Училась я тогда в классе шестом. Давно это было, в году 1982-ом. Подруги у меня были годом старше, в седьмом классе. И в тот год так получились, что и шестые, и седьмые классы учились во вторую смену.
Неудобная смена, с утра-то оно лучше, отучился, и полдня свободно. А в ожидании того, что еще куда-то надо идти, особо свободы не было. Но не в этом история. История в том, что училась в одном классе с моими подругами одна девочка. Ростом мелкая, лицом обыкновенная. Но уж больно наглая. Бывают такие, которые себе могут позволить то, что другие даже в мыслях не позволят. Поэтому-то вокруг них всегда «соратники по справедливости» крутятся. То есть такие, что в своих социальных отношениях применяют этот самый газлайтинг и абъюз.
Ну так вот. Выхожу я как-то со школы, а меня у ворот эта самая девочка встречает, с этими вот «соратниками по справедливости». Окружают меня, и претензии предъявляют, мол что я кому-то там сказала, что эта вот девочка с мальчиком встречается.
Стою я значит в центре, в голове сумбур из ингредиентов, как два салата перемешиваются. Один Оливье, другой селедка под шубой. То есть одни мысли о том, что сейчас бить будут, и даже если я этой девочку сдачу и дам, так как ниже она меня раза в два, то их-то десяток будет, точно в снег повалят. А мокрой потом домой идти мне очень уж не хотелось. Поэтому уже представлю, как все этом неприятно и больно будет. А другой салат из воспоминаний, где и кому я это говорила. Не помню!
И тут понимаю, что от меня и объяснений никаких не ждут. Тут просто «руки зачесались», а я, как лотерейный билет, выигралась. На глаза, то есть, попалась.
Что делать? Кровь к голове прильнула, точно не «отмазаться» мне.
- Подождите! – говорю, и сама к этой девочке подхожу близко-близко так, и свысока на нее смотрю. – Значит, я так поняла, это ты с парнем каким-то там встречаешься?
Девчонки, что в ее окружении, стали перекладываться, понимая, что я вообще не в курсе тех сплетней, которые мне же и предъявляют.
- И я об этом кому-то сказала?
- Ну, да! Что ты дуру корчишь. – ответила эта девочка. – Ленке ты сказала, что я с Серегой Ивановым встречаюсь.
- И как я это сказала? То есть каким тоном?
- Че за вопросы? Тут сам факт важен. Ты сказала, и ответишь сейчас за сплетни.
- Подожди, подожди. Я, наверное, это с большим восхищением, и с завистью сказала?
- Ну, наверное, я почем знаю. – девочка, смотрю, пыл свой агрессивный на интерес стала менять.
- Так чего тут так нервничать? Завидно мне, значит стало. У тебя парень есть. Тем более Иванов Серега. Он же многим девочкам нравится. И в нашем классе тоже. И я не исключение. А он тобой! Он же с тобой?
- Ну, со мной. А тебе-то что за дело?
- Я и говорю, завидно мне. Так этим гордиться надо! Причем тут агрессия? Наезжать тут должны те, кто зависть испытывает.
- А кто тут наезжает? – все-таки запал у нее не совсем остыл.
- Ладно, не так сказала, извини. Серега все-таки симпатяга. И ты тоже.
Домой мы пошли уже вместе. Я не то, что подруга ей стала, но общаться мы стали не редко. Если у нее каки-то проблемы, она шла ко мне.
И вот с тех пор прошло тридцать лет. Историю я эту, конечно, давно забыла.
Как и многие, открыла я страничку в соцсети «Одноклассники», друзей знакомых себе добавила, да в группу школы вступила.
И тут-то, через полгода сообщение пришло от женщины незнакомой.
«Натах! Привет! Это я Светка Мерзликина! Помнишь меня?»
Ну, как такое совсем забыть? Такие личности надолго в памяти остаются.
«Я тебя давно искала. Вот нашла. Ты даже не представляешь, все в моей жизни сбылось, как ты говорила. Замуж я действительно за иностранца вышла, правда, тогда он иностранцем не был, только собирался быть. У меня двое детей. Сын и дочка. Как ты и говорила. Первым сын родился, а потом дочь. Я воспитатель в детском саду. Но я живу в Израиле. Недалеко от моря. У нас квартира большая. Лоджия громадная, пять комнат. Мансарда. Короче, прямо сейчас собирай чемоданы, я все оплачу, и все порешаю. Ты должна сюда приехать».
Было очень неожиданно, и очень приятно. Но никуда я не поехала. И не только потому, что я не очень хотела общаться с этой и так малознакомой семьей, сколько не люблю я эти заграницы. Для меня и в России-матушке есть еще много интересного.
Вот такая история у меня была вот с таким вот окончанием десять лет назад. Больше мне эта Света не писала.
