— Ты не представляешь, как мне повезло с мамой! Она вчера весь день провела у нас, приготовила обед на три дня вперед и даже успела перегладить твои рубашки, — Саша с улыбкой посмотрел на жену, разливая утренний кофе.
Нина замерла, не зная, что ответить. Похвала свекрови в устах мужа звучала как упрек ей — вечно занятой, не успевающей следить за домом так, как это делала Полина Игоревна.
— Прекрасно. Только я просила ее не трогать мои вещи, — Нина старалась говорить спокойно, хотя внутри все кипело. — И вообще не приходить, когда нас нет дома.
— Ну что ты начинаешь, — поморщился Саша. — Мама хотела как лучше. Она же видит, как ты устаешь на своей работе. Кстати, о работе... ты вчера опять поздно вернулась.
Нина глубоко вздохнула. Вот оно — очередное утро с обсуждением ее рабочего графика. Как объяснить мужу, что проект на финишной прямой и нужно доделать отчет?
— У нас важный проект, ты же знаешь, — она постаралась улыбнуться. — Зато после него обещали премию.
— Премия — это хорошо, — кивнул Саша. — Мама как раз говорила, что ей нужно менять трубы в ванной. Может, поможем ей?
Нина почувствовала, как напряглись плечи. Конечно, премия уже распределена. И не на ее счет.
— Саша, мы же договаривались часть премии направить на погашение ипотеки.
— Да ладно тебе, мама столько для нас делает, неужели мы не можем ей помочь? — Саша нахмурился. — Она одна, на пенсии, а мы с тобой оба работаем.
Нина промолчала. Этот разговор повторялся с завидной регулярностью, и она уже устала объяснять, что их бюджет строго распланирован, а свекровь, кажется, считает ее кошелек общим.
Рабочий день начался с хороших новостей: руководство наконец оценило усилия Нины по оптимизации рабочих процессов. Директор вызвал ее к себе в кабинет.
— Нина Алексеевна, у меня к вам серьезный разговор, — начал Игорь Валентинович, постукивая ручкой по столу. — Мы давно наблюдаем за вашей работой. Результаты впечатляют.
— Спасибо, — Нина старалась сохранять спокойствие, хотя сердце забилось чаще.
— Мы решили предложить вам должность заместителя директора по экономическим вопросам. Оклад вырастет на тридцать процентов, плюс квартальные премии. Правда, и ответственности будет больше. Что скажете?
Нина не могла поверить своим ушам. Три года упорного труда — и вот оно, признание!
— Конечно, я согласна! Это отличная возможность.
— Отлично! — Игорь Валентинович протянул папку с документами. — Ознакомьтесь с условиями. Мы также берем на работу нового специалиста по финансовому анализу. Виктора Степановича. Вы будете работать вместе над годовым отчетом.
Выйдя из кабинета директора, Нина первым делом позвонила Саше. Ей не терпелось поделиться радостной новостью.
— Представляешь! Меня повысили! — выпалила она, как только муж ответил на звонок.
— Ого! Поздравляю, — в голосе Саши слышалась искренняя радость. — Это нужно отметить. Давай сегодня поужинаем где-нибудь?
— Давай! — Нина просияла. Иногда Саша все-таки умел порадовать ее.
— Только маме я обещал заехать. А, ничего, перенесем!
Ресторан был не самый дорогой, но уютный. Нина сидела напротив мужа, счастливая и воодушевленная. Наконец-то они вместе, только вдвоем, без постоянных звонков от свекрови и разговоров о ней.
— Я так рада, что мы выбрались, — Нина улыбалась. — В последнее время мы так мало времени проводим вместе.
— Да, работа отнимает много сил, — кивнул Саша. — Но я горжусь тобой. Правда.
Нина взяла его за руку.
— Знаешь, с новой зарплатой мы сможем быстрее закрыть ипотеку. Еще пару лет — и выплатим все досрочно.
— Это отлично, — согласился Саша. — Хотя... — он замялся, — не думаешь, что с повышением у тебя будет еще меньше времени на дом?
И вот опять. Нина почувствовала, как приятное тепло от вечера начинает испаряться.
— Саша, я справляюсь с домашними делами.
— Да, но ты же сама говорила, что устаешь. И мама замечает, что...
— Причем тут твоя мама? — Нина выпрямилась. — Мы сейчас о нас говорим. О моем повышении.
— Конечно, о вас, — раздался знакомый голос за спиной. — О вашей прекрасной карьере, Ниночка.
Нина обернулась. За соседним столиком сидела Полина Игоревна в компании своей подруги Валентины. Они явно слышали весь разговор.
— Здравствуйте, Полина Игоревна, — Нина постаралась сохранить вежливый тон. — Какое совпадение.
— Да, вот, решили с Валей поужинать, — Полина Игоревна поднялась и подошла к их столику. — Александр, сынок, ты не говорил, что у вас праздник. А то я бы дома ничего не готовила.
— Это было спонтанное решение, мама, — Саша выглядел смущенным. — Нину повысили.
— Ах, как чудесно! — всплеснула руками Валентина. — Поздравляю!
— Да, наша Ниночка все выше и выше по карьерной лестнице, — в голосе Полины Игоревны звучала неприкрытая ирония. — Только вот интересно, а дома-то кто порядок наводить будет? Я вчера зашла к вам — посуда немытая, пыль по углам.
Нина сжала кулаки под столом. Она точно помнила, что убралась в квартире два дня назад. Да, может, не идеально, но точно не было того бедлама, который описывала свекровь.
— Мама, давай не сейчас, — тихо попросил Саша.
— А когда? Когда ты совсем без горячих обедов останешься? — Полина Игоревна присела на свободный стул. — Я вот в твоем возрасте, Ниночка, дом в идеальном порядке держала, мужа обстирывала-обглаживала, и на работу успевала.
— Вы же были учительницей, Полина Игоревна. У вас был короткий рабочий день и длинный отпуск, — не выдержала Нина.
— Ах вот как! — Полина Игоревна прижала руку к груди. — То есть моя работа, по-вашему, была легкой? Да я с утра до ночи тетрадки проверяла! А летом — пришкольный лагерь! Я вам не какая-нибудь... карьеристка, которая только о себе думает!
— Мама, пожалуйста, — Саша окончательно стушевался.
— Ладно-ладно, я все поняла, — свекровь встала. — Идем, Валя, не будем мешать молодым праздновать. Только не забудь, Саша, что я на своей пенсии еле концы с концами свожу, а вы тут по ресторанам...
И, не дожидаясь ответа, она величественно удалилась, увлекая за собой подругу.
Праздничный вечер был безнадежно испорчен.
Новая должность требовала полной отдачи. Нина возвращалась домой все позже, часто привозила работу домой. Она старалась все успевать — и на работе, и дома, но сил становилось все меньше.
А Полина Игоревна, казалось, только и ждала момента, чтобы подчеркнуть ее "несостоятельность" как хозяйки.
— Я тут постирала твои рубашки, Сашенька, — говорила она, демонстративно развешивая белье, когда Нина возвращалась с работы. — А то они уже неделю в корзине лежали.
Или:
— Я вам котлет нажарила. А то что ж ты, сынок, все полуфабрикаты да полуфабрикаты кушаешь. Так и желудок испортить недолго.
Каждый раз Нина чувствовала себя виноватой, хотя точно помнила, что рубашки лежали в корзине всего два дня, а на ужин она готовила не только полуфабрикаты. Но спорить со свекровью было бесполезно.
Саша же постепенно начал поддаваться материнскому влиянию. Он все чаще задавал вопросы вроде: "А почему у нас в холодильнике пусто?" или "Когда ты последний раз вытирала пыль?".
— Саша, я стараюсь все успевать, — устало отвечала Нина. — Но сейчас очень много работы.
— Вот именно! — подхватывал он. — Может, стоило подумать, прежде чем соглашаться на повышение? Мама говорит...
— При чем здесь твоя мама? — взрывалась Нина. — Это наша семья, наша квартира!
— Да, но мама беспокоится обо мне. О нас.
— Она беспокоится о том, чтобы контролировать нашу жизнь!
Такие разговоры заканчивались одинаково: Саша обижался и уходил к матери "помогать с ремонтом", а Нина оставалась одна, с чувством, что ее семья рушится.
Новый сотрудник, Виктор Степанович, оказался опытным финансистом с острым умом. Он быстро влился в коллектив и стал для Нины настоящей находкой — с ним можно было обсудить сложные рабочие вопросы, не боясь, что тебя не поймут.
— Нина Алексеевна, взгляните на эти цифры, — Виктор зашел в ее кабинет с папкой документов. — Мне кажется, тут что-то не сходится.
Нина погрузилась в изучение отчета. Действительно, обнаружилась серьезная неточность, которая могла привести к финансовым потерям.
— Вы правы! — воскликнула она. — Как я раньше не заметила? Нужно срочно исправлять!
Они засиделись допоздна, перепроверяя все цифры и исправляя ошибку. Когда работа была закончена, Виктор предложил:
— Может, выпьем чаю? Кажется, у меня в кабинете остались конфеты.
Нина посмотрела на часы — почти десять вечера. Саша наверняка уже дома и ждет ее.
— Спасибо, Виктор, но мне пора. Муж будет волноваться.
— Понимаю, — кивнул коллега. — Вам повезло с мужем, раз он поддерживает вашу карьеру.
Нина только грустно улыбнулась. Если бы все было так просто.
Дома ее ждал настоящий допрос. Саша сидел на кухне с каменным лицом.
— Уже почти одиннадцать, — сказал он вместо приветствия. — Где ты была?
— На работе, конечно, — Нина устало опустилась на стул. — Мы с Виктором нашли ошибку в годовом отчете, пришлось все переделывать.
— С Виктором, значит, — Саша прищурился. — И часто вы там вдвоем засиживаетесь?
Нина не поверила своим ушам.
— Ты сейчас серьезно? Ты меня в чем-то обвиняешь?
— Я ничего не говорю, — Саша поднял руки. — Просто интересно, что за срочная работа у вас там каждый вечер.
— Так, стоп, — Нина встала. — Откуда этот тон? Я работаю, Саша. Получаю зарплату, которая идет в том числе и на нашу ипотеку.
— А может, нам не нужна была эта квартира в престижном районе? Может, стоило выбрать что-то попроще, и ты бы не надрывалась на работе?
Нина задохнулась от возмущения.
— Это ты сейчас говоришь? Ты, который настаивал на этом районе, потому что "здесь лучшие школы для будущих детей"?
— Да, но я не думал, что ради этого ты вообще перестанешь бывать дома!
Они спорили долго, каждый отстаивая свою правоту, пока наконец Саша не махнул рукой:
— Мне завтра рано вставать. Спокойной ночи.
И ушел в спальню, оставив Нину одну с гудящей от усталости и обиды головой.
— Как думаешь, что происходит с твоим мужем? — спросила Марина, подруга Нины, когда они встретились на выходных выпить кофе. — Вы совсем перестали выбираться вместе.
— Он все время у матери, — вздохнула Нина. — То трубы менять, то полки вешать. А если не там, то дома сидит, дуется. Мы почти не разговариваем.
— А ты знаешь, — Марина понизила голос, — я видела его в кафе с какой-то девушкой. Молоденькой такой, лет двадцати пяти.
Нина замерла.
— Что? Когда?
— В прошлую среду. Они сидели в "Эспрессо" на Ленина. Так мило беседовали, смеялись. Я не хотела тебе говорить, но, может, стоит обратить внимание?
Нина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Неужели? Неужели Саша... Нет, не может быть. Но что, если его постоянные упреки и подозрения — просто способ скрыть собственную вину?
— Ты уверена, что это был он?
— Абсолютно, — кивнула Марина. — Извини, что огорошила тебя, но я решила, что лучше ты будешь знать.
Весь день Нина не могла думать ни о чем другом. В голове крутились самые страшные сценарии. Когда рабочий день закончился, она вместо того, чтобы поехать домой, отправилась к тому самому кафе. Сама не зная, зачем. Может, надеялась увидеть их вместе? Уличить?
И судьба словно услышала ее. Через большое окно кафе она увидела Сашу. Он сидел за столиком с молодой женщиной — красивой, ухоженной, с модной стрижкой. Они о чем-то оживленно разговаривали, и Саша даже не выглядел усталым или раздраженным — совсем не так, как дома.
Нина почувствовала, как к горлу подкатывает ком. Она развернулась и быстро пошла прочь. Ей нужно было подумать, прийти в себя, решить, что делать дальше.
Дома ее ждал "сюрприз" — Полина Игоревна во всю хозяйничала на кухне.
— А, Ниночка, наконец-то! — воскликнула свекровь, когда Нина вошла. — А я вот решила зайти, проверить, как вы тут. Заодно и ужин приготовила. Саша звонил, сказал, что задержится. Опять у вас холодильник пустой, даже хлеба нет!
Это было последней каплей. Все напряжение дня, все обиды последних месяцев вырвались наружу.
— Как вы вообще попали в квартиру? — тихо спросила Нина.
— Что? — Полина Игоревна замерла с половником в руке. — У меня есть ключи, ты забыла?
— Я не забыла. Я просила вас не приходить без приглашения. И уж тем более не хозяйничать в моем доме.
— В вашем общем доме, — поправила свекровь. — И я, между прочим, помогаю. Потому что ты, дорогая, похоже, совсем забыла, что у тебя есть муж, который хочет нормально питаться!
— А вы не думали, что, может быть, ваш сын мог бы и сам что-то приготовить? — взорвалась Нина. — Почему это только моя обязанность?
— Потому что ты жена! — Полина Игоревна повысила голос. — Жена, которая должна создавать уют, а не бегать по офисам до ночи! Я вот всю жизнь...
— Я знаю! — перебила Нина. — Вы всю жизнь были идеальной женой и матерью. Вы все делали сами. Но времена изменились, Полина Игоревна! Сейчас женщины не только дома сидят.
— И посмотри, к чему это привело, — свекровь поджала губы. — Саша совсем исхудал, в квартире бардак. Да он уже, наверное, забыл, как ты выглядишь! Неудивительно, что он время с другими проводит!
Нина замерла.
— Что вы имеете в виду?
— Ничего такого, — Полина Игоревна отвернулась к плите. — Просто сын говорил, что у вас на работе новый сотрудник появился. Виктор, кажется? И вы допоздна вместе работаете.
— При чем тут это? — опешила Нина. — Вы что, думаете, я...
В этот момент в прихожей хлопнула дверь. Вернулся Саша.
— Вот и сын мой, — просияла Полина Игоревна. — Как раз к ужину!
Саша вошел на кухню и замер, переводя взгляд с матери на жену и обратно. Воздух звенел от напряжения.
— Что здесь происходит? — спросил он.
— Твоя жена недовольна, что я приготовила ужин, — тут же пожаловалась Полина Игоревна. — Говорит, что я не должна приходить к вам без спроса.
— Нина, ну что за глупости? — нахмурился Саша. — Мама просто хотела помочь.
— Да, помочь! — Нина почувствовала, что теряет самообладание. — Помочь настроить тебя против меня! Постоянно напоминать, какая я плохая хозяйка! Обвинять меня в том, что я уделяю слишком много времени работе! А может, мне стоит спросить, куда уделяешь время ты?
— О чем ты? — Саша выглядел искренне удивленным.
— Я видела тебя сегодня. В кафе. С той девушкой. И Марина тоже видела вас на прошлой неделе. Вы там довольно часто встречаетесь, да?
Полина Игоревна ахнула и прижала руку ко рту. Саша побледнел, но не от страха, а от... возмущения?
— Ты следила за мной? — спросил он недоверчиво.
— Нет, я случайно проезжала мимо. Но это не меняет сути. Кто она?
— Катя, — после паузы ответил Саша. — Дочь маминой подруги.
— Валентины? — уточнила Нина, вспомнив ту самую даму из ресторана.
— Да, — кивнул Саша. — Она работает дизайнером интерьеров. Я консультировался с ней насчет ремонта маминой квартиры. Хотел сделать сюрприз, чтобы не тратить деньги на профессиональный проект.
Нина почувствовала, как ее злость немного утихает, но не исчезает совсем.
— И почему ты не сказал мне об этом?
— Потому что хотел сделать сюрприз и для тебя тоже. Ты все время говоришь, что мама тратит наши деньги. Я думал, если я сам все спланирую и сделаю недорого, ты будешь рада.
— Сюрприз... — эхом отозвалась Нина, неожиданно чувствуя себя глупо. — А почему в тайне от меня?
— Потому что ты стала такой недоверчивой ко всему, что касается мамы! Я знал, что ты будешь против, начнешь говорить, что это еще одни лишние траты!
— Ну конечно, Ниночка против всего, что связано со мной, — вставила Полина Игоревна. — Я же для нее враг номер один. А ведь я только и делаю, что помогаю вам!
— Нет, — твердо сказала Нина, глядя прямо на свекровь. — Вы не помогаете. Вы вмешиваетесь. Вы манипулируете Сашей, используя его чувство вины. Вы приходите без спроса, трогаете мои вещи, критикуете мой образ жизни. Вы постоянно намекаете, что я плохая жена, что карьера — не для женщин. И при этом постоянно попрекаете нас деньгами, хотя мы регулярно помогаем вам!
— Как ты смеешь! — задохнулась от возмущения Полина Игоревна. — Александр, ты слышишь, что она говорит? Твоя жена меня оскорбляет! В моем присутствии!
Она повернулась к сыну, ожидая поддержки, но Саша молчал, переваривая слова Нины.
— Это правда, мама? — наконец спросил он. — Ты приходишь, когда нас нет дома?
— Я просто хотела помочь! Проверить, все ли в порядке!
— А эти разговоры о том, что карьера не для женщин?
— Но это же правда! Посмотри на свою жену — она выглядит измученной! Какая из нее мать будет для твоих детей, если она даже ужин приготовить не успевает?
— Полина Игоревна, — тихо, но твердо сказала Нина, — я никогда не говорила, что не хочу детей. Я просто хочу сначала встать на ноги, закрыть ипотеку, создать финансовую подушку безопасности. И я хочу, чтобы вы уважали наши решения. Мы с Сашей — семья. Мы сами решаем, как нам жить.
— Вот она, благодарность! — всплеснула руками Полина Игоревна. — Я всю жизнь сыну отдала! А теперь какая-то девица пришла и настраивает его против родной матери!
— Мама, — Саша подошел к матери и взял ее за руки, — Нина не настраивает меня против тебя. Но она права — ты слишком вмешиваешься в нашу жизнь. Я люблю тебя, ты моя мама. Но Нина — моя жена. И я ее тоже люблю. Я хочу, чтобы вы ладили.
— Так это я, значит, виновата? — Полина Игоревна выдернула руки. — Я виновата, что беспокоюсь о тебе? Что вижу, как эта женщина разрушает нашу семью своими амбициями?
— Нет, мама, — вздохнул Саша. — Ты не виновата, что беспокоишься. Но ты не имеешь права указывать нам, как жить. Нина не разрушает семью. Наоборот, она ее создает. Вместе со мной.
Полина Игоревна, видя, что сын не поддерживает ее, поджала губы.
— Я вижу, разговаривать бесполезно. Ты уже не слышишь голос разума. — Она схватила сумку. — Не буду вам мешать. Прекрасно справляйтесь сами. А я как-нибудь переживу этот удар.
И, драматично вздохнув, направилась к выходу. У двери она обернулась:
— Только не приходи потом плакаться, когда она променяет тебя на свою карьеру. Я предупреждала.
Когда за свекровью закрылась дверь, в квартире воцарилась тишина. Нина и Саша стояли и смотрели друг на друга, не зная, что сказать.
— Прости, — наконец произнес Саша. — Я не понимал, что все зашло так далеко.
— Я тоже должна извиниться, — тихо ответила Нина. — За то, что заподозрила тебя с этой Катей.
— Я понимаю. У тебя были причины не доверять мне. Я вел себя как... не очень умный человек.
— Нет, — покачала головой Нина. — Дело не в тебе. Просто... нам обоим нужно было больше разговаривать. Откровенно.
Саша подошел ближе и осторожно обнял жену.
— Я правда тобой горжусь, — сказал он тихо. — И я не хочу, чтобы ты отказывалась от карьеры. Просто мне казалось, что мы отдаляемся друг от друга. И мама... она всегда умела находить верные слова, чтобы заставить меня сомневаться.
— Я понимаю, — Нина положила голову ему на плечо. — Она твоя мать, и она важна для тебя. Но мы должны установить границы. Четкие и понятные.
— Согласен, — кивнул Саша. — И я поговорю с ней об этом. Серьезно поговорю.
— Она не будет в восторге, — заметила Нина с легкой улыбкой.
— Не будет, — согласился Саша. — Но это необходимо. Для нас. Для нашей семьи.
Следующие несколько дней прошли в тишине — Полина Игоревна не звонила, не приходила. Это было непривычно, но Нина чувствовала, как напряжение, сковывавшее ее все эти месяцы, постепенно отпускает.
Вечера они с Сашей проводили вместе — готовили ужин, разговаривали, строили планы. Он рассказал ей о проекте ремонта для матери, показал эскизы, сделанные Катей. Они действительно выглядели стильно и при этом достаточно консервативно, чтобы понравиться Полине Игоревне.
— Мы можем помочь с ремонтом, — сказала Нина. — Но по заранее оговоренной сумме. И лучше не деньгами — купим материалы, наймем рабочих. Так будет честнее и для нас, и для твоей мамы.
Саша улыбнулся:
— Кажется, ты лучше меня понимаешь, как правильно помогать родителям.
На работе тоже все складывалось удачно. Они с Виктором закончили проект в срок, и директор высоко оценил их работу. Премия, которую они получили, действительно помогла существенно продвинуться в выплате ипотеки.
Но рано или поздно затишье должно было закончиться. Через неделю Полина Игоревна позвонила сыну.
— Саша, мне нужно с тобой поговорить, — сказала она сухо. — Наедине.
— Хорошо, мама, — ответил он. — Я приеду к тебе завтра вечером.
— Будь осторожен, — предупредила Нина, когда он собирался уходить. — Она может попытаться снова втянуть тебя в свои манипуляции.
— Я помню, — улыбнулся Саша. — Но я уже не тот наивный сын, которым был раньше.
Квартира Полины Игоревны встретила его запахом свежеиспеченного пирога и идеальным порядком. Мать выглядела тихой и печальной, но Саша хорошо знал эту тактику.
— Присаживайся, сынок, — сказала она, указывая на диван. — Чаю?
— Спасибо, мама, но я ненадолго, — Саша остался стоять. — Ты хотела поговорить?
— Да, — Полина Игоревна вздохнула. — Я много думала о нашем последнем разговоре. И решила, что должна извиниться.
Саша удивленно поднял брови. Такого он точно не ожидал.
— Извиниться?
— Да, перед тобой, — она посмотрела ему в глаза. — Я действительно слишком настойчиво пыталась участвовать в вашей жизни. Теперь я понимаю, что переступила границу.
Саша молчал, не зная, что сказать. Впервые за многие годы мать признавала свою неправоту.
— Я так рад это слышать, мама, — наконец произнес он. — Спасибо.
— Но, — Полина Игоревна подняла палец, — это не значит, что я изменила свое мнение о твоей жене. Она по-прежнему эгоистичная карьеристка, которая не умеет создать уют и заботиться о муже. Но я признаю, что это ваше дело. Если тебе нравится жить с женщиной, которой нет до тебя дела, — пожалуйста.
И вот оно. Саша почувствовал разочарование, но не удивление.
— Мама, — он покачал головой, — ты совсем не поняла. Нина заботится обо мне. Она поддерживает меня во всем. Просто ее способ проявлять заботу отличается от твоего. И, честно говоря, я предпочитаю ее подход.
— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась Полина Игоревна.
— Нина не считает, что должна обслуживать меня. Она видит во мне равного партнера. И я ценю это. Я не чувствую себя маленьким мальчиком рядом с ней.
— А со мной, значит, чувствуешь? — губы Полины Игоревны задрожали.
— Да, мама, — мягко ответил Саша. — Потому что ты относишься ко мне как к ребенку, который не может сам решить, что ему нужно. Я люблю тебя, ты моя мать. Но я взрослый мужчина, женатый человек. И моя главная семья теперь — Нина.
Полина Игоревна отвернулась, смахивая слезу.
— Я всегда знала, что так будет, — сказала она тихо. — Что однажды какая-нибудь женщина заберет тебя у меня.
— Никто меня не забирал, мама, — Саша подошел и обнял ее за плечи. — Я всегда буду твоим сыном. Но ты должна уважать мой выбор и мою жену. Если ты хочешь быть частью нашей жизни — а мы оба этого хотим — тебе придется принять наши правила. Никаких визитов без приглашения. Никакой критики в адрес Нины. Никаких попыток манипулировать мной или использовать чувство вины.
— А если я не согласна? — Полина Игоревна подняла на него глаза.
— Тогда, — Саша сделал паузу, — нам придется видеться реже. И я бы очень этого не хотел.
Они долго разговаривали в тот вечер. Полина Игоревна говорила о своих страхах остаться одной, о том, как ей тяжело после кончины отца Саши, о своей ревности к невестке. Саша, в свою очередь, рассказывал о том, как важна для него поддержка Нины, насколько он восхищается ее умом и целеустремленностью.
Когда он наконец собрался уходить, Полина Игоревна спросила:
— А как же ремонт? Ты обещал помочь.
— И я помогу, — улыбнулся Саша. — Мы с Ниной решили оплатить материалы и рабочих. А дизайн-проект уже готов, Катя над ним отлично поработала.
— Вы с Ниной? — Полина Игоревна выглядела удивленной. — То есть, она согласилась потратить деньги на мой ремонт?
— Да, мама. Потому что для нее важно, чтобы ты жила в комфорте. И потому что она — не та эгоистка, которой ты ее считаешь.
Спустя три месяца многое изменилось. Ремонт в квартире Полины Игоревны был завершен, и она, хоть и неохотно, признала, что Катин проект оказался удачным. Более того, она даже пригласила Нину на новоселье — впервые обратившись к ней напрямую, а не через сына.
Нина и Саша нашли свой ритм. Они распределили домашние обязанности, научились говорить о проблемах до того, как те перерастали в конфликты. Нина по-прежнему много работала, но теперь выкраивала время для совместных выходных.
Полина Игоревна тоже, пусть и с трудом, но училась соблюдать границы. Она больше не приходила без приглашения, хотя иногда не могла удержаться от колких замечаний.
— Я заметила, ты стала больше готовить, — сказала она Нине во время семейного ужина. — Видишь, я была права — хорошая жена должна кормить мужа домашней едой.
— Вообще-то сегодня готовил Саша, — спокойно ответила Нина. — Он отлично справляется с жареным мясом.
— Саша? — Полина Игоревна выглядела искренне шокированной. — Ты заставляешь моего сына готовить?
— Я не заставляю, мама, — вмешался Саша. — Мне нравится. Представь себе, я вполне способен пожарить стейк или сварить макароны.
— В мое время мужчины не стояли у плиты, — проворчала Полина Игоревна, но спорить дальше не стала.
После ужина, когда Саша вышел на балкон покурить, Полина Игоревна неожиданно обратилась к Нине:
— Я хотела тебя поблагодарить.
— За что? — удивилась Нина.
— За ремонт. Квартира действительно преобразилась. И я вижу, что ты... — она запнулась, — стараешься. Для Саши. — И тут же добавила: — У тебя теперь хорошая зарплата, значит, ты должна помочь с моим ремонтом.
Это было ближе всего к признанию, которое Нина когда-либо получала от свекрови.
— Спасибо, Полина Игоревна, — она улыбнулась. — Я просто люблю вашего сына. И хочу, чтобы он был счастлив.
— Он выглядит счастливым, — неохотно признала свекровь. — Хотя я по-прежнему считаю, что твоя работа отнимает слишком много времени.
— Не могу с вами согласиться, — покачала головой Нина. — Но я уважаю ваше мнение. И знаете, вы всегда будете важны для Саши. Он очень вас любит.
Полина Игоревна кивнула, принимая эти слова. Они не стали лучшими подругами и, вероятно, никогда не станут. Свекровь по-прежнему считала невестку "наглой карьеристкой", а Нина не могла забыть всех манипуляций и упреков. Но они нашли способ существовать рядом, уважая границы друг друга. Ради Саши. И, может быть, немного ради себя.
Когда Саша вернулся с балкона, он застал их за спокойной беседой. Не дружеской, но мирной. И это уже было большим достижением. Возможно, не идеальным финалом, но хорошим началом новой главы в их сложных отношениях.
— Все в порядке? — спросил он, переводя взгляд с матери на жену.
— Да, — ответила Нина, улыбаясь. — Мы просто разговариваем.
И впервые за долгое время Саша почувствовал, что самые важные женщины в его жизни наконец-то нашли способ сосуществовать, не разрывая его на части. Это был не мир, но перемирие. И для начала этого было достаточно.