Так как накануне умудрилась ещё и нагуляться – будь здоров. Причём православную детскую выставку-ярмарку, проходящую в 72 рижской средней школе, я предсказуемо пропустила.
Вся неделя у нас была холодной, а под конец стала ещё и сильно ветреной. Думала в пятницу в обед сбегать купить вербу, но куда там – ветер завывал, что твой волк на Луну.
Вот и пришлось поход на Центральный рынок Риги за пушистыми веточками отложить на субботу. Вместе с небольшим кружком по Старому городу, в который я давно не заглядывала и хотела посмотреть, как его украсили к Пасхе (об этом в следующем материале).
Само собой, что на горизонте тут же нарисовались несколько магазинов и пакоматов. К ним добавилось и здание одной лютеранской церкви, к которому я пыталась подобраться с прошлого лета. Так и накрутилось 12 километров перед вечерней службой, на которую я влетела с розовыми от солнца и ветра щёчками и горящими глазами и ещё долго не могла успокоиться, путаясь под ногами у священников и алтарников, которые кадили меня больше обычного – то ли потому, что я вся светилась (и мешалась) после прогулки, то ли из-за… жёлтого пиджака и колготок винного цвета, делающих меня на фоне чёрно-сине-серых прихожан – безумно ярким пятном.
А проще я ничего не нашла. Унылая одежда у меня в основном – зимняя. Весенняя – почти вся цветная.
Вербу тоже купила… цветущую. Классическая – с одной стороны, дорого стоила (до 5 евро за букетик – это вообще как?), а с другой – не подходила по цвету ни к моему зелёному пальто (утром я ещё была в зелёном), ни к моему радостному настроению. Когда же я заметила, что моя верба ещё и… пахнет (весьма приятно, надо сказать), то поняла, что сделала правильный выбор, так как попутно… совершила ещё и доброе дело – отдав деньги бедно одетой бабушке-латышке, которая предлагала букетики, сделанные с душой, и торговала, как мне показалось, не потому, что она – торговка, а, скорее, для того, чтобы поправить своё бедственное финансовое положение.
На Лазареву субботу людей в храме было… достаточно для того, чтобы уже почувствовать наступающую Пасху! Все свои и много-много – чужих, заходящих в храм пару раз в год.
С незнакомыми людьми служба, конечно, воспринимается иначе. Иногда меня этот круговорот лиц, каюсь, раздражает. Но на этот раз я радовалась – тому, что те, кто совсем не ходит в храм, не поленились и пришли – именно в Лазареву субботу, когда и положено освящать вербу.
Одна женщина, правда, насмешила. Спросив, можно ли ей «сделать то же, что и все» (мы стояли в очереди на Елеопомазание), ведь она «не исповедовалась». Мне казалось, что я ей быстро и чётко объяснила, что исповедь обязательно перед Причастием, а Елеопомазание – совсем другой обряд, перед которым исповедоваться не обязательно, но она меня поняла не сразу, находясь в классическом для мирян страхе «сделать что-то не так» (не исключено, что после того, как её или кого-то из её близких или знакомых не допустили до Причастия).
Печально, что у наших священников не хватает времени объяснять каждому, что к чему. Хорошо, что люди сами задают вопросы. Странно, что мне – так как при всём уважении к себе любимой, я бы с вопросом о вере к такой, как я, подошла бы в самую последнюю очередь. С другой стороны, к человеку, выглядящему более, чем по-мирски, в храме подойти не страшно. Так что я морально готовлюсь к проведению массы консультаций на Страстной и Светлой седмицах. Затем опять останутся все свои, и можно будет выдохнуть.