– Меня зовут Доминика, – девочка с пышной причёской, смугловатой кожей, с миндалевидными серыми глазами гордо держала голову. Она знала, что внешность у неё необычная, привыкла и к молчаливому осуждению, и к восхищению.
Будущие одноклассники замерли.
Мальчики не могли оторвать взгляд от миловидного личика, от копны вьющихся волос. Девочки задохнулись от зависти: ещё и имя такое! Иностранное!
Доминика смело осмотрелась в поисках места, прошла ко второй парте и села рядом с худеньким мальчиком в очках. Класс захихикал. Кто-то тронул её за плечо – оглянулась: светленькая девочка, похожая на куколку, была серьёзна:
– Пересядь, с ним нельзя сидеть.
– Почему?
– Позорно.
Сосед по парте опустил голову и приподнял плечи – услышал, отодвинулся вместе со стулом.
– Ты чего? Я не кусаюсь. – Доминика улыбнулась и подвинулась к нему.
– Лучше уходи, – прошептал мальчик.
– Ещё чего? Где хочу, там и сижу, – она достала учебник и тетрадь.
– У тебя нет запасной ручки? Забыла, – она посмотрела на него: мальчик как мальчик, только взгляд испуганный.
– Есть, но тебе нельзя её брать, – почти неслышно, не двигая губами, словно чревовещатель, сказал сосед.
– Давай, – разозлилась Доминика, оглянулась, почувствовав колючие взгляды.
На перемене подошла светленькая.
– У тебя есть имя короче? – процедила презрительно.
– Конечно, – новенькая улыбнулась. – Мама зовёт меня Доми, но ты не моя мама.
– Я Эрика, – заносчиво произнесла голубоглазая и холодная, как Снежная королева. До сегодняшнего дня она была обладательницей необычного имени и внешности девочки из аниме.
– Очень приятно, – Доминика улыбнулась кончиками губ.
– Уходи от Чумика. Место есть за последней партой, – скомандовала Эрика и взяла её рюкзак.
– Почему? – Доминика распахнула глаза, в них мелькнула жажда справедливости.
– Он слабак и му…к, – не по-детски нахмурилась девочка с фарфоровым личиком. – Это заразно!
– Я просидела с ним урок – значит, заразилась, – печально, но с иронией произнесла строптивая новенькая и забрала свои вещи.
– Пожалеешь, – угрожающе бросила блондиночка с повадками главаря банды.
– Я никогда ни о чём не жалею.
С этого дня началось противостояние.
Зачем Доминике нужна проблема? Она бы не ответила на этот вопрос.
Может, её закалила предыдущая школа? Или детский сад? Все восхищались ею, а за спиной шушукались, обсуждая африканские корни. Всеобщее внимание будоражило кровь, Доминике хотелось быть лучше всех. Нет, ей хотелось доказать, что она чего-то стоит.
Жили они с мамой, которая про отца речь не заводила, постоянно уходила от расспросов. Да и так было понятно, он африканец. Бросил их.
И доказать хотелось в первую очередь ему: она лучше всех!
Эрика изощрялась в травле Кольки Чумакова и Доминики. Но делала это чужими руками: испачканные стулья, порванные тетради, мусор в рюкзаках – это самое безобидное, что делали одноклассники.
Хуже всего было пренебрежение и молчание.
Коля уже давно сдался, терпел унижение года два. Доминику это только раззадорило: она упорно общалась с соседом. Сколько бы это длилось – неизвестно, но одно событие перевернуло всё вокруг.
К школе подъехал кортеж из шести чёрных машин. Смуглые парни раскатали красную ковровую дорожку к входу. Высокий, широкоплечий африканец в сопровождении шести телохранителей вошёл в здание. Показали охраннику какие-то документы, проследовали к директору, потом вместе с ним в класс.
– Доминика! – директор, ставший маленьким и совсем не грозным рядом с великаном, обратился к девочке. – Это король Республики…
Он не успел договорить, высокий отстранил его и посмотрел на дочь.
– Здравствуй, Доминика! – подошёл и обнял её. Она уткнулась ему в живот и хотела заплакать.
– Принцесса! – ахнули девчонки.
Отец пожал руку Николаю.
– Тебе конец, Эрика, – прошептал крепыш с первой парты. – Тебя казнят!
Эрика побледнела. До этого дня она пугала Доминику своим отцом, прокурором города.