Казалось бы — при чём тут деды? Но, видимо, когда Александр Овечкин подходит к рекорду Уэйна Гретцки, начинается геополитика на коньках.
Легендарный чешский кипер Доминик Гашек — давно уже не просто бывший вратарь, а полноценный участник политических ток-шоу в шлеме и с ловушкой. И вот теперь он не просто влезает в обсуждение рекорда Овечкина, а достаёт из шкафа скелеты... точнее — дедушек. Его претензия проста: дедушка Гретцки, мол, был не русским, а «наполовину белорусом, наполовину украинцем». И значит, гордиться Овечкиным ему было бы как-то... не по паспорту.
Всё это звучит как спор на кухне в три часа ночи: «А твой дед кто был? А вот мой в Витебске родился!». Только теперь это не кухонная болтовня, а обсуждение величайших игроков в истории хоккея.
Гретцки, к слову, сам в интервью сказал: «Мой дедушка был русским, он был бы очень рад, если бы россиянин побил мой рекорд». Человек просто выразил уважение к преемственности хоккейной традиции — от одной звезды к другой, без политики, без границ, без документов. А Гашек снова использует повод, чтобы воткнуть шпильку в Россию — уже даже через родственников третьего поколения.
В этом противостоянии важен один момент: у Овечкина шайба за шайбой. А вот у некоторых — только тень от чужих побед. И пусть Гашек велик на льду, но в подобных комментариях он превращается скорее в ледяную версию политинформатора.
Пока весь хоккейный мир следит за голами Ови, Доминик лезет в родословную. Видимо, от бессилия остановить рекорд — остаётся только спорить о том, как правильно называть дедушек.