Степан «Полубес», Карп Губа и Иван Кузнечик
На Мытной улице жила вся наша большая семья – бабушка с дедушкой, ее родители, дети, брат с семьей. Старшее поколение было глубоко верующими людьми. А Замоскворечье славилось красотой церквей. Возможно, любовались мои родные Храмом Григория Неокесарийского на Большой Полянке, 29А. Святой Григорий вел праведную жизнь, стал епископом, ему явилась Пресвятая Богородица с Апостолом Иоанном Богословом. На основе их рассказа Святым Григорием было создано православное учение о Святой Троице.
Для России день Святого Григория приобрел значение, когда в эту дату из татарского плена в столицу вернулся Великий князь Василий 2 Темный, внук Дмитрия Донского. Князь, находясь в плену, поклялся поставить в Москве храм в честь святого, праздник в память которого будет отмечаться в день его возвращения домой. Так в Москве появился знаменитый храм на Большой Полянке. Он радует до сих пор красотой архитектуры (построен крепостным крестьянином Карпом Губой под наблюдением каменных дел подмастерья Ивана Кузнечика), поясом изразцов рисунка «павлинье око» гончара Степана Иванова по прозвищу «Полубес», уникальным иконостасом. Удивляет легендой о том, что в этом храме венчались родители Петра Первого - царь Алексей Михайлович с Натальей Кирилловной Нарышкиной. Считается, что здесь был крещен новорожденный Петр 1.
Поэт Андрей Вознесенский посвятил древнему храму такие строки:
“Названье «Неокесарийский»
Гончар по кличке «Полубес»
Прочёл как «Неба косари мы»
И ввёл подсолнух керосинный,
И синий фон, и лук серийный,
И разрыв-травы в изразец”...
После революции в 1922 году ценности храма были изъяты. В 1930 году советская власть постановила сломать шатровую колокольню для расширения тротуара. Чтобы предотвратить снос, в колокольне был прорублен сквозной проход. В 1965 году полуразрушенный храм восстановили как музейный объект. Сегодня он передан православной церкви.
В храм Успения Пресвятой Богородицы в Казачьей слободе (улица Большая Полянка, дом 37) мои родные заходить не могли. В 1922 году церковь была закрыта, снесена главка храма, разрушены верх колокольни и дом причта, внутри разместились архив и типография. Власти изъяли свыше 11 пудов золотой и серебряной церковной утвари. Кто из жителей Казачьей слободы был так богат, чтобы жертвовать храму Успения такие значительные средства? И как Казачья слобода оказалась в современном центре Москвы? Об этом – в третьей новелле.
