Победившие при Мукдене японцы не смогли продолжать войну, а проигравшая могучая Россия была вынуждена просить мира. И зачем только погибли тысячи солдат?
В 1904 году Николай II, дабы повысить пошатнувшийся авторитет собственной самодержавной власти, решил по-быстрому разгромить далёкую и казавшуюся слабой Японию. Однако война не получилась ни маленькой, ни победоносной. Дальневосточная островная империя упорно сопротивлялась, и после потери стратегически важного Ляояна и сдачи Порт-Артура в декабре 1904 года войска под командованием генерала Куропаткина отчаянно нуждалась в крупной победе.
Подходящее место для сражения обнаружилось в Маньчжурии недалеко от города Мукден (нынешний Шэньян). Куропаткин распорядился разделить все силы (примерно 280 тысяч человек) на три части, и расположить их длинным фронтом. Японцы, под командованием маршала Оямы тоже разделили свои войска (270 тысяч) на три части. Они очень торопились со сражением: к берегам Японии приближалась Вторая тихоокеанская эскадра, которая могла перерезать и без того скудное снабжение. Японцы опасались, что это может переломить ход войны в пользу русских.
Обе армии хотели примерно одного и того же — обойти с фланга противника, при этом, не дав ему окружить себя. Место для решающего сражения было хорошо укреплено российскими войсками. Была выстроена сеть редутов, подготовлены артиллерийские пункты и установлены многочисленные заграждения.
Сражение, продолжавшееся почти месяц, началось в ночь с 18 на 19 февраля 1905 года. Японцы напали первыми. Стремительная атака на восточном фланге заставила русских отступить, но Куропаткин укрепил свой фланг частью резерва и смог остановить продвижение противника. 24 февраля японцы нанесли новый удар на востоке, захватив несколько русских укреплённых позиций. Чтобы противостоять этому, штаб российской армии перебросил на восток корпус с западного фланга. Этого-то и дожидались японцы.
27 февраля по приказу маршала Оямы был нанесён удар по западному флангу и центру русских позиций. Куропаткин опасался, что это лишь провокация, а настоящий удар вновь придётся на восток, поэтому никаких действий по переброске войск не предпринял. Он ошибся — японцы действительно обрушили все свои силы на западный фланг противника. Русские солдаты дрогнули и начали бежать. Продвижение японцев было остановлено лишь 7 марта в шести километрах от Мукдена.
8 марта Куропаткин приказал войскам отходить для перегруппировки, но было уже слишком поздно. Японцы начали прорыв и на восточном фланге. Их части уже выходили в тыл русским. В окружении оказалось целых две армии. Со всех сторон их обстреливали японские орудия. Войска побежали.
10 марта японцы заняли Мукден. Русская армия отступила на север и заняла новые позиции в 175 километрах от Мукдена. Там она пополняла силы, собирая войска, прибывавшие со всей империи.
Для японцев победа оказалась пирровой: сражение выиграли, но восполнять потери было абсолютно нечем. Ресурсы островной империи были окончательно подорваны. Маршал Ояма отправил донесение в Токио, где отмечал, что нового сражения армия просто не выдержит — нет ни солдат, ни боеприпасов. При этом японские генералы прекрасно понимали, что ресурсы Российской империи ещё крайне далеки от истощения.
В конце марта 1905 года начальник штаба японской Маньчжурской армии прибыл в Токио. Он обратился лично к императору со словами, что «дальнейшее продвижение армии невозможно». Он просил правителя Страны Восходящего Солнца начать искать возможности для мирных переговоров, тем более что после победы такие шансы у Японии появились.
В Петербурге же поражение под Мукденом вызвало шок. Николай II не мог поверить, что армия великой России может проиграть войскам какой-то небольшой азиатской страны.
Куропаткина сняли с должности и заменили на командующего 1-й Маньчжурской армией Николая Линевича. Но всерьёз повоевать ему не довелось. Через два месяца русский флот был разгромлен в Цусимском сражении, и России пришлось согласиться на заключение мирного договора.
Новости о Мукдене всколыхнули и Европу. Многие жители Старого Света считали, что победа европейской армии над какими-то там туземцами — вещь сама собой разумеющаяся.