранности, ни о безопасности хранения наших артефактов.
Под руку ему заглянул парень.
- Мне папа запретил трогать эти вещи, а я и не трогал.
- Святая простота! — Он потрепал мальчика по голове, а затем снял с крючка старый халат и накинул его поверх кофты.
Взял он также и пистолет, положив его в карман халата, закрыл дверцы шкафа и повернулся к выходу.
- Слушай, мне тут отойти по делам нужно, к утру, думаю, вернусь, не заскучаешь без меня?
- А вы потом расскажите о ваших с папой приключениях? С меня тогда утром яичница с салатом!
-Договорились. - Макс- Договорились. - Максим улыбнулся.
- Тогда до завтра.
Он вышел за дверь на улицу, глубоко вздохнул, затем медленно выдохнул. Ветер приятно обдувал лицо, растрепывая волосы и развивая полог халата.
- В самом деле, это отличная ночь для начала новой истории, только это не будет обычная история с красивой развязкой или новый, с нуля воссозданный мир с известными правилами. Теперь неизвестно, чем всё может кончиться и для кого. Теперь ему предстоит вернуться туда, где совершается то, что лучше считалось бы невозможным. Теперь его будут искать те, кого он раньше называл друзьями.
Придётся принять решение, которое не понравится многим, и ему самому в том числе.им улыбнулся.
-Тогда до завтра.
Он вышел за дверь на улицу, глубоко вздохнул, за тем медленно выдохнул. Ветер приятно обдувал лицо, растрёпывая волосы и развивая полог халата.
-В самом деле, это отличная ночь для начала новой истории, только это не будет обычная история с красивой развязкой или новый, с нуля воссозданный мир с известными правилами. Теперь неизвестно, чем всё может кончится и для кого. Теперь ему предстоит вернуться туда, где совершается то, что лучше считалось бы невозможным. Теперь его будут искать те, кого он раньше называл друзьями.
Придётся принять решение, которое не понравится многим, и ему самому в том числе.
Он выпрямился, сфокусировал мысли в точку, а затем сделал шаг.
Вспышка яркого света, потом мгновение тьмы, растянутой в вечность, а затем снова вспышка.
Автор Усов В. С.
Дань уважения Д. Р. Р. Толкиену