Снежинки неторопливо кружили за окном, словно крошечные танцоры на сцене, окутывая улицы города тонкими, белыми покрывалами. Маруся устроилась в своей уютной студии (как в шутку она её называла), которая находилась на последнем этаже старого кирпичного дома в центре города.
Эта крохотная квартирка, пропитанная духом времён, была её временным убежищем, где она училась жить самостоятельно после окончания театрального училища. Теперь она, увлечённая работой, играла в местном театре, воплощая мечту детства в жизнь.
Сегодня утром она получила письмо. Узнаваемый почерк отца цеплял так, что на глаза наворачивались слёзы, каждый завиток красивых букв так и кричал о спешке: «Дорогая Маруся, мой полёт к тебе опять откладывается. Обещаю, что постараюсь сделать всё возможное, чтобы прилететь, но...»
Маруся глубоко вздохнула и откинулась на спинку старого кресла, которое стояло здесь уже, наверное, сто лет. Отец не сможет приехать на её двадцатипятилетний юбилей — опять... Она пыталась разобраться в том, почему работа для него была всегда важнее их семейных отношений.
– Как всегда, всё как всегда, – грустно пробормотала она, откладывая письмо на подоконник. Тень разочарования, ставшая уже привычной, вновь поселилась в её душе….
Воспоминания перенесли её в детство, в те дни, когда отец приходил с работы, всегда поздно, но всегда весело говорил с порога:
— Привет, Маруся, а вот и я.
Это он с самого детства стал звать её Марусей, а не Машей, как звала мама, и ей это очень нравилось. Тогда она понимала его занятость, слышала его постоянные обещания: «не горюй ребёнок, скоро всё наладится, вот уйду на пенсию…».
Но на пенсию он до сих пор не ушёл, из армии уволился, но стал летать на пассажирских самолётах.
— Понимаешь, Маруся, не могу я без неба, без полётов…
Она понимала, хотя ей всегда не хватало отцовского внимания с его постоянными командировками, рейсами, полётами. И сейчас, одна в этом большом городе, она так надеялась, что он найдёт время, чтобы приехать на её праздник. Она хотела познакомить его со своими новыми друзьями, коллегами из театра, которые так хорошо, по-доброму, приняли её в свою труппу.
Письмо же отца, опять вернуло её в реальность. А ведь ей так хотелось провести юбилей в кругу не только друзей, но и семьи, особенно с тем, кого она всегда, с самого детства, считала своим героем...
Маруся пересела к маленькому столику у окна, где свет морозного утра мягко обволакивал небольшую герань в горшке, подарок хозяйки. Она решила написать отцу ответное письмо. Рука лёгким движением вывела привычное «Дорогой папа» и остановилась, словно почувствовав тяжесть слов, которые ей предстояло выразить.
Каждое слово рождалось трудно, как если бы она старалась выбрать правильные интонации для роли в спектакле:
«Мне действительно жаль, что твой полет ко мне отменён. Но знаешь, папа, я чувствую себя брошенной в этом старом мрачном городе. В который раз я надеялась, что хоть ты будешь рядом в этот день, и снова... ничего. Как будто я желаю слишком многого или невозможного».
Она прервала письмо, чувствуя, как слёзы подкатывают к глазам. В голове прокручивались мысли о том, как раньше отец приходил поздно вечером, когда она уже должна была спать, наклонялся, чтобы поцеловать её, а она, полусонная, обнимала его за шею и, только потом, засыпала на своём любимом диване. Эти воспоминания, столь дорогие, теперь казались совсем из другого времени.
Однако день шёл своим чередом, и Маруся знала, что нужно вернуться к делам. В театре репетиции были в полном разгаре, новая постановка готовилась к премьере. Она погрузилась в текст, в роли, временно забыв о грусти. Но в перерыве, за кулисами, она услышала, как один из старших коллег, разговаривая с кем-то по телефону, сказал:
— Понимаешь, иногда отцы бывают сложными. Не вини его слишком строго. Твоя мама говорила мне, какие у него трудности на работе. Он, поверь, старается, но не всегда всё легко.
Эти слова, адресованные не ей, вызвали у Маруси противоречивые чувства. С одной стороны, она знала, что работа у её отца непростая и у него тоже могут быть трудности, а с другой — разве это оправдание для того, чтобы в такой день, не быть там, где она его так ждала?
Маруся вернулась домой вечером, уставшая и потерянная в своих мыслях. Время было позднее, но она снова взяла в руки письмо и, сделав глубокий вдох, закончила его словами: «...я просто хочу, чтобы ты знал, как это важно для меня. Я скучаю по тебе. С любовью, Маруся.»
Наступило утро её дня рождения. За окном тонкой пеленой продолжал падать снег, но Маруся чувствовала внутри тепло предстоящего дня. Она наслаждалась утренним заваренным кофе, когда в её почтовом ящике на компьютере появилось уведомление о новом сообщении. Чуть не выронив чашку, София тут же открыла емейл, не ожидая никакого чуда.
Сообщение было от отца. Не письмо, а видео. И вот, этот момент настал: она нажала на кнопку воспроизведения, и перед ней предстало его лицо — усталое, но родное, как его черты, знакомые с детства.
— Привет, моя девочка, – начал он, и что-то в его голосе было не так. Он звучал неуверенно, а это было совсем на него не похоже. – Я... – короткая пауза, как будто он готовился к серьезному разговору, подбирал нужные слова. – Я получил твоё письмо. Прости меня за всё, что было раньше. Я не знал, как рассказать тебе обо всём, но теперь... теперь я должен.
Отец начал делиться своими переживаниями: страхами о том, что он больше не сможет быть таким нужным своей семье, о сложных решениях и проблемах на работе. Он говорил о её успехах и как гордился ими, сожалел, что нет возможности быть рядом, видеть её достижения своими глазами.
— Я всегда думал, что работая изо всех сил, делаю всё правильно, для вас с мамой. Но, похоже, что потерял что-то важное... Прости меня.
Маруся не удержалась от слёз. Смотреть на отца, который откровенно делился чувствами, было так же непривычно, как видеть снег среди лета. Он всегда был для неё образцом мужества и решимости. И, вместе с тем, оно было необходимо — это видео стало для неё глотком свежего воздуха, пробивавшего стены недопонимания между ними.
— Я обещаю, Маруся, что постараюсь исправиться. И что бы это ни значило, постараюсь быть рядом в такие моменты, как сегодняшний день.
Маруся увидела глаза отца, полные искренности и надежды, словно он, как и она, надеялся на признание и прощение. Ком в горле, который сжимал её всё это время, начал таять. Она поняла, что в их отношениях есть ещё место для примирения, тепла и понимания.
День, начавшийся столь внезапно и эмоционально, медленно перетекал в вечер. София, освежившись и восстановив своё душевное равновесие после душа, надела платье – подарок отца на прошлый день рождения. Она собрала своих верных друзей в уютной кафешке рядом с театром. Место, где они могли посидеть вместе, отпраздновав её день рождения вопреки всем обстоятельствам.
Сидя среди своего близкого круга, наслаждаясь лёгким шумом разговоров и смехом, она вдруг услышала звонок телефона. На экране замелькало имя отца. Сердце передало быстрый ритм тревоги, и Маруся тихо извинилась, отойдя в укромный уголок заведения.
– Маруся? – его голос раздался в динамике, тёплый и мелодичный для её ушей. – Посмотри назад...
Повернувшись, она увидела его. Отец стоял у входа, на расстоянии нескольких шагов, слегка смущённый, но с теплотой во взгляде, которая её обжигала. Он был здесь. Он сдержал обещание.
Волнение внутри Маруси закипало, но радость была неподдельной. Она бросилась к нему, и они наконец-то обнялись — так, как не обнимались уже долгое время.
— Я горжусь тобой, Маруся, – прошептал он, крепче сжимая её, словно боялся, что этот момент растает, как снежинка на его воротнике. — Я сейчас был в твоём театре и мне сказали, что вы здесь. И сказали какая ты молодец, как тебя здесь любят и ценят. Рад за тебя, рад что смог прилететь, быть с тобой в этот день и хочу, чтобы ты это знала.
Маруся, ощущая живое тепло от общения с родной душой, поняла, что прощает его. Его обещания стали реальными, его присутствие – надеждой на будущее, где они смогут строить свои отношения заново.
А у ва были такие моменты в жизни? Ведь не всегда отношения в семье складываются гладко. часто наша, служба, наша работа мешает этим отношениям... Пишите в комментариях.