Глава 2
— Герда! Девочка моя, иди сюда! — Голос Верочки срывался, отскакивая от плотной стены сосен и елей, и тонул в подступающих сумерках. — Гердочка!
Тишина. Густая, вязкая, лесная тишина, в которой каждый шорох — упавшая шишка, хрустнувшая ветка под ногой невидимого зверя — казался оглушительным и зловещим. Любочка стояла рядом, обхватив себя руками, ее обычное спокойствие испарилось без следа.
— Может, она уже к машине вернулась? — с надеждой проговорила она, хотя обе понимали — это лишь попытка отогнать липкий страх. Герда была умной собакой, но охотничий азарт мог увести ее далеко. А птица та… Верочка поежилась, вспомнив хищный силуэт в гаснущем небе.
Они покричали еще минут десять, срывая голоса, вглядываясь в темнеющие просветы между деревьями. Бесполезно. Лес не отзывался. Только ветер тихо шелестел в верхушках, будто перешептываясь о чем-то своем, непонятном и чуждом заблудившимся городским девчонкам.
— Надо искать, — твердо сказала Верочка, хотя сердце колотилось где-то в горле. — Мы не можем просто уехать.
— Но куда идти? Тут же заблудиться — раз плюнуть! — Любочка испуганно огляделась. Лес, еще полчаса назад казавшийся приветливым и прохладным, теперь смотрел на них сотнями темных глаз, скрывая в своих недрах неведомые опасности.
— Давай разойдемся? — предложила Верочка, сама не веря своей смелости. — Ты иди вдоль опушки, вон туда, а я углублюсь немного. Будем перекликаться. Так больше шансов.
Любочка помедлила, но согласилась. Страшно было оставаться одной, но еще страшнее — бездействовать. Они договорились встретиться у машины через час, если поиски не увенчаются успехом.
Верочка шагнула вглубь леса. Под ногами мягко пружинил мох, пахло прелой листвой и грибами. Она шла, почти не разбирая дороги, то и дело останавливаясь и прислушиваясь, и звала, звала свою собаку.
— Герда! Герда, милая! Иди ко мне!
Ее голос звучал жалко и одиноко в огромном лесном пространстве. Солнце уже почти скрылось за верхушками деревьев, длинные тени ползли по земле, сливаясь в сплошную темноту. Лес менялся на глазах, становился чужим, враждебным. Знакомо ли вам это чувство, когда привычный мир вдруг показывает свое иное, незнакомое лицо, и почва уходит из-под ног? Вот так и Верочка — она вдруг поняла, что потеряла направление.
Она пыталась вернуться к машине, ориентируясь по мху на деревьях, по последним отблескам заката на западе, но все было тщетно. Деревья стояли одинаковые, тропинки путались, а лес словно смеялся над ее беспомощностью. Паника начала подкрадываться, холодная и липкая. Она заблудилась. Совсем одна, в темнеющем лесу, без собаки, без подруги. Слезы подступили к глазам, но она упрямо смахнула их. Плакать нельзя. Нужно идти. Куда-нибудь.
Она брела наугад, спотыкаясь о корни, царапая руки о колючие ветки. Сколько прошло времени — час, два? Она потеряла счет. Ноги гудели от усталости, одежда промокла от росы. И вдруг, когда надежда уже почти оставила ее, сквозь деревья мелькнул огонек. Слабый, желтый, но такой манящий!
Сердце забилось чаще. Огонь! Значит, люди! Верочка ускорила шаг, почти побежала, не обращая внимания на усталость. Через несколько минут она вышла на небольшую поляну, посреди которой стояла маленькая, крепко сбитая избушка-сторожка. Окно светилось, из трубы вился тонкий дымок.
Спасение!
Она подбежала к двери, неуверенно постучала. Никто не ответил. Постучала громче. Тишина. Дверь была не заперта, лишь прикрыта на простую щеколду. Поколебавшись секунду, Верочка толкнула ее. Если там кто-то есть, он поймет. А если нет… Она не могла оставаться на улице.
Внутри было тесно, но удивительно уютно. Низкий потолок, небольшая печка, от которой шло приятное тепло, стол, лавка, топчан, застеленный пестрым лоскутным одеялом. Пахло сухими травами и дымком. На столе стояла керосиновая лампа, бросавшая теплый свет на бревенчатые стены. Было ясно — здесь живут. Но хозяина не было.
Верочка опустилась на лавку. Усталость навалилась всем телом. Она здесь, в тепле, в безопасности. Нужно просто подождать. Хозяин скоро вернется. Может, он охотник или лесник. Он поможет ей найти дорогу, подскажет, где искать Герду. Надежда снова вернулась, согревая душу. Она сидела тихо, прислушиваясь к треску дров в печке и к собственному сердцу.
Вдруг тишину разорвал собачий лай. Резкий, заливистый, совсем рядом!
— Герда! — Верочка вскочила, сердце подпрыгнуло от радости. — Гердочка, ты меня нашла!
Она бросилась к двери, распахнула ее, готовая обнять свою любимицу, расцеловать ее умную морду.
Но на пороге стояла не Герда. Огромный, черный, лохматый пес, размером с теленка, скалил желтые клыки и глухо рычал, припав к земле. Глаза его горели в темноте недобрым зеленым огнем. Это была не радостная встреча. Это была угроза.
Прежде чем Верочка успела осознать свою ошибку, прежде чем успела отступить, пес молниеносно рванулся вперед. Ужас парализовал ее. Она видела только раскрытую пасть, клыки, летящие прямо на нее…
— Фу! Назад!
Резкий, властный мужской голос ударил, как кнут. Собака замерла на полпути, злобное рычание сменилось виноватым поскуливанием. Она неохотно отступила, но глаз с Верочки не сводила.
Верочка стояла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как ноги становятся ватными. Она медленно подняла глаза. В дверном проеме, освещенный неверным светом лампы из сторожки, стоял высокий мужчина. Его лица почти не было видно в тени, но Верочка ощутила его пристальный, изучающий взгляд.
Спасибо за ваши отклики, и не пропустите следующую часть!