Алла и великое предательство: как одна сумка перевернула жизнь
Лето. Солнце жарит так, что асфальт, кажется, вот-вот запоёт от жары. Алла, сидя на кухне с чашкой остывшего чая, мысленно рисовала себе идеальную картинку: через две недели муж вернётся из командировки, дочки приедут из лагеря, и вся семья рванёт к озеру. План, достойный открытки с надписью «Жизнь удалась». Она даже представляла, как будет фотографировать закаты и хвастаться в чате подруг: «Ну, вот, девочки, гармония в действии!»
Ох, как же судьба любит подкинуть сюжетный поворот, когда ты меньше всего ждёшь. Всего неделя прошла, а от этой гармонии остались только осколки — мелкие, острые, как стекло от разбитой вазы.
Алла сидела дома одна. Муж в командировке, дочки в лагере, а тишина в квартире звенела так, что хоть на стены лезь. Тоска накатывала волнами, и Алла решила: хватит изображать страдалицу, пора к подруге! Людмила, лучшая подруга, всегда знала, как поднять настроение. Ну, или хотя бы налить вина и выслушать. Алла схватила торт — тот самый, с кремом, от которого даже диета плачет и уходит в угол — и поехала к Люде.
По дороге она звонила подруге, но трубку никто не брал. «Наверное, в душе, — подумала Алла. — Или опять забыла телефон на беззвучке. Люда, ну ты как всегда!» Она хмыкнула, представив, как подруга с полотенцем на голове будет оправдываться: «Ой, я же не слышала!»
Но реальность оказалась куда интереснее. Алла подошла к знакомой двери, услышала мелодичную музыку — что-то романтичное, прямо саундтрек к свиданию. Она нажала на звонок, музыка резко оборвалась, как будто кто-то наступил на пластинку. Алла постучала ещё раз, весело крикнув:
— Людочка, это я, Алла! Открывай, я с тортом!
Дверь приоткрылась, и на пороге появилась Люда. Вид у неё был… ну, скажем так, как у человека, которого застали за чем-то, чего он очень не хотел показывать. Лёгкая улыбка, но глаза бегают, как у школьницы, спалившейся с сигаретой за углом.
— Ой, Алла… Тебе бы позвонить сначала, — выдавила Люда. — Извини, ты не вовремя. У меня гости.
— Гости? — Алла приподняла бровь. — Ну, прости, что без фанфар предупредила. Зайду в другой раз.
Она уже развернулась к лифту, но тут её взгляд упал на что-то в прихожей. Под вешалкой, будто нарочно, красовалась синяя сумка. Та самая, с которой её дорогой Савелий всегда уезжал в свои «срочные командировки». Алла замерла. В голове будто щёлкнул выключатель, и все паззлы сложились в одну не очень весёлую картинку.
— Гости, говоришь? — Алла повернулась к Люде, и её голос стал таким сладким, что хоть на торт мажь. — Или один особенный гость?
Не дожидаясь ответа, она отодвинула подругу и шагнула в прихожую. И вот он, момент истины: через открытую дверь спальни Алла увидела своего благоверного. Савелий, в уютных домашних штанах и футболке, развалился на кровати, как король на троне. Только вместо короны — лёгкая паника в глазах, когда он заметил жену.
— Привет, дорогой! — Алла улыбнулась так, что даже Люда попятилась. — Как там твоя командировка? Всё подписал, всё обсудил?
Савелий открыл рот, но слов не нашёл. Да и что тут скажешь? «Дорогая, это не то, что ты думаешь»? Классика, конечно, но Алла была не в настроении слушать этот заезженный трек.
— Не буду мешать вашему… совещанию, — бросила она, развернулась и вышла, хлопнув дверью так, что, наверное, весь подъезд вздрогнул.
Дома Алла не стала рыдать в подушку или писать подругам в панике. Нет, она включила режим «терминатор». Собрала вещи Савелия с такой скоростью, будто готовилась к олимпийскому рекорду по упаковке чемоданов. Две сумки, чемодан, а всё, что не влезло, — в мусорные мешки. Ноутбук, бумажки, носки — всё аккуратно, но с лёгким привкусом «чтоб ты подавился».
Она выставила этот склад в тамбур, зная, что у Савелия есть ключ. Но вот незадача для него — дверь в квартиру Алла закрыла на засов. «Пусть попробует войти, — думала она, заваривая чай. — Я теперь крепость, а не женщина».
И вот, как по сценарию, звонок в дверь. Громкий голос Савелия:
— Алла, открой! Это не то, что ты думаешь! Дай мне объяснить!
— Объяснить? — Алла хмыкнула, даже не вставая с дивана. — Что ты мне расскажешь? Как ты в командировке случайно упал в кровать к моей подруге? Ой, не смеши.
Телефон завибрировал. Савелий, видимо, решил, что по звонку будет убедительнее.
— Почему ты выставила мои вещи? — его голос дрожал от возмущения.
— Потому что ты здесь больше не живёшь, — отрезала Алла. — Всё просто.
— Жёстко, — пробормотал он. — Но эта квартира наша общая, у меня есть права!
— Права? — Алла чуть не поперхнулась чаем. — О, конечно, ты теперь адвокат. Хочешь права? Иди в суд. Принесёшь решение — тогда и поговорим.
— И куда мне идти? — Савелий явно не ожидал такого напора.
— Ну, вариантов у тебя масса, — Алла начала загибать пальцы, будто диктовала список дел. — Можешь вернуться к Люде, она, поди, будет в восторге. Или к родителям. Или к сестре. Кто-нибудь да приютит героя-любовника.
Она услышала, как он в тамбуре бормочет что-то в телефон — похоже, звонил родителям. Алла только усмехнулась: «Ох, Савелий, ты думал, я буду плакать и умолять тебя вернуться? Ну-ну».
Утром она вышла в тамбур — и вуаля, ни одной вещи. Савелий, видимо, вызвал грузовое такси или сам всё утащил. Алла только пожала плечами: «Быстро ты, молодец. Хоть в чём-то оперативен».
Но это был только первый акт. Алла не собиралась останавливаться. В тот же день она вызвала слесаря, чтобы сменить замки — просто на всякий случай, мало ли какие «командировки» Савелий ещё придумает. А потом поехала в суд и подала три заявления: на развод, на алименты и на раздел имущества.
Савелий, конечно, не удержался от комментариев. Позвонил и с важным видом заявил:
— Алка, знай, мы поделим квартиру пополам. И будешь ты с детьми в какой-нибудь коммуналке ютиться.
— Ох, Савелий, — Алла закатила глаза. — Ты прям пророк. Не переживай, я что-нибудь придумаю. А ты пока подумай, где жить будешь.
Суд, к счастью, оказался на стороне Аллы. Квартира была куплена в браке, но вот нюанс: Алла продала свою добрачную однушку в центре, чтобы внести большую часть суммы. Остальное они взяли в кредит, который быстро закрыли. Судья, выслушав все детали, постановил, что Савелию причитается только половина той небольшой суммы, что они добавили кредитом.
— И где ты возьмёшь деньги, чтобы со мной рассчитаться? — Савелий ухмыльнулся, думая, что загнал её в угол.
— Не волнуйся, найду, — ответила Алла спокойно. — Кстати, когда твои родители освободят мой дом?
— Какой дом? — Савелий аж подскочил. — Они там шесть лет живут!
— Ну да, жили, — кивнула Алла. — А теперь пора съезжать. Две недели хватит, чтобы собраться? Я уже выставила дом на продажу, в выходные придут первые покупатели.
Этот дом был для Аллы особенным. Семь лет назад она унаследовала его от мамы — уютный кирпичный домик с просторной кухней, двумя комнатами на первом этаже и мансардой с ещё двумя спальнями. Газ, вода, шесть соток земли — прямо мечта дачника. Алла с Савелием думали переехать туда, но он был слишком далеко от работы и садика. В итоге дом пустовал, пока родители Савелия не попросились пожить там «временно», чтобы их дочка с мужем заняла их квартиру.
Временно, ага. Шесть лет — это, конечно, просто отпуск. Мать Савелия даже огород разбила, картошку сажала, как заправская фермерша. Отец крыльцо починил, котёл новый поставил. Алла только хмыкнула, когда узнала: «Крыльцо — спасибо, а за котёл я заплачу, если чек покажете».
Но когда она объявила, что продаёт дом, начался настоящий цирк. Свекровь звонила и кричала в трубку:
— Как у тебя совести хватает выгонять стариков? Мы никуда не поедем!
— Ага, — Алла еле сдерживала смех. — Прямо-таки прописались там, да? Ой, погодите, вы же не прописаны. Мама твоя, Савелий, отказалась выписываться из своей квартиры, чтобы в поликлинику старую ходить. Так что, если что, я полицию вызову, и всё быстро решится.
Савелий пытался возражать:
— Зачем тебе этот дом? Ты же городская, землю копать не любишь!
— А я и не собираюсь копать, — ответила Алла. — Продам, с тобой рассчитаюсь, а на остальное куплю девочкам трёшку. Им нужно пространство, они растут. А ты… ну, ты как-нибудь выкрутишься.
Свекровь, поняв, что дело серьёзное, собрала целую армию родственников. Телефон Аллы разрывался от звонков: тётушки, дядюшки, какие-то троюродные братья — все как один возмущались: «Где твоя совесть? Как ты можешь стариков на улицу выгнать?»
Алла только усмехалась: «Серьёзно? А где была совесть вашего любимого Савелия, когда он вместо работы к моей подруге в постель нырял?» Она набрала свекровь и чётко сказала:
— Если бы ваш сын вёл себя как муж и отец, вы бы жили в моём доме и дальше. Но теперь извините — мне нужно заботиться о своих детях. А о вас пусть ваш герой думает.
В итоге родители Савелия съехали. Вернулись в свою двушку, где уже жила их дочка с мужем и пятилетним сыном. Места там было — как в маршрутке в час пик, но они как-то уместились. Савелий же остался с носом: Люда, узнав, что он теперь без квартиры и с алиментами, быстро дала заднюю. «Зачем мне такой принц?» — небось подумала она и закрыла перед ним дверь. Родители и сестра тоже не горели желанием его приютить — видимо, устали от его «гениальных» идей.
Алла же пошла дальше. Продала дом, рассчиталась с Савелием, попрощалась с их старой двушкой и купила просторную трёшку в хорошем районе. Сделала ремонт, купила новую мебель — всё как хотела. Старшая дочка училась в третьем классе, младшая готовилась к первому, а летом Алла обещала им Турцию. Море, солнце, коктейли — вот это настоящая гармония, а не та, что она себе напридумывала раньше.
Сидя вечером на новом диване, Алла посмотрела на дочкины рисунки на стене и подумала: «А ведь всё не зря. Я справилась. И знаете что? Жизнь только начинается». Она улыбнулась и налила себе ещё чаю. В конце концов, теперь она сама пишет свой сценарий — и он будет чертовски хорош.
Спасибо что дочитали, ставьте лайк подписывайтесь на канал