Михаилу исполнилось сорок лет. А через неделю умерла мама.
А еще через неделю он сел перебирать ее бумаги, всю эту кипу квитанций, кулинарных рецептов, писем, открыток, выцветших листков с телефонными номерами и выписок из истории болезни. Все то, что только и остается от жизни.
А потом Михаил заплакал. Взрослый, сильный, спортивный мужчина плакал, как ребенок. Слезы текли по его лицу, а он их даже не вытирал и только крепче сжимал в руке какую-то бумагу. И плакал он вовсе не по ушедшему самому родному человеку.
Слезы жгли глаза, мир расплылся, и сквозь эту муть Михаил особенно четко видел свою жизнь.
Он отчаянно молод. Моряк. Работает на каботажном судне и мечтает о дальних походах на океанских кораблях. Мечтает о том, что обязательно станет капитаном.
Но самая заветная мечта не об этом.
Он абсолютно уверен, что где-то в дальнем южном солнечном приморском городе он обязательно встретит ее.
Девушку в алом платье.
Будет жаркий летний день. И девушка в алом платье видением выйдет из марева жаркого дня. Из великолепного тенистого парка. И пойдет прямо к нему на фоне голубого неба и синего моря.
Девушка в алом платье. Судьба.
Стройная, красивая. Загадочная. То дерзкая, то задумчивая. В настроениях переменчивая, как море.
Картина южного приморского города задрожала и сгинула.
Михаила посмотрел на зажатое в руке злополучное письмо.
Он вспомнил, сколько сил и надежд вложил в поступление в мореходное училище. Готовился не один год. Собирал необходимее документы. Отправил их. И был уверен, что его обязательно примут в мореходку.
Но ответа он не дождался.
Поступил в итоге в политехнический институт. Женился на симпатичной сокурснице, хорошей, доброй, но обычной студентке. И теперь у Михаила двое сыновей, хорошая работа — офис, совещания, отчеты, премии. Жизнь сложилась.
Но это была чужая жизнь.
А теперь он сжимал в руке то самое письмо, которого не дождался из мореходки, и не может остановить слезы.
Понятно, мама хотела сделать, как лучше, потому и спрятала письмо от него. Но как все-таки было обидно, что та, настоящая жизнь прошла стороной. Что он не ходил по морям, а все эти годы просидел в офисе. И что так и не встретил девушку в алом платье.
Михаил понимал цену своим юношеским мечтам. Он все уже понимал. Он знал, что родители сплошь и рядом принимают решения якобы ради детей, а на самом деле думают о себе. Он понимал, что мама просто не хотела отпускать единственного сына в другой город. И не отпустила. Но не ради сына.
Он понимал, что в реальной жизни нет девушки в алом платье. Что он все равно не встретил бы это видение в южном солнечном городе. Что это была его молодая фантазия. Михаил все уже понимал. Но легче ему от этого почему-то не становилось.
И саднящая обида непонятно на кого не проходила. И слезы все наворачивались на глаза.
Михаил равнодушно посмотрел на фотографию детей и жены.
Слезы высохли.
На душе было больно и чуть сладко.
Все могло быть по-другому. Но не получилось. А случилась чужая жизнь. Так бывает.
Судьба.
Михаил методично, как он привык, продолжил перебирать мамины бумаги.
Будто еще надеялся в них найти что-то самое важное.