Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
🇷🇺R.OSO

Жена изменяла с соседом, а знали все кроме меня

Знаете, самое мерзкое чувство на свете? Нет, не предательство даже. Хуже. Это когда все вокруг тебя знают правду. Все. Бабки на лавочке, соседи, друзья, даже блин мужики, с кем ты по выходным на рыбалку ездишь — все давно в курсе, что твоя жена тебе рога наставляет. А ты — нет. Ты ходишь, улыбаешься как дурак. Веришь. Гордишься своей «умницей». А за спиной тебя тихо жалеют. И вот только потом до тебя доходит — да я же тут последний л ох на районе. Меня зовут Андрей. Мне 38. Живу в частном доме, обычный частный сектор, улица короткая, все всех знают. И у меня была жена — Маринка. Жили мы нормально вроде. Ну, по крайней мере, я так думал... — Андрюх, ты чё, совсем ничего не замечаешь? — это Лёха, мой сосед через дом, как-то сказал мне на шашлыках. — В смысле? — не понял я. — Да ладно, забей... — буркнул он и ушёл к мангалу. Я тогда ещё вообще не въехал. Думал, ну чё ему в голову взбрело? Перепил, видать. Хотя... Сейчас вспоминаю — таких намёков было дохрена. Маринка у меня, знаете, из та

Знаете, самое мерзкое чувство на свете? Нет, не предательство даже. Хуже. Это когда все вокруг тебя знают правду. Все. Бабки на лавочке, соседи, друзья, даже блин мужики, с кем ты по выходным на рыбалку ездишь — все давно в курсе, что твоя жена тебе рога наставляет. А ты — нет. Ты ходишь, улыбаешься как дурак. Веришь. Гордишься своей «умницей». А за спиной тебя тихо жалеют.

И вот только потом до тебя доходит — да я же тут последний л ох на районе.

Меня зовут Андрей. Мне 38. Живу в частном доме, обычный частный сектор, улица короткая, все всех знают. И у меня была жена — Маринка. Жили мы нормально вроде. Ну, по крайней мере, я так думал...

— Андрюх, ты чё, совсем ничего не замечаешь? — это Лёха, мой сосед через дом, как-то сказал мне на шашлыках.

— В смысле? — не понял я.

— Да ладно, забей... — буркнул он и ушёл к мангалу.

Я тогда ещё вообще не въехал. Думал, ну чё ему в голову взбрело? Перепил, видать.

Хотя... Сейчас вспоминаю — таких намёков было дохрена.

Маринка у меня, знаете, из таких... себе на уме. Любила порядок, красоту, всегда при параде. И с соседом нашим, Витьком, как-то странно общалась. Слишком по-дружески, я бы сказал.

Витька вообще мужик видный. Подкачанный, бабник тот ещё. Его жена, кстати, давно от него ушла — не выдержала этих его «приключений». А я, дебил, думал — меня-то это не касается.

Помню, как-то раз прихожу раньше с работы — смотрю, она с Витьком во дворе стоит, ржёт как дурочка. Что-то там он ей на ухо шепчет, она хихикает, волосы назад закидывает.

И что я сделал? Правильно. Прошёл мимо. Типа всё нормально.

А ненормально было давно.

Потом начались мелочи. Телефон она прячет. Душ по два раза на дню. Нижнее бельё новое — такое, что раньше для меня вообще не покупала.

Ну и самая ржака — задержки вечерами. Типа в магазин сходить, типа к подружке. А сама возвращается через два часа, пахнет духами и чужим одеколоном.

Я дурак всё думал — накручиваю себя.

Развязка началась тупо.

Иду я как-то к машине утром — и тут останавливает меня бабка Зинка, она у нас на углу живёт. Славится тем, что в курсе всех сплетен за километр.

— Андрюш, а ты что, опять сегодня на работу?

— Ага, как обычно. А что?

И тут она выдает:

— А твоя-то, говорят, опять к Витьку вечером заходила... Люди шепчут...

Я аж встал.

— Какие люди?

— Да вся улица знает, милок. Не хотел тебе говорить, но жалко тебя...

Вот тут у меня реально всё внутри оборвалось.

Я пошёл в дом. Сел. И начал просто вспоминать всё подряд. Каждый её странный поступок за последние полгода складывался как пазл. Чёткий, без пробелов.

И знаете что? Я знал, что надо делать.

Ждал я спокойно. Три дня ничего не говорил. Всё как обычно — утром на работу, вечером домой. А сам подготовил один сюрприз.

Поставил камеру на веранде. По-тихому. Старую вебку с компа прикрутил. Пусть, думаю, снимает.

И вот на третий день — бах.

Вижу по камере — Витька заходит. Маринка его сама запускает. На ней халатик такой... домашний. Он её за талию, она ему в ухо что-то. Потом обнялись. И дальше даже смотреть не стал.

Вечером я пришёл как всегда. Спокойно поужинали.

А потом говорю:

— Слушай, Марин, а чё это Витька у нас был днём?

Она аж побледнела.

— Кто? Витька? Да ты что...

— Ага, ага. Не прикидывайся дурочкой. Всё знаю.

И выложил ей ноут прямо на стол.

Тишина.

Потом началась истерика.

— Это не то, что ты думаешь! Мы просто поговорили! Он за солью заходил!

За солью, Карл. В халатике с обнимашками.

На следующий день я собрал её вещи.

Без криков, без скандалов.

Сказал только:

— Иди. К нему иди. Раз такая любовь. Только учти — на эту улицу больше не суйся.

И знаете, что было дальше?

Самое мерзкое — это не даже сама измена.

А вот это ощущение, что все знали. Все тебя жалели. А сказать в лицо побоялись.

Лёха потом подошёл ко мне и говорит:

— Прости, Андрюх... Мы реально не знали, как тебе в глаза смотреть. Ты нормальный мужик. Жалко тебя было.

А мне не жалко. Мне противно.

Теперь у меня одна правда в жизни:

Не верь никому на слово. Даже своей бабе.

Смотри в глаза. Слушай не то, что говорят, а то, что скрывают.

И если тебе кто-то намекает — не смей махать рукой.

Проверь. Спокойно. Холодно. И действуй.

Вот такая история, пацаны.

Пишите в комментах — у кого было похожее? Или я реально ло х номер один?