Спойлер: у Лёни её нет. Но в нашем случае это скорее минус и наша родительская недоработка. Первые пару лет земля и без того горела под ногами. Не хотелось терять драгоценные дни на бумажную волокиту и медицинскую бюрократию. Спустя какое-то время я опомнилась, что оформление инвалидности могло бы нам хорошо помочь, но сначала натолкнулась на непонимание близких. «Ты испортишь жизнь мальчишке», «А если он потом захочет стать военным-красивым-здоровенным, а у него за плечами «справочка». Объяснив родственникам, что ребенок мой и я буду решать, «ломать» ему жизнь инвалидностью или нет, я пошла «портить жизнь мальчишке». Но не всё так просто в государстве российском. Ни психиатр с нашим диагнозом «ЗПРР», ни невролог/эпилептолог с диагнозом «эпилептическая энцефалопатия» не соглашались отправлять нас на комиссию, объясняя тем, что «у вас нет и не было приступов, с приступами то не всем дают», «у вас положительная динамика, вам точно не дадут». Небольшое лирическое отступление. Что