🌅11 апреля 1912 года, 5:15 утра — первый рассвет на «Титанике».
Рассвет окрасил горизонт в 5:15 по судовому времени (5:40 по Гринвичу). Утро выдалось приятным, легкий атлантический бриз освежал команду, несущую вахту. Несмотря на волнение моря, на борту лайнера царило спокойствие, казалось, ничто не могло нарушить его величественное плавание.
Отец Фрэнсис Браун, поднявшись до восхода, успел зафиксировать этот момент. На фотоснимках, сделанных им, запечатлен «Титаник», идущий полным ходом к последней европейской остановке — Куинстауну. Эти кадры стали бесценным свидетельством утренней жизни на борту обреченного судна.
☀️11 апреля 1912 года, 7:00 утра — утренняя прогулка по «Титанику».
В ожидании завтрака отец Браун совершает променад по еще немноголюдным залам первого класса. Величие «Титаника» поражает его воображение. Он отмечает великолепие курительной комнаты с перламутровым декором, уют комнаты отдыха с зеленым вельветом и полированным дубом, изысканность читального зала с мраморным камином, мягкой мебелью и ковром приглушенного розового оттенка. Обсуждение этих красот не утихает. Размеры судна настолько огромны, что даже после нескольких часов пребывания ориентация на борту остается непростой задачей.
🍽11 апреля 1912 года, 8:00 утра — первый завтрак «Титанике».
Обеденный зал первого класса готов принять первых гостей. Нарядные пассажиры неспешно спускаются на палубу «D» и занимают свои места. Отец Браун, проголодавшись, прибыл одним из первых и, не теряя времени, запечатлел этот момент на камеру.
Его снимок — уникальный взгляд на обеденный зал «Титаника»: сервированные столы, снующие официанты, изучающие меню пассажиры. Все идет своим чередом. После завтрака Браун возвращается на верхние палубы, где уже кипит жизнь океанского лайнера. Прогуливаясь по палубе «А», он встречает Эмили Николсон, которой вскоре предстоит сойти в Куинстауне, и друга ее мужа, Ричарда Смита.
Фотографируя их, он не знает, что Смиту не суждено добраться до Нью-Йорка. Детский смех привлекает его внимание: маленький Дуглас Спедден и его отец играют с волчком. Мальчик, который через два года трагически погибнет в возрасте 9 лет под колёсами автомобиля. Отец Браун не просто фотографирует, он фиксирует мгновения истории.
🇮🇪11 апреля 1912 года, 10:30 утра — «Титаник» приближается к берегам Ирландии.
В порту Куинстауна кипит подготовка к прибытию «Титаника». Тендеры «Америка» и «Ирландия» заполняются мешками с королевской почтой и сотнями пассажиров третьего класса. Вопреки ожиданиям, среди них немного ирландцев, хотя Куинстаун служил основным пунктом отправления для многих эмигрантов разных национальностей.
На горизонте возникает силуэт гигантского лайнера. С борта «Титаника» открывается захватывающий вид на ирландские пейзажи. Очевидцы вспоминают о великолепии побережья Куинстауна, о зеленых холмах, купающихся в лучах солнца, и о живописных поселениях, разбросанных по серым скалам. «Титаник» замедляет ход, отключая турбину и центральный винт.
🇮🇪11 апреля 1912 года, 11:15 утра — вход в гавань Куинстауна.
«Титаник» минует плавучий маяк скалы Доунт и останавливается, чтобы принять на борт лоцмана Джона Уилана. Под его управлением судно осторожно продвигается к гавани, моряки постоянно контролируют глубину. Из-за мелководья лайнер не может войти в гавань напрямую. Якорь правого борта готов к спуску, офицер ждет команды. На палубе «E» открыт носовой лацпорт.
⚓11 апреля 1912 года, 11:30 утра — «Титаник» на якоре в Куинстауне.
В 11:30 утра «Титаник» бросает якорь в двух милях от маяка Рочез-Пойнт, у входа в гавань Куинстауна. Переход из Шербура был осуществлен при средней скорости 20,7 узлов и 70 оборотах двигателей в минуту. Все системы готовы к приему новых пассажиров и почты. Обслуживание в Куинстауне обеспечивают тендеры «Америка» и «Ирландия», благодаря которым на борт поднимаются 123 пассажира и 1400 мешков с почтой.
Куинстаун, как основной центр миграции, встречает на борту представителей разных народов: поляков, литовцев, сирийцев, ливанцев. Стоянкой также пользуются журналисты и фотографы. В это же время семь пассажиров и кочегар покидают судно, избежав тем самым трагической участи. Среди сошедших на берег — отец Фрэнсис Браун, чьи уникальные фотографии «Титаника» станут бесценным историческим документом.
🚤11 апреля 1912 года, 12:15 утра — тендеры приближаются к «Титанику».
Тендеры «Америка» и «Ирландия» направляются к «Титанику». На палубе «E» с обеих сторон открыты лацпорты: с правого борта для «Америки», с левого - для «Ирландии». За процессом наблюдает Лоуренс Бизли, которого поражают масштабы «Титаника»:
«Вид борта с кормы на верхней палубе подчеркивал колоссальную длину и вместимость «Титаника». Посыльные суда, снующие у его борта, казались крошечными скорлупками по сравнению с величием лайнера, возвышающегося над ними палуба за палубой. Это было поистине удивительное судно! Его грациозные движения в гавани, с медленными и величественными подъемами и опусканиями носа относительно береговых ориентиров, впечатляли. Маленькие тендеры, снующие туда-сюда, напоминали скорлупки рядом с ним, свидетельствуя о прогрессе в комфорте морских путешествий по сравнению с эпохой небольших пароходов».
📸11 апреля 1912 года, 12:25 утра — знаменитый снимок «Титаника».
Тендер «Америка» обходит «Титаник» с кормы, готовясь к швартовке у правого борта. В этот момент мистер Уайт, пораженный размерами лайнера, делает знаменитую фотографию, которую позже передаст преподобному Брауну. На снимке видно, как сотни пассажиров третьего класса собрались на кормовой палубе, наблюдая за приближением небольшого тендера. На флагштоке развевается синий кормовой флаг, а из четвертой трубы выглядывает силуэт человека, вероятно, кочегара, поднявшегося подышать свежим воздухом. Это, казалось бы, безобидное зрелище впоследствии стали считать дурным предзнаменованием.
📸11 апреля 1912 года, 12:30 утра — последний снимок Уильяма Мэрдока.
У открытых лацпортов палубы «Е» «Титаника» тендеры встречают офицеры Уильям Мэрдок (справа) и Чарльз Лайтоллер (в центре). На рукавах формы Лайтоллера видны две полоски, соответствующие званию первого офицера — следствие перетасовок в команде за день до отплытия, когда не успели подготовить новую форму.
Уильям Мэрдок должен был отправиться в плавание старшим помощником капитана, но был понижен до первого офицера. Этот снимок стал для него последним.
🗞11 апреля 1912 года, 12:35 утра — Ирландская пресса на борту «Титаника».
Среди прибывших на тендере были люди, поднявшиеся на лайнер из профессионального интереса. Одним из них был фотограф Томас Баркер, увидевший в «Титанике» нечто особенное. По его словам, когда «Титаник» появился на горизонте, всех охватило невероятное чувство силы и мощи. Этот лайнер был триумфом современного судостроения и, хотя имел «брата-близнеца» «Олимпик», превосходил его во многих аспектах.
Баркер следил за строительством «Титаника» с самого начала, фиксируя каждый этап на пленку. Теперь он мог в полной мере оценить величие готового лайнера. Сняв процесс погрузки еще на тендере «Америка», он сразу же направился на шлюпочную палубу, чтобы запечатлеть привезший его тендер.
🗣11 апреля 1912 года, 12:45 утра — обсуждение скорости «Титаника».
На «Титанике» жизнь идет своим чередом: пассажиры прогуливаются, офицеры контролируют погрузку, инженеры отдыхают. Примерно в это время Брюс Исмей приглашает главного инженера Джозефа Белла в свою каюту класса люкс. Директор «White Star Line» интересуется запасом угля, на что Белл отвечает: около шести тысяч тонн, чего более чем достаточно для достижения Нью-Йорка.
Затем Исмей спрашивает о запланированной скорости. Позже на заседании комиссии Исмей утверждал, что торопиться было незачем, и прибытие планировалось на утро среды 17 апреля. Однако в разговоре с Беллом он удостоверился, что «Титаник» должен развить максимальную скорость 15 и 16 апреля. Если бы судно не затонуло и шло так быстро, как планировали Исмей и Белл, оно прибыло бы в Нью-Йорк вечером во вторник 16 апреля, побив рекорд «Олимпика».
На фотографии, сделанной с левого борта «Титаника», видны компасная площадка и возвышающиеся дымовые трубы №3 и №4. Снимок был найден в альбоме семьи Оделл, путешествовавшей из Саутгемптона в Куинстаун.
👥11 апреля 1912 года, 12:50 утра — оживленные палубы «Титаника».
Пока идет погрузка почты и посадка пассажиров, фотограф Баркер прогуливается по «Титанику», стремясь запечатлеть интересные моменты. Шлюпочная палуба полна людей - в такой прекрасный день было бы грех оставаться в каюте. Баркер подходит к концу палубы и поражается виду всех четырех наклонных труб, создающих незабываемое впечатление. Щелчок затвора фиксирует левый борт шлюпочной палубы: камердинер миллионера Вандербильда, Эдвин Вилер, в компании Элси и Ады Долинг. Позади них прогуливаются братья Леонард и Льюис Хикманы. Никому из этих мужчин не суждено спастись.
Снова щелчок затвора, и Баркер запечатлевает правый борт шлюпочной палубы. На снимке навсегда остается один из известных пассажиров трагической ночи — преподобный Джон Харпер, прогуливающийся со своей дочерью. Преподобный до последнего момента будет молиться с пассажирами и также погибнет.
📸11 апреля 1912 года, 13:10 дня — последнее фото капитана Смита и казначея МакЭлроя.
Журналист и фотограф Томас Баркер, поднявшись на борт с тендера, возвращается к мостику на шлюпочной палубе и встречает беседующих капитана Смита и казначея Хью МакЭлроя — ключевых фигур на «Титанике». Журналист просит их позировать, на что они охотно соглашаются. На снимке они запечатлены у правого борта шлюпочной палубы, напротив офицерских кают. Крайнее левое окно ведет в каюту четвертого помощника капитана, остальные — часть апартаментов капитана Смита. Когда Баркер нажимал на кнопку, он не знал, что это последний снимок как казначея Хью Ричарда Уолтера МакЭлроя, так и самого капитана Эдварда Джона Смита.
👋11 апреля 1912 года, 13:30 дня — пассажиры прощаются с «Титаником».
Для отца Фрэнсиса Брауна и семи других пассажиров первого класса наступает момент расставания с «Титаником». Это путешествие было недолгим, но снимки, сделанные Брауном, спустя четыре дня обретут неоценимую ценность. Спускаясь на палубу «E», он встречает казначея МакЭлроя. «Я пришлю вам копии фотографий по возвращении. Счастливого плавания!», - говорит он и переходит на борт тендера «Ирландия».
Колесный пароход отходит от борта величественного лайнера, правый якорь поднимается, и «Титаник» покидает Куинстаун. На мостике звенят телеграфы, двигатели приходят в движение, винты набирают обороты, поднимая тонны ила в прощальном жесте. «Титаник» разворачивается и, в первый и последний раз, медленно уходит от небольшого ирландского портового города, унося с собой надежды пассажиров на новую жизнь в Новом Свете.
🕊11 апреля 1912 года, 14:30 дня — чайки провожают «Титаник».
Солнце выглядывает из-за облаков, дует теплый апрельский ветер, и «Титаник» плывет вдоль южного побережья Ирландии, минуя маяк на мысе Old Head of Kinsale. До выхода в открытый океан остается пройти еще один маяк — Фастнет.
С берега за «Титаником» наблюдают редкие зрители, но их гораздо больше в воздухе — это чайки. Романтик Бизли не мог упустить эту картину:
«Сотни чаек парили и кричали в кильватере, споря и сражаясь за остатки еды, выброшенные из мусорных труб на стоянке у входа в гавань. Теперь они следовали за нами, предвкушая новую добычу. Я долго наблюдал за ними, поражаясь их легкости, с которой они держались возле корабля, едва взмахивая крыльями. Одна чайка привлекла мое внимание: я не замечал, чтобы она махала или опускала крылья. Она просто покачивалась из стороны в сторону в потоке воздуха, как самолет в порывах ветра, при этом грациозно успевая за «Титаником», рассекавшим воду со скоростью двадцать узлов. Встречая ветер, она поднималась вверх и наискось вперед, а затем снова опускалась по диагонали, красиво изгибая крылья и раскрывая веером хвост. Очевидно, она владела секретом использования воздушных потоков для перемещения вверх и вниз, чтобы скользить с минимальными усилиями, подобно кораблю, плывущему под углом к ветру. Авиаторы, конечно, копируют чаек, и скоро, вероятно, мы увидим самолет или планер над Атлантическим океаном, элегантно взмывающий и опускающийся на встречном ветру. До глубокой ночи чайки летели за нами, крича и ныряя в широкий пенный след за кормой. Но утром их уже не было — возможно, они встретили корабль, идущий к их дому в Куинстауне, и отправились сопровождать его».
👋11 апреля 1912 года, 14:35 дня — прощание с берегом: последнее фото «Титаника».
Маяк Фастнет — последняя точка земли, которую проходит «Титаник» перед выходом в Атлантический океан. С этого момента никто не поднимется на его борт и не сойдет на берег. Он становится отдельным миром, плавучим городом, устремляющимся в океан на все большей скорости.
Этот снимок, сделанный Кейт Оделл в Куинстауне, стал одной из последних фотографий «Титаника», прежде чем он навсегда канул в историю. В следующий раз увидеть сам лайнер людям удастся лишь 1 сентября 1985 года.
🌄11 апреля 1912 года, 19:00 — вечер второго дня плавания «Титаника».
Солнце почти скрылось за горизонтом, его последние лучи озаряют «Титаник» от носа до кормы, словно он сам излучает свет. Звуки оркестра, играющего перед ужином, разносятся над океаном. Мощные машины вращают винты «Титаника», которые, с каждым оборотом, уносят лайнер дальше от берега. Ароматы готовящихся блюд распространяются по палубам, общение между пассажирами становится оживленным и непринужденным.
«Как сказал бы поэт, «красота меня ошеломила!». Я никогда не видел ничего подобного, даже в самых лучших отелях. Я как будто живу во дворце. Это действительно невероятные впечатления. Кажется, что мы далеки от океана, гуляя по бесконечным палубам. Они настолько огромны, что, пытаясь увидеть их конец, кажется, что они превращаются в точку», — вспоминал Артур Джи, пассажир первого класса.
🍽11 апреля 1912 года, 20:00 вечера — первый ужин в открытом океане.
Ужин на «Титанике» в открытом океане проходит с великолепием. Негласные правила этикета допускали некоторое послабление в дресс-коде для первого полноценного ужина, но никто не воспользовался этим правом. Полковник Грейси вспоминал, что вечерние наряды были «en regle». После приветственных бесед и встреч с друзьями в зале для приёмов пассажиры переходили в белоснежный обеденный зал первого класса и занимали свои персональные места.
У каждого пассажира первого класса было закрепленное место на весь рейс. Если повезло с соседями, то каждый прием пищи превращался в праздник. В противном случае приходилось терпеть неприятного собеседника до конца путешествия, либо посещать ресторан «À la carte» на палубе «В», где можно было выбрать любое место.
🚬11 апреля 1912 года, 20:45 — вечер в джентльменском салоне.
По традиции, после ужина мужчины собирались в Курительном салоне первого класса и делали ставки на пройденное «Титаником» за сутки расстояние. Это было популярным развлечением во времена борьбы за «Голубую Ленту». Чтобы сделать точную ставку, пассажиры в течение дня собирали информацию у стюардов, офицеров, матросов и других членов экипажа. Победитель получал вознаграждение на следующий день. В то время как одни азартно спорили в смокингах, другие неспешно наслаждались сигарами и бренди у камина, погруженные в свои мысли. Царило умиротворение.
💼11 апреля 1912 года, 21:30 вечера — рабочие будни Томаса Эндрюса.
Во время вечернего обхода стюард первого класса Генри Этчес заглядывает в каюту A-36, где проживает Томас Эндрюс. Стюард вспоминал, что видел конструктора «Титаника» повсюду: беседующим с членами экипажа, спешащим по делам. Он был занят весь день и поздно ложился спать, но не из-за общения с пассажирами, а из-за работы. «Чаще всего я видел мистера Эндрюса на палубе «Е» в синей рабочей униформе, спускающегося в душные и грязные котельные и другие служебные помещения», — говорил Этчес. В этот вечер он заметил, что рабочая униформа главного конструктора небрежно брошена на кровать.
🌙11 апреля 1912 года, 23:30 вечера — ночь над «Титаником».
«Титаник» давно скрылся из виду ближайших берегов, и пассажиры расходятся по каютам после насыщенного дня. Стюарды готовят залы и помещения к новому дню. На мостике офицеры на вахте не спят, как и вперёдсмотрящие в «вороньем гнезде», внимательно всматриваясь в ночную тьму, готовые мгновенно среагировать и уберечь «Титаник» от опасности.
В полночь часы переведены на час назад. «Титаник» движется на запад с хорошей скоростью. Двигатели приглушенно стучат на нижних палубах, ветер свистит в такелаже... В первую ночь в Атлантическом океане на судне, ставшем символом технического прогресса, царит спокойствие.