Иногда животные знают, где нельзя смотреть. А ты — ещё нет.
— Вова! Я тебе сколько раз говорила — не таскай с улицы животных! — голос мамы сотрясал прихожую, будто гул в пустом ведре.
— Но она сама за мной шла… и она маленькая… — сын стоял, прижав к груди замурзанную трёхцветную кошку, уши прижаты, глаза — с огромным страхом и пониманием одновременно.
— У нас дом, а не зоопарк! — мама отобрала у него рюкзак, швырнула его к стене. Он ударился с глухим хлопком, от чего я вздрогнула. Будто не вещь упала, а дверь захлопнулась невидимая.
Запах от кошки стоял странный: не просто пыль и подвал, а как будто сухая земля, мокрая трава и железо. Не грязь, а что-то древнее.
Я не вмешалась. Просто подошла и взяла животное на руки. Она не сопротивлялась. Только один раз — резко дёрнулась, когда мы прошли мимо моей комнаты.
Зеркало, от которого мороз по коже
Зеркало я привезла неделю назад. Тётя Люба отдавала вещи перед переездом.
— Мне с ним неспокойно, — сказала она шутливо. — Может, ты подружишься.
Оно было красивое, винтажное, с тонкой серебряной рамкой, чуть облупившейся.
Но даже на свету его поверхность казалась не отражающей, а собирающей.
Как будто ты смотришь в него — а оно в тебя всматривается.
С тех пор, как оно стояло у меня в углу, в комнате поменялся запах. Исчез аромат духов, свечей, даже книги пахли иначе. Всё стало… сухим. Бесчувственным. Пахло пустотой.
И кошка — не заходила.
Животное, которое чувствовало всё
Она ложилась у двери. Прямо на коврик. Смотрела в щель, из которой отражалась полоса зеркала. Шипела. Иногда — выла. Тонко, тягуче. Как будто не в голос, а внутрь себя.
Она не ела. Ни рыбу, ни паштет, ни даже любимую колбасу. Только пила воду. Но только на кухне.
Однажды мы принесли миску в комнату — она перевернула её и ушла.
Не мяукнула. Не посмотрела. Просто ушла.
Совпадения или кто-то вмешался
Соседка Мила как-то сказала, проходя мимо калитки:
— Новая? Из тех, кто “чует”?
— Кто? — не поняла я.
— Ну, кошка. Или зеркало. А может — и ты.
— Почему вы так говорите?
— Потому что ведьмы сюда редко заходят. А если заходят — то с зеркалом. А потом тишина в доме становится другой.
Я промолчала. Но в ту ночь — проснулась от звука.
Будто по зеркалу кто-то провёл ногтем. Скрежет. Мельчайший, как звук, который слышат только животные и испуганные.
Закрытие — и возвращение
Утром я достала бабушкин платок. Тот самый, с красными маками. Пах он лавандой и керосином. Я повесила его на зеркало. Оно перестало бликовать.
Кошка — зашла в комнату.
Села. Потом запрыгнула на подоконник.
Посмотрела на меня — долго, в упор, и впервые — без страха.
Потом спрыгнула.
Пошла есть.
С тех пор я не снимаю платок. И кошка спит у меня в ногах. Иногда — с тонким мурлыканьем, будто поёт кому-то, кого видит только она.
А вы замечали, что животные боятся не звуков — а отражений?..
Подпишись — я расскажу, почему под зеркалом лежала сушёная трава. И откуда у неё был тонкий запах… как у ведьминского сбора.