На работе все считали Кирилла тихим. Ну знаете, из тех, кто первым приходит, последним уходит и всегда приносит свой контейнер с гречкой. Он не спорил на планёрках, не выкладывал фотки в чат, не комментировал чужие выходные в Турции. Он просто работал. Но всё это — только на поверхности.
Потому что в его голове… жила она.
Ольга. Девушка из отдела маркетинга. Пышная, яркая, с такой походкой, как будто идёт не по коридору, а по подиуму. На совещаниях она садилась напротив него, и Кирилл даже не пытался делать вид, что ему интересен отчёт по воронке продаж. Он смотрел на её шею, на запястья, на то, как она играется ручкой, закусывает губу, поправляет волосы.
Он любил её. Ну как — по-своему, молча. Он знал, во сколько она приходит, в какой кружке пьёт кофе, что иногда хромает на левую ногу после каблуков. Но подойти и сказать? Нет, увольте. Он лучше напишет 30-страничный отчёт, чем выдавит из себя «Привет, ты мне нравишься».
А она? Ольга вела себя… как будто и правда ничего не замечала. То улыбнётся вскользь, то подмигнёт, как бы в шутку. Однажды на совещании, когда Кирилл уронил ручку и неловко наклонился, она прошептала:
— Ого, гибкий какой…
Он тогда чуть не уронил и стул, и самообладание.
Но всё изменилось на корпоративе.
Сначала всё было обычно: зал в ресторане, ведущий с дурацкими конкурсами, корпоративный фотограф, который ловил самые нелепые моменты. Кирилл сидел в углу, ближе к выходу. Стол делил с программистами и одинокой миской оливье. Смотрел, как Ольга танцует. И улыбался.
Она двигалась как кошка. Гибко, уверенно, с той самой походкой. И нисколько не стеснялась. Платье обтягивало её фигуру так, что у Кирилла дрожала ложка в салате. А в какой-то момент — то ли она специально, то ли случайно — когда она наклонялась за мандарином, мелькнула резинка от чулок. Кирилл поперхнулся минералкой. Второй раз она засветилась, когда она принимала участие в конкурсе на "самую соблазнительную походку" и демонстративно прошлась между столами, крутанув бёдрами так, что начальник отдела логистики уронил бокал.
Флиртовала с коллегами, шутила с директором, отмахивалась от ведущего — но каждый её взгляд всё равно падал на Кирилла. Он сидел и ловил каждый её жест, каждый поворот головы, как школьник, впервые попавший на модный подиум.
И тут... музыка стихла. Люди начали расходиться. Кто-то уже вызвал такси, кто-то набирал номер жены. Кирилл встал, собирался тихо уйти, как всегда. И тут — Ольга подошла. Просто. Спокойно. Чуть раскрасневшаяся, с блестящими глазами.
— Ну что, Кирилл, — сказала она, — к тебе или ко мне?
Он сглотнул. Не поверил. Подумал, что ослышался.
— Я… эм… в смысле… — начал он, краснея, как вишня в компоте.
— В смысле, — усмехнулась она, — я сегодня не хочу домой одна. А ты всё равно не скажешь ничего, пока я не спрошу.
Она подмигнула — как тогда, на совещании. Только теперь это не была игра. Это был вызов. Приглашение. Решение.
Они вышли на улицу. Кирилл пытался идти ровно, не споткнуться, не заикаться. Она просто шла рядом, с лёгкой улыбкой.
— У тебя хоть убрано? — спросила она, глядя на него сбоку.
— Э… ну, примерно.
— Значит, поедем ко мне, — решила она. — Но ты разуваешься сразу. Я ковры только вчера чистила.
В такси они молчали. Он смотрел в окно, она — на него. Потом взяла его руку. Просто взяла и не отпускала.
У неё дома пахло корицей и кофе. Кирилл зашёл, как в музей. Осторожно. Почти с благоговением. Она прошла внутрь, скинула туфли, потянулась — и платье поехало вверх. Он отвернулся.
— Чего ты? — рассмеялась она. — Мы же взрослые.
— Я просто…
— Не бойся, я не съем. Хотя... — она посмотрела на него так, что у него задрожали колени, — может, начну с тебя.
Потом было вино. Смех. Она села на диван, он — рядом. Она положила голову ему на плечо, потом — руку на колено. И сказала:
— Ты думал, я не замечала, как ты на меня смотришь?
Он молчал.
— Знаешь, это было мило. Немного глупо, но мило.
Она встала. Потянула его за руку. В спальне был полумрак.....
Утро было тихим. Он проснулся первым. Она спала. На прикроватной тумбочке стояла её кружка с надписью «Я не толстая, я просто вау».
Кирилл улыбнулся. И подумал:
"Я точно теперь не уйду. Никогда".